Не Ваша Русалочка - Тина Солнечная

Себастьян догнал меня у выхода. Его одежда была испачкана, но лицо спокойное.

— Хорошо держишься, — сказал он, помогая мне выйти из болота. — Остался один участок. Водный.

— Будто предыдущие были сухими, — отозвалась я, вытирая грязь с лица.

— Ну, тут будет… поинтереснее, — сказал он с тенью беспокойства. И, как оказалось, не зря.

Третий этап турнира начинался с платформы над бурным водоёмом. Над ней в воздухе парили указатели — каждому участнику с наставником предстояло пройти свой собственный отрезок испытания. Организаторы предупредили: в этом этапе наставник будет обездвижен — его свяжут магической верёвкой, и ученик должен будет провести его по маршруту, не уронив, не навредив и не потеряв из виду.

Когда мы остались вдвоём с Себастьяном, он чуть усмехнулся:

— Доверишь мне свою жизнь? — я натянуто улыбнулась, стараясь не думать о том, что это не просто игра.

— А у меня есть выбор? Только постарайся не уронить, ладно? Мне ещё пригодится лицо.

Я кивнула, и в этот момент организатор замкнул на его теле магические узы. Руки Себастьяна сжались за спиной, ноги слегка притянуло друг к другу, но он оставался в сознании — это было условие этапа.

— Вперёд, — сказал маг-наблюдатель, и перед нами возник мост из энергии. Вода бушевала внизу.

Мы пошли. Я старалась двигаться уверенно, используя магию воздуха, чтобы удерживать равновесие, а в узких местах — магию земли, чтобы укреплять шаг. Себастьян тяжёлый — и хотя он шутил, на деле тащить его вперёд было куда сложнее, чем казалось.

Но как только мы свернули за первый поворот, где не было совершенно никого, кроме нас, я ощутила опасность. Я резко обернулась — и не ошиблась.

— Опять вы⁈ — выдохнула я, и в тот же миг один из нападавших метнул в меня клинок, созданный из чистой тьмы. Я едва успела выставить щит.

— Себастьян! — Он не мог даже шевельнуться. Черт!

Я оттолкнула его назад, пытаясь защитить, но нападавшие не отступали. Они явно не собирались нас ограбить. Они хотели убить меня.

Магические платформы начали дрожать от столкновений. Один из нападавших ударил точно в основание — и оно исчезло под ногами Себастьяна. Я завизжала, когда он, связанный, полетел вниз и скрылся под водой.

— НЕТ!

Я даже не думала. Просто шагнула за ним. Холод. Бездна. Мгновенная тишина. И тьма. Я нырнула за его телом, проклиная всё. Сердце стучало так громко, что глушило любые звуки в голове. Он не должен умереть. Я не позволю. Только не из-за меня.

Я увидела его — он медленно погружался на дно. Верёвки всё ещё были на месте. Я потянулась к ним магией. Никакой реакции. Проклятье! Узы были зачарованы против магического воздействия учеников!

Я поплыла к нему, обхватила рукой за торс, прижалась, чтобы тянуть вверх. Слишком тяжело. Слишком медленно.

Себастьян уходил под воду — стремительно, тяжело, будто не просто падал, а его тянула за собой чья-то тень. Он был связан — руки, ноги, даже грудь перетянута тугой вязью. И он был в сознании. Я видела это по его глазам — паника, злость, бессилие.

Я пока оставалась в человеческой форме, но под водой могла дышать. Это было преимуществом. Он — человек. У него не было времени.

Я достигла его за несколько секунд. Он бился, как раненый зверь, пытаясь вырваться. Я схватила его за лицо и, не думая, прижалась губами к его губам, передав свой воздух. Он чуть дёрнулся, но потом расслабился, уловив смысл.

Я снова вдохнула — и снова отдала ему часть. И снова. Но я знала, что так долго не продержусь. Я чувствовала, как сердце колотится в груди — не от страха, а от невозможности спасти его вот так, по-человечески.

Он смотрел на меня широко раскрытыми глазами. И в его взгляде была не только благодарность. Там было непонимание. Почему я дышу под водой.

Я покачала головой, сжала его руку и оттолкнулась от дна. Тело моё стало легче. Волна пробежала по позвоночнику, и в следующее мгновение я ощутила, как привычно ломаются кости ног, как кожа на бёдрах превращается в чешую, как расправляется мощный хвост. Я стала собой.

Он смотрел на меня — теперь уже не просто удивлённо, а в каком-то странном оцепенении. Я подняла руки, сосредоточилась, и создала вокруг его головы магический пузырь — плотный, сверкающий, но лёгкий. Внутри образовался воздух. Себастьян вздрогнул, шумно вдохнул. Он жив.

Он продолжал смотреть на меня, и в этом взгляде уже была не только шокированная благодарность. В нём была… обида? Тяжёлая, разъедающая. Он понял, что я Его русалка. Которую он так хотел, и которую не получил. Хотя, почему же не получил?

— Я всё объясню, — выдохнула я, удерживая купол воздуха над его лицом, пока он с изумлением смотрел на меня. Голос дрожал, но слова были ясны.

— Ты… всё это время… — прошептал Себастьян хрипло, — ты врала. Ты русалка.

Я не успела ответить.

Вода вокруг сгустилась — из глубины всплыли силуэты. Стройные тела, перепончатые пальцы, бледные волосы, струящиеся в воде, будто водоросли. Русалы.

Сердце застучало в висках. Я поднялась чуть выше, заслоняя собой Себастьяна.

— Он уходит, — сказала твёрдо. — Он здесь случайно. Он не должен быть здесь.

— Он уже здесь, — прогремел голос одного из старших. Не вслух — внутри, вибрацией, как это делается на глубине. Но Себастьян вздрогнул — он услышал. Значит, магия пропускала не только мой голос.

— По закону глубин, — продолжил другой, — он должен предстать перед Владыкой. И его судьба будет решена.

— Нет! — я рванулась вперёд, заслоняя собой Себастьяна. — Я говорю вам — он не враг! Он… он связан со мной.

— Тем хуже, — холодно ответил первый. — Маг, связанный с русалкой, чудовище? Ты знаешь, что это значит. Мы убьем его и дадим тебе свободу.

Я сжала кулаки.

— Я отвезу его сама. Но никто не имеет права касаться его! И если хоть кто-то…

— Ты забываешь, кто ты здесь, — бросил один из русалов и, не дожидаясь, метнул вперёд гарпунообразное оружие, не в него — рядом, предупреждение.

Я развернулась и встала между ними, ощетинившись плавниками, которые распушились вдоль спины, как у настоящей защитницы.

— Ни одного удара. Иначе я сверну вам шеи, — сказала тихо. — И тогда пусть сам владыка судит нас всех.

Они замерли. Долго. А потом один из них кивнул, нехотя.

— Хорошо. Но он всё равно пойдёт