Не Ваша Русалочка - Тина Солнечная

Я кивнула, но в груди уже разрасталось беспокойство. Они оделись, ещё раз меня поцеловали и ушли.

Я посидела на краю кровати минут десять. Потом встала. Попробовала выпить чай. Не смогла. Открыла книгу — буквы поплыли.

Через двадцать минут я вышла. И, конечно, ноги сами повели меня туда, где я давно не была — в лазарет.

Эйдан.

Он лежал на кровати, но уже не спал. Его волосы были растрёпаны, взгляд уставший, но живой. Когда он увидел меня, его глаза засветились. Он резко сел, морщась от боли, но тут же попытался улыбнуться.

— Ты… ты пришла, — прошептал он, будто сам не верил. — Мелани, я… я скучал. Я думал о тебе всё это время.

— Я рада, что ты очнулся, — сжала я губы.

Он тянулся ко мне, хотел взять за руку, и я позволила, хотя внутри всё переворачивалось.

— Я боялся, что с тобой что-то случилось. Что я не успею сказать тебе… всё.

— Эйдан… — я села на край кровати, чувствуя, как пальцы стали ледяными. — Я должна тебе кое-что сказать.

Он напрягся, глаза потемнели.

— Что-то случилось?

— Я… Я не смогу быть с тобой.

— Почему? — в его голосе появилась тревога. — Это из-за того, что я был ранен? Из-за турнира? Я… я снова смогу сражаться. Я даже готов пойти и поговорить с твоим отцом…

— Эйдан. — Я выдохнула. — Всё не так. Я… я буду с Локфордами.

Тишина.

Он замер, будто не сразу понял. Потом покачал головой.

— Что?.. Но… они же… они тебя… Себастьян угрожал тебе! Люциан говорил ужасные вещи! Почему ты вдруг…

— Это не «вдруг», — перебила я. — Я просто… Поверь, это взвешенное решение.

— Они околдовали тебя? Ты под воздействием? Ты… — он схватился за голову. — Ты просто не понимаешь, Мелани. Я был готов защищать тебя. Всю жизнь. А они…

— Эйдан, я не могу это обсуждать, — сказала я тихо. — Прости.

— Ты любишь их?

Я промолчала.

— Понятно… — прошептал он. — Значит, ты сделала выбор.

— Прости, — повторила я, встала и, не оглядываясь, вышла за дверь.

В груди было тяжело, словно кто-то сжал сердце ледяными пальцами. Но я знала, что иначе было нельзя.

Когда я вернулась в комнату, первым делом почувствовала — она уже не пустая. Сердце дрогнуло, и я замерла на пороге. Оба Локфорда сидели на краю кровати, выглядя так, будто ждали меня давно.

— А вот и наша беглянка, — заметил Люциан, поднимая голову. — Мы уже начали думать, что ты решила убежать обратно к своему Эйдану.

Я вошла, прикрыв за собой дверь.

— Я… была у Эйдана, — сказала я спокойно, стараясь не выдать тревоги.

Они оба напряглись. Люциан даже встал с кровати, подходя ближе.

— И что ты у него делала?

Я вздохнула.

— Говорила с ним. Я сказала ему, что мы с ним не будем вместе. Что я выбрала вас.

Тишина.

Мужчины переглянулись. Наступившая пауза показалась мне вечностью. А потом Люциан вдруг усмехнулся и шагнул ко мне.

— Не ожидал, что ты это сделаешь, — пробормотал он, обнимая меня за талию и прижимая к себе. — И чертовски рад, что услышал.

Себастьян тоже поднялся, подошёл сзади и обнял.

— Спасибо, — прошептал он мне в шею. — Ты не представляешь, что это для нас значит.

— Ну, раз уж вы так обрадовались, — пробормотала я, прижавшись к ним, — рассказывайте, как поговорили с моим отцом.

Оба тут же напряглись. Руки, только что тёплые, чуть сжались.

— Он был… не в восторге, — мрачно сказал Себастьян. — Совсем.

— Скорее, в ярости, — уточнил Люциан. — Он категорически против. Говорит, что ты ещё можешь всё «исправить».

— Исправить? — переспросила я, чувствуя, как по спине пробежал холодок.

— Он считает, что ты должна избавиться от ребёнка, — выдохнул Себастьян. — Что «с этим ещё можно что-то сделать».

Я резко вдохнула.

— Что?

— Мы сказали ему, — перебил Люциан, глядя в глаза, — что этого не будет. Ни при каких условиях.

— Мы заключим брак, хочет он того или нет, — сказал Себастьян. — Неважно, что он думает. Мы будем семьёй. Тем более он тебе вообще не отец.

— Ты — наша, — прошептал Люциан, снова прижимаясь лбом к моему. — И никто не заставит нас отказаться от тебя. Или от нашего ребёнка.

Я кивнула, с трудом сдерживая эмоции. Слёзы подступали, но это были хорошие слёзы.

— Спасибо, — прошептала я. — Я вас люблю.

Глава 45

На следующий день мы проснулись поздно, выжатые, но счастливые. Всё во мне ещё отзывалось эхом прошедших событий, но, несмотря на усталость, в голове звучал один здравый голос: хватит валяться. Турнир окончен, скандалы — отложены, а занятия никто не отменял.

— Мы идём сегодня на учебу? — спросила я, умываясь у маленького зеркала. Себастьян зевнул с кровати.

— Да. Надо возвращаться в ритм, — подтвердил он и потянулся. — Иначе нас выгонят до того, как мы успеем заключить с тобой брак.

— Да и вообще, — добавил Люциан, — если мы резко станем примерными студентами, может, ректору будет сложнее выставить нас дьяволами.

Я усмехнулась.

— Ладно, убедили.

На занятиях нас встретили как героев — по крайней мере, Люциана и Анику. Победа в турнире запомнилась всем, и, похоже, никто не обратил внимания на то, что Себастьян с трудом стоял на ногах, а я не выпускала из рук чашку с отваром от головной боли. Никто не знал, что мы с ним были на грани гибели, никто не знал, что я русалка, и никто не догадывался, что в моей утробе уже зарождается новый мир.

— Вы выглядите… по-другому, — заметил преподаватель боевой магии, оглядывая нас троих.

— Мы просто стали серьёзнее, — пожал плечами Себастьян.

— И дисциплинированнее, — добавила я с невинным видом.

— Это меня пугает больше всего, — проворчал преподаватель и дал нам задание на сегодня.

Мы старались вести себя как обычно, но всё равно чувствовалось, что что-то изменилось. Люциан не отводил от меня глаз. Себастьян держался ближе, чем обычно. И я ловила на себе взгляды других студентов, которые не понимали, что происходит.

Я как раз собиралась записать пару важных формул, когда дверь аудитории распахнулась и в проёме появился ассистент ректора.

— Мелания, — он даже не попытался скрыть раздражения в голосе. — Ректор ждёт вас. Немедленно.

Я почувствовала, как внутри всё похолодело. Преподаватель кивнул, разрешая выйти. Я собрала свои вещи, чувствуя на себе взгляды однокурсников.

Что теперь?

По дороге я нервно перебирала возможные причины. Но когда вошла в кабинет ректора, все догадки рассыпались.

Мой «отец» сидел за столом. Лицо каменное, губы сжаты в одну линию. Я даже не успела