Последний призыв - Лисса Рин

Торен и не расслаблялся: поблескивающие в сгустившемся мраке у стены зловещие огоньки явственно свидетельствовали о том, что они с сестрой здесь были не одни.

– Только сейчас дошло? – хмуро осведомилась мрачная тень Андора у окна. В его голосе не было ни намека на свойственную ему насмешку – он был крайне серьезен. – Как она?

Торен бросил взгляд в угол палаты, а затем снова повернулся к спящей под бледно-голубым одеялом сестре и сжал ее хрупкую теплую ладошку.

– Сильнейшее физическое переутомление, пограничное состояние. Но сказали, что опасность миновала. А пока ей нужен отдых.

За чернильным окном по-прежнему шел редкий снег. Ветер то слабел, унося с собой белую пелену, то вновь усиливался, безжалостно швыряя комья белого крошева на стекло, снова и снова воспроизводя ставший уже ненавистным тихий царапающий звук. И Торену все казалось, что царапает вовсе не за окном, а у него в груди, рядом с замирающим в тревоге сердцем.

– Отдых, – фыркнул Андор, – отличный совет! Универсальный на все случаи жизни. А что послужило причиной переутомления, хоть сказали?

Торен удивленно посмотрел на Андора. Было что-то странное, даже неестественное в разговоре, обе стороны которого, все еще находясь по разные стороны мироздания, вдруг сошлись целью и интересом в скромной, тускло освещенной палате обычной смертной.

– Ее иммунитет на пределе возможностей. – Торен сглотнул подступивший ком. – И что стало причиной такого сбоя, ответить не могут. Есть вероятность, что теперь ей предстоит длительная и непростая терапия.

– Ну еще бы, – небрежно выплюнул сквозь зубы Андор. – Откуда им знать, что ее братику вздумалось поиграть с другой стороной.

– Откуда ее братику было знать, что вмешается цербер? – спросила тьма в углу палаты, опалив злым огнем подавленного Торена у кровати и хмурого Андора у окна.

– Ему повезло, что это был именно я, – парировал Андор. И снова ни ироничной издевки, ни вычурного самодовольства. Всего лишь констатация факта. – Будь на моем месте другой Страж, все закончилось бы гораздо раньше. Для вас обоих.

– Вот только на больничной койке сейчас лежим не мы, – огрызнулся Торен, смело выдержав тяжелый взгляд Андора. – И не нам теперь жить с сильнодействующими препаратами до конца своей жизни.

– Верно. Там лежит тот, кому хватило ума с этим не связываться. – Лицо Андора посерело, заострилось и будто окаменело.

– А вам хватит ума не усугублять положение? – жестко рубанула тень в углу. – Или у обоих эго на корону давит?

В палате повисла гнетущая тишина. Казалось, сам воздух накалился, застыв на границе противостояния двух миров. Одно неосторожное слово, движение, даже взгляд – и в комнате разразится настоящая инфернальная буря.

Торен покачал головой:

– Я должен был порвать привязку гораздо раньше.

В густой тишине раздалось тихое рычание. Из противоположного угла палаты отделился сгусток тьмы и в мгновение ока оказался прямо перед Тореном. Он даже отреагировать не успел, не говоря уж о том, чтобы защититься.

Листера схватила его за грудки и приблизила к нему потемневшее от злости лицо.

– Ты вообще не должен был ее создавать! – прорычала она, пожирая оцепеневшего Торена почерневшими от едва сдерживаемой ярости глазами. – И уж тем более связываться с нами, – в ее голосе скользнула сиплая надломленность, – со мной. – И она умолкла.

Ее глаза посветлели, снова наполнившись серыми морозными льдинками, но полыхавшие в них злые искры ясно говорили о том, что Листера еле сдерживается. На ее шее пульсировало багровое кольцо – последствие неудавшейся попытки вернуться в Покров с неразорванной привязкой.

– Из-за меня вам обеим досталось, – горько произнес Торен и потянулся к ее шее, но Листера грубо оттолкнула его и отступила, закрыв нос ладонью.

– Убери от меня свою мерзкую жалость, смертный, – прошипела Листера. На ее лице застыло брезгливое выражение. – Если есть время и силы на никому ненужное раскаяние, лучше сосредоточься на том, что сейчас важнее всего. – Она кивнула на спящую Мелис. – Лучшее, что ты сейчас можешь для нее сделать, – это засунуть свою жалкую пародию на чувство вины себе в лаваш и придумать достойный план для спасения своей сестренки. Справишься?

Торен ошеломленно застыл.

Что-то в Листере определенно изменилось. Хрупкая, милая девушка, которая всего несколько часов назад весело улыбалась, неумело управляясь с гирляндами и мишурой, сейчас смотрела холодно, даже вызывающе. На ее бледном лице больше не было ни капли сомнения или замешательства, а в тихом голосе сквозила злая решимость.

Торен вздрогнул: в палате рядом со смертными снова находилось то самоуверенное, могущественное и вселяющее ужас безжалостное существо из Покрова, каким он ее впервые увидел в пентаграмме для вызова. И вот ведь забавно: почему-то именно это дерзкое, беспардонное и категоричное в действиях и суждениях существо придавало уверенности больше, чем заверения в светлом будущем всех медицинских светил.

Она, по крайней мере, не лгала.

– Я готов спуститься в Покров, если потребуется. – Торен протянул Листере широкую ладонь.

Листера окинула его пронизывающим взглядом и, зловеще ухмыльнувшись, ответила крепким рукопожатием.

– Годится.

– Прекрасно, – недовольно закряхтел Андор. – Теперь, когда вы снова поладили, эго может продолжить усугублять ситуацию?

Торен недовольно цыкнул, но Листера молча кивнула, крепко о чем-то задумавшись. Казалось, присутствие наглого цербера теперь ей не мешало.

– Прежде чем вы перейдете к осуществлению своего, несомненно, гениального плана, я бы хотел напомнить, Листера, – Андор подошел к ней, – что ты по-прежнему связана со смертным.

Торен нахмурился.

– Верно, – тихо произнес он, озадаченно глядя на левое запястье, – связку разорвать так и не получилось.

– Вообще-то, получилось, – хмыкнул Андор и явил свой хвост. Предварительно убрав острый серп и перехватив хвостом ладонь Торена, он поднес его запястье к глазам и принюхался: – По крайней мере, твою.

– Что ты имеешь в виду? – Торен недоуменно уставился на Андора, а затем, проследив за его взглядом, – на спящую Мелис. – Ты, должно быть, шутишь. И как бы она это сделала?

– Я ничего не утверждаю. – В тихом голосе Андора скользнула растерянность. Он отпустил руку Торена и спрятал хвост. – И уж точно не шучу. Но пока эта девочка не пришла в себя, точнее сказать не могу. Да и неважно, как это произошло. Сейчас важнее другое – привязку нужно разорвать.

– И как же ты предлагаешь это сделать? – взвился Торен и встал перед Андором, заслонив собой кровать, на которой отдыхала сестра.

– У меня много вариантов, – сверкнув глазами, многозначительно произнес цербер. – Но вряд ли они тебе понравятся.

– Если ты думаешь…

– Достаточно, – вмешалась Листера и встала между спорящими. – У нас нет на это времени. – Она кивнула на мерно пикающий