Сойтись с герцогом - Белла Джеймс

Он выглядит великолепно. Суровый, темный на фоне золотого свечного света, килт подчеркивает сильные икры, рукава закатаны, и мышцы на руках напрягаются, когда он на секунду скрещивает их, оглядывая зал. И все же мне он кажется уставшим — тени под глазами, щетина на челюсти подчеркивает впадину щеки, которой раньше не было. Слишком много для одного человека. Титул — это одно, ответственность — совсем другое.

— Я знаю, что эту речь раньше произносил мой отец, — начинает он, и кажется, что зал затаил дыхание. — И я знаю, что я не он.

Кейт бросает на меня косой взгляд, и я думаю, она тоже заметила, как на мгновение спала маска, и лицо Рори стало почти призрачным. Интересно, знали ли все, кто помнит безумства на балах, и темную сторону покойного герцога. В ответ слышится шорох согласия. Вежливый, но настороженный.

— И я не собираюсь им быть.

Это вызывает более уверенную реакцию — кто-то смеется, кто-то кивает.

— Зато я собираюсь, — продолжает он уже серьезнее, — сохранить Лох-Морвен таким, каким ему и следует быть. Местом, где сообщество важнее церемоний. Где история — не просто портреты на стенах, — он машет рукой в сторону огромных полотен в бальном зале, — а то, с чем мы действительно имеем дело.

Я сглатываю, вспоминая содержимое дневников.

— Всем вам, — Рори поднимает бокал, — спасибо за то, что вы часть этого.

Раздаются аплодисменты — теплые, искренние. Но я не могу оторвать от него взгляд, потому что в его голосе на секунду прозвучало нечто другое. Трещина, которую он не до конца прикрыл, словно несет на себе груз, который не хочет показывать никому.

Я все еще смотрю, когда рядом появляется Фенелла.

— Вы, должно быть, вымотались, — говорит она, протягивая мне напиток, о котором я не просила. Улыбка вежливая, а глаза — как ножи.

Я настороженно беру бокал.

— Вы так стараетесь, — сладко продолжает она. — Изо всех сил пытаетесь не отставать.

Я моргаю.

— Простите?

— Ой, — она издает серебристый смешок. — Не поймите неправильно. Просто… это ведь совсем другой мир, правда? Такие вечеринки. Эти люди. Все эти… ожидания.

Я открываю рот, чтобы ответить, но она изящно машет рукой, будто все понимает.

— Должно быть, это подавляет.

Живот проваливается, щеки пылают. Я натянуто улыбаюсь и бормочу что-то о том, что мне нужно в дамскую комнату, после чего отворачиваюсь, сжимая бокал, как спасательный круг. Ни одного знакомого лица — Кейт нигде нет, как и Джейни с Грегором, Анна пропала уже давно. В последний раз я видела ее на краю группы американцев, где она рассуждала об облигациях.

Я отступаю к краю бального зала и проскальзываю за одну из тяжелых бархатных штор цвета бордо, обрамляющих огромные окна. Здесь тянет прохладой, и я прислоняюсь к холодному камню, вдыхая уже знакомый запах пчелиного воска и хвои.

Мне бы уйти сейчас. Лечь спать. Собрать вещи. Исчезнуть в ночи, как Золушка, только без хрустальной туфельки, потому что ноги просто отваливаются.

— Когда я был маленьким, я всегда прятался здесь, если мне все надоедало.

Я вздрагиваю, едва не пролив шампанское на лиф платья. Передо мной стоит Рори — с приподнятой бровью, со стаканом виски в руке, словно сошел со страниц хайлендского любовного романа.

— Черт побери.

— Вижу, мое умение очаровывать хорошеньких девушек ничуть не притупилось.

Я закатываю глаза.

— Вам разве не положено обходить зал, Ваша Светлость?

— Я уже сделал более чем достаточно. — Он подносит стакан к губам. — К тому же я тебя искал.

Я снова сглатываю и делаю вдох, наблюдая, как грудь поднимается и опускается, стянутая корсажем. Поднимаю взгляд и вижу, что он смотрит туда же. На мгновение он усмехается и отводит глаза.

— Ты сказал, что искал меня?

Он кивает.

— Ты исчезла. А ты исчезаешь только тогда, когда кто-то повел себя отвратительно.

Я моргаю.

— Откуда ты это знаешь?

— Я внимателен.

Он тянется и забирает у меня фужер, его пальцы скользят по моим.

— Ты не любишь шампанское.

— Мне его дали.

На мгновение повисает тишина.

— Фенелла, — наконец говорю я. — Думаю, она меня предупреждала.

— Вот как.

Он ставит фужер на приставной столик и протягивает мне свой стакан с виски, снова касаясь моей руки. На этот раз это ощущается намеренно.

— Тогда выпей это.

Я делаю глоток, обхватывая тяжелый хрусталь обеими руками и глядя на него поверх края. И тут он забирает стакан обратно, аккуратно ставит его и сокращает расстояние между нами так, что я чувствую тепло его тела.

— Эди, — говорит он, и мое имя ложится на его губы низким шепотом.

Я пытаюсь рассмеяться, но выходит неровно и сбивчиво.

— Это тот самый момент, когда вы соблазняете писательницу за шторой на балу?

Он перехватывает прядь моих волос, отводит ее назад за плечо и на секунду проводит большим пальцем по основанию шеи. Дыхание сбивается, я поднимаю на него взгляд.

— Это тот момент, когда я перестаю делать вид, будто не думаю о тебе каждую чертову секунду с самой первой нашей встречи.

И он целует меня. Не нежно. Он целует так, словно злится на себя за то, что хочет меня. Словно хочет этим поцелуем заглушить что-то внутри.

— Мы не можем… — выдыхаю я, когда он наконец отстраняется.

— Еще как можем, черт возьми, — рычит Рори.

Он берет меня за руку, и я иду за ним через скрытую дверь в деревянной панели на темную лестницу. Здесь пахнет сырой каменной кладкой. Он тянется и проводит большим пальцем по линии моей челюсти.

— Речь я произнес, а теперь воспользуюсь своим правом свалить к черту. — Он кивает на лестницу. — Прошу.

Я на мгновение колеблюсь, держась за гладкие металлические перила и не зная, куда они ведут.

Он прищуривается, будто пытаясь понять, о чем я думаю, затем коротко смеется.

— Это тайная лестница в западное крыло.

— А, — говорю я, начиная подниматься, странно спокойная, несмотря на бешено колотящееся сердце, — а я подумала, что ты ведешь меня в секретное подземелье.

— Возможно, так и есть.

Черт возьми. Вспышка желания едва не сбивает меня с ног. И тут я чувствую его ладонь на изгибе талии в сумрачном полумраке.

— Сюда.

Он тянется мимо меня, его рука задевает мое плечо, когда он открывает еще одну скрытую дверь. Я вдыхаю знакомый аромат его одеколона и проскальзываю под его рукой в знакомый ковровый коридор.

Рори тихо закрывает дверь и поворачивается ко мне, упираясь руками по обе стороны и прижимая к шелковым обоям. Я откидываюсь назад и смотрю на него