Адмирал моего сердца, или Жена по договору - Дарья Коваль

на самом деле герцог Марселус Ренард Рэйес, посол империи Гард в королевстве Арденна, не являлся отцом меня настоящей, но именно благодаря ему я сейчас пребывала в добром здравии, а не будучи трупом в королевской усыпальнице Арденны. А ещё как никогда ощутила себя вдруг подлой обманщицей, несмотря на то, что не по своей воле оказалась в теле его родной и единственной дочери.

Но что уж теперь…

— Я понимаю, что сейчас ты не можешь вернуться, да и вообще вряд ли ещё когда-либо ступишь на земли Арденны, но будь уверена, я сделаю всё необходимое за тебя, — заверила следом нянюшка. — Когда все погребальные ритуалы будут соблюдены, я прибуду в Гард и привезу его прах для тебя. Упокоим его дух вместе.

Я кивнула с благодарностью. Помедлила немного. И не удержалась от вопроса:

— За что леди Эсма Арвейн так ненавидит его светлость?

Быть может, мой вопрос сейчас звучал не особо уместно. И даже в некоторой степени безнравственно. Но и когда ещё удастся узнать, если не сейчас?

— Я знаю, что он бросил её у алтаря, в день их свадьбы, — добавила я, когда на мой вопрос нянюшка лишь поджала губы и скорбно вздохнула, отведя взгляд.

То ли потому, что тоже подумала о том, что мой вопрос бестактный и неуместный, то ли потому, что просто-напросто не хотела со мной делиться. Могла бы предположить, что она вовсе не знает то, о чём я спросила, но её реакция свидетельствовала об обратном. Да и давно она служила в доме Рэйес. Очень давно. С юного возраста.

— И думаю, что тому непременно должна быть более чем веская причина, — продолжила давить я. — Какая? Почему он так поступил с ней?

Поджатые нянюшкой губы и превратились в тонкую белесую полосу.

— Ох, девочка моя. То дела дней давно минувших. Нам не к лицу о таком сплетничать. Не наше это дело. Совсем не наше, — неохотно, но ответила она.

Я могла бы спросить снова. Но больно уж много категоричности звучало в её тоне.

— Он поэтому не стал просить помощи у Гарда в ситуации с настойчивостью кронпринца? Из-за леди Арвейн? Из-за того, что не желал возвращаться в Гард? — решила я зайти с другой стороны.

В свете того, что в итоге его светлость посол Рэйес как раз велел мне обратиться к адмиралу Арвейну, моё предположение звучало не совсем логично. Но логика во всём этом всё же имелась, и я не прогадала.

— Если б удалось получить разрешение на въезд в Дикие земли хотя бы на один день раньше, то вы бы благополучно отбыли в Ксафан и не пришлось бы вовсе обращать к этим Арвейнам, — презрительно фыркнула и покачала головой собеседница. — Не советую тебе никогда иметь с ней дело. Если встретишь где-нибудь на своём пути, беги со всех ног, не оборачивайся. Эта змея даже не кусает, заживо проглотит, опомниться не успеешь, — предостерегла. — Это только сын не такой, как мать. И помнит сделанное добро. А её даже тот факт, что его светлость когда-то лорду Арвейну жизнь спас, не пронял. Как ненавидела, так и будет ненавидеть всю жизнь всех Рэйес. А если тебе вдруг покажется, что это не так, не верь. Змея она и есть змея, — вздохнула нянюшка уже обречённо и тоскливо, замолчала, но ненадолго. — А почему тебя вдруг это так заинтересовало? — прищурилась, внимательно и обеспокоенно разглядывая.

И тут я поняла, что забыла ей кое-что сообщить.

Кое-что очень существенное…

— Я ну… вышла замуж, — выдавила я из себя очередную улыбку сквозь силу. — За адмирала. Когда он прибыл в Арденну по моей просьбе, чтобы помочь. Монахини тебе разве не сказали? — оправдалась нервно.

До этого момента я и не представляла, что человеческие глаза способны настолько округляться в изумлении. Но оказалось ещё как могут.

— Ох ты ж… — пошатнулась нянюшка, хватаясь за собственную грудь в районе сердце.

Следующие минуты пришлось успокаивать её, как только возможно. В какой-то момент я даже начала опасаться за её жизнь и здоровье, такой бледной она стала, столько бессвязных причитаний, полных отчаяния я услышала из её уст.

А я что?

Я ж не знала, что всё именно так будет, когда соглашалась выйти замуж за адмирала Арвейна!

Хотя ни о чём таком я ей, конечно же, не сказала. Зато, после того, она наконец более-менее успокоилась, вспомнила о другом:

— Аэдан Каин посылал за тобой, пока мы были в монастыре, но его офицеры вернулись ни с чем. Что случилось? — нахмурилась.

А нянюшка подарила мне ещё одну ласковую улыбку, полную тепла и толики грусти.

— Я в порядке, не переживай обо мне. Совсем не стоит. Что мне старой будет? Кому я нужна, — отмахнулась от моего беспокойства. — Скоро увидимся по-настоящему, тогда и поговорим, всё подробно обсудим. Лучше скажи мне сейчас, эта змея Арвейн тебя не обижает? — прищурилась женщина, пытливо вглядываясь в моё лицо.

И ведь как знает уже правдивый ответ! Хотя я, чуть замешкавшись, всё равно соврала ей. Ну, почти.

— Мой муж не даст меня никому в обиду. Он замечательный. Ты тоже не переживай. Со мной всё хорошо, — заверила я её. — Может быть, нужна какая-то помощь? Я могу что-то сделать? Или, может, попросить об этом лорда Арвейна? — поинтересовалась следом.

Нянюшка отрицательно качнула головой. И куда-то себе за плечо обернулась. А затем принялась торопливо прощаться:

— Мне пора, моя девочка. Увидимся в Гарде. Ты ведь сейчас на Крез-д'Ор, раз уж стала невесткой этой змеи Эсмы, я правильно понимаю?

— Да, правильно, — подтвердила я.

Мы попрощались, образ нянюшки быстро растаял, а окружающая световые круги тьма постепенно отпустила мой разум. Я вернулась в реальность. В спальне, кроме меня, никого не было. Разве что на соседней, чуть смятой подушке, обнаружился бледно-розовый пион. Пышный и такой нежный, что этой нежностью затопило и мою душу, пока я смотрела на оставленное напоминание о том, что, что ночь я провела не в одиночестве, а вместе с тем, кто его для меня тут оставил.

— И правда, замечательный, — невольно улыбнулась я своим воспоминанию о том, как говорила нянющке про мужа, вдыхая тонкий запах пионов.

Начинался он, по крайней мере, однозначно позитивнее. Я убедилась в этом, стоило подняться с постели, глубже кутаясь в мягкий тёплый халат, который доставал мне почти до пят, размышляя над тем что же мне надеть, и услышала мягкое:

— Доброе утро, леди Арвейн, — произнесла… Рени.

Девушка возникла в дверях спальни до того бесшумно и внезапно, что я даже вздрогнула от неожиданности.

— Лорд Арвейн