Золушка. Революция - Ямиля Нарт

тренировками шло и обычное, человеческое сближение. Вечерами, после изматывающих упражнений, мы ужинали вместе с обитателями Дачи. Сначала миссис Дженкинс и другие смотрели на Эдгара с опаской, но его естественные манеры, искренний интерес к их делам и явное, неподдельное уважение ко мне быстро растопили лёд. Он мог серьёзно обсуждать с Гримзом эффективность нового парового насоса, а через пять минут слушать, затаив дыхание, как Инна объясняла ему тонкости выделения эфирного масла из бутонов роз. Он был здесь не принцем, а коллегой, учеником и… чем-то большим.

И я, и он чувствовали это «большее». Оно висело в воздухе между нами — во взглядах, задерживающихся чуть дольше, в случайных прикосновениях, в тех паузах, когда слова были уже не нужны. Но у нас не было времени на выяснение отношений. Над нами висела операция. И эта общая цель, это ощущение, что мы стоим плечом к плечу перед лицом большой опасности, сближало нас быстрее любых слов.

Накануне дня «Х» Эдгар зашёл ко мне в кабинет, когда я проверяла последние списки снаряжения.

— Завтра всё начнётся, — сказал он тихо, прислонившись к косяку двери.

— Да, — я отложила перо. — Боишься?

— Не за себя, — честно ответил он. — А за тебя. И за то, что наша магия может подвести в решающий момент.

— Не подведёт, — уверенно сказала я, хотя сама дрожала внутри. — Мы отработали всё, что могли. А теперь… нам нужно отвлечься. Хоть на несколько часов. Иначе мы сойдём с ума от ожидания.

Эдгар улыбнулся своей тёплой улыбкой.

— Элис, я как раз хотел предложить. Давай отвлечёмся и съездим в город, в театр. На настоящее свидание.

Я весело хмыкнула, и подошла, чтобы обнять его. Он ответил на объятие, прижав меня к себе еще крепче.

— Хорошо. Выбери время и место в театре, а я приеду. Мне еще нужно будет купить платье.

— Договорились.

На следующий день, после утренней финальной репетиции с командой Кассиана (мы успешно «спрятали» одного из его агентов прямо в гостиной на глазах у миссис Дженкинс, которая потом клялась, что кроме неё и кота в комнате никого не было), я отправилась в город.

Лилия Ковард встретила меня в ателье своей портнихи с распростёртыми объятиями.

— Элис, дорогая! Заказ такой интересный — платье для театра! С принцем Эдгаром, я полагаю? — её глаза лукаво блестели.

— Лилия, — вздохнула я, но не стала отрицать. — Да.

— О, я уже всё придумала! — воскликнула Лилия и повела меня вглубь ателье, где на манекенах уже красовались несколько платьев. — Смотри. Этот? Шёлк цвета неба, с серебряной вышивкой? Или вот этот — бархат с красивым декольте?

Мы выбирали долго, смеясь, споря о фасонах и тканях. Лилия была в своей стихии. И в процессе, пока мы сверяли образцы кружева, дверь в ателье открылась, и вошёл… Артур Логан.

Он выглядел усталым, но собранным. Увидев меня, он на мгновение замер, потом улыбнулся.

— Мисс Мёрфи. Какая неожиданная встреча.

— Мастер Логан, — кивнула я. — Вы здесь по делам Гильдии?

— Увы, нет, — он вздохнул. — Сестра прислала за своим праздничным платьем. А вы? — его взгляд скользнул по платью на манекене, которое готовили для меня.

— Готовлюсь к светскому выходу, — улыбнулась я. — Позвольте представить — леди Лилия Ковард, моя хорошая подруга. Лилия, это мастер Артур Логан, эксперт Гильдии Артефакторов.

Лилию, обычно такую уверенную, вдруг будто подменили. Она слегка покраснела, сделав шаг вперёд.

— Очень приятно, мастер Логан. Я… я слышала о ваших работах. Мой отец, Ангус Ковард, восхищался той системой очистки воды, что вы проектировали.

Артур, казалось, тоже немного смутился. Он поправил очки.

— Ангус Ковард? Да, это был интересный проект… к сожалению, заблокированный советом Гильдии из-за «неоправданной сложности». Очень приятно познакомиться, леди Ковард.

Они заговорили об инженерных решениях, и Лилии хватило ума и знаний поддержать разговор. Я наблюдала за ними с лёгкой улыбкой, пока мадам Элоиз закалывала последнюю булавку.

Когда мы вышли из ателье, Лилия была необычно задумчива.

— Интересный человек, — сказала она наконец. — Умный. И, кажется, не такой занудный, как большинство гильдейских.

— Он один из немногих, кто мыслит творчески, — согласилась я. — И он на нашей стороне. Во многом.

Вечером, одетая в платье цвета сливы, с простой, но изящной причёской и лёгким макияжем, я вышла к ожидавшему у крыльца экипажу Эдгара. Он был в строгом, но безупречном тёмно-сером костюме. Увидев меня, он замер, и в его глазах вспыхнул немой восторг.

— Ты выглядишь… потрясающе, Элис, — сказал он, помогая мне подняться в экипаж. Его пальцы чуть дольше, чем нужно, задержались на моей руке.

Дорога до театра и сам спектакль прошли как в сладком тумане. Мы сидели в ложе, смотрели драму о любви и долге, которую я почти не воспринимала. Я чувствовала его рядом. Его присутствие, его тепло, его взгляд, который то и дело находил мой в полумраке. Мы не говорили о завтрашнем дне, о Гильдии, о пыли. Мы говорили о персонажах пьесы, смеялись над неудачными репликами актёров, спорили о трактовке финала. Это были простые, человеческие разговоры. И в них было столько неприкрытой нежности и взаимопонимания, что у меня щемило сердце.

В антракте мы вышли в фойе. Он взял два бокала шампанского и подал один мне.

— За удачу, — тихо сказал он.

— За удачу, — повторила я, чокаясь.

— Знаешь, — сказал Эдгар, глядя на игристые пузырьки в своём бокале, — здесь, рядом с тобой, я впервые чувствую себя на своем месте

— Я тоже, — прошептала я.

Он посмотрел на меня, и в его янтарных глазах отразились огни люстр и что-то глубокое, тёплое, серьёзное.

— Каким бы ни был завтрашний день, Элис, — сказал он, — я хочу, чтобы ты знала. Эти дни здесь, с тобой… они стали для меня самым важным открытием. Более важным, чем любая формула или тайна.

Я не нашлась, что ответить. Просто положила свою руку поверх его, стоящей на бархатном парапете ложи. Он перевернул ладонь и сжал мои пальцы.

— Не думай о завтра, — мягко сказала я. — Сегодня — наш вечер. Давай проживём его полностью.

И мы прожили. После театра мы пошли ужинать в маленький, уютный ресторанчик с видом на канал. Ели, смеялись, говорили о пустяках и о важном. О