Академия Магсил. Игра на выживание - Ника Железная

проще. Память не хранит прошлое как запись, она каждый раз собирает его заново. Лил прищурилась. – То есть вы хотите сказать, что мы все одновременно собрали себе одну и ту же Академию? – Учитывая обстоятельства аварии, тяжесть состояния, кому, медикаменты, стресс, кислородное голодание и одновременное пребывание на грани жизни и смерти, я бы сказал, что это одно из возможных объяснений. – Одно из? – уточнил Глеб. Врач посмотрел на него чуть дольше, чем на остальных. – Единственное, которое я могу произнести вслух в медицинском учреждении. В кабинете стало тихо. Я почувствовала, как пальцы Алекса крепче сжали мою руку. – Иногда человеческий мозг способен построить удивительно сложную систему, особенно если несколько людей переживают одну травму одновременно. Вы могли слышать голоса друг друга, реагировать на одни и те же медицинские манипуляции, считывать фрагменты реальности даже без сознания, а потом каждый из вас достроил это в общую историю. Возможно, вы обменялись образами уже после пробуждения и сами не заметили, как синхронизировали детали. Память любит порядок. Если ей дать хаос, она постарается сделать из него сюжет. – Красивое объяснение, – сказал Алекс. – Почти убедительное. – Почти, это уже хороший результат для медицины в таких случаях. – А другие случаи были? – спросила я. Врач перевел взгляд на меня. – Были. – Такие же? – Похожие. – И что с ними стало? – Большинство людей со временем выбирают удобную версию, – сказал он после короткой паузы. – Кто-то называет это коллективной галлюцинацией, последствиями комы, духовным опытом. Некоторые даже верят в переход между реальностями, а кто-то просто перестает об этом говорить. Нужно просто жить, проходить реабилитацию и платить по счетам. Ванис тихо рассмеялся. – Прекрасно. Нас чуть не убило, мы прожили вторую жизнь, а врач говорит, живите дальше и платите по счетам. – Именно, – невозмутимо ответил врач. – Это один из самых полезных медицинских советов, которые я могу дать. – Очень успокаивающе, – пробормотала Лил. – Я не обязан вас успокаивать, – врач снова надел очки. – Я обязан убедиться, что вы живы, не представляете опасности для себя и окружающих, а также понимаете, что реабилитация после комы требует времени. – То есть официально мы просто пациенты после аварии? – спросил Алекс. – Официально, да. – А неофициально? Врач посмотрел на него, и на мгновение мне показалось, что в его глазах что-то зажглось. Похоже на магию. Или я опять схожу с ума. – А неофициально, – сказал он, – счастливого возвращения. После этого жизнь стала медленно собираться обратно. Мы быстро сблизились. В этом мире мы не были друзьями. Кто-то из нас вообще никогда не встречался до аварии. Наши жизни не должны были переплестись, но они переплелись сначала там, потом здесь, и теперь мы уже не могли делать вид, будто чужие. В день выписки нам выдали документы, рекомендации, список лекарств и строгий запрет на подвиги минимум на несколько месяцев. Лил, как всегда, все поняла первой. – Даже не думай делать такое лицо, – сказала она. – Мы теперь от вас так просто не отстанем. – Это угроза? – спросил Алекс. – Обещание. Глеб усмехнулся. – После общего конца света положены регулярные встречи. – И нормальная еда, – добавил Ваня. Кир едва заметно улыбнулся. – И меньше магических катастроф. Мы все замолчали, а потом почему-то рассмеялись, наверное, потому что иначе было нельзя. У выхода нас догнал тот самый врач. – Кристина, Александр. Мы остановились. Он подошел ближе, протянул мне еще один лист с рекомендациями и устало улыбнулся. – Берегите себя. Все вы. – Спасибо, – сказала я. Он кивнул. – И счастливого пути. Я уже повернулась к выходу, когда вдруг краем глаза заметила странный отблеск. Всего на миг серые глаза врача вспыхнули мягким золотистым светом, почти как магия. Я резко обернулась, но он уже стоял обычный, спокойный, немолодой, уставший, с совершенно человеческими глазами. – Что-то не так? – спросил Алекс. – Нет, – медленно сказала я. – Наверное, показалось. Алекс внимательно посмотрел на меня, но ничего не спросил. Мы вышли из больницы на свет. Я взяла Алекса за руку, и он переплел наши пальцы. – Домой? – спросил он. Я посмотрела на людей, которые еще недавно были для нас чужими, а теперь стали почти родными. Потом на больницу за спиной и улыбнулась. – Домой.

Эпилог

Следующую годовщину свадьбы мы решили отмечать дома. Хватит с нас приключений. Этот день и так стал для нас чем-то особенным и немного пугающим. Потому что именно тогда мы чуть не умерли, а потом каким-то совершенно невозможным образом пожили в мире, который до сих пор не отпускал нас до конца.

Официально все это объяснили эффектом Манделы или коллективной галлюцинацией, но, честно говоря, чем больше проходило времени, тем меньше я в это верила. Хотя, если искать плюсы, был один огромный. Мы обрели друзей. Трудно относиться как к чужим к тем, кто спасал тебе жизнь, шел рядом через опасность и всегда поддерживал. Даже если всего этого не существовало на самом деле. Хотя странный доктор, который наблюдал нас после аварии, все чаще заставлял меня думать, а вдруг существовало? И именно это я собиралась сегодня обсудить со всеми. Этот вопрос давно не давал мне покоя, а лишних людей сегодня не будет. С некоторых пор мы с Сашей решили не отмечать годовщину с родней. Только с нашими новыми друзьями. С теми, кто теперь жил с нами на одной волне. К тому же сегодня, помимо годовщины свадьбы, мы хотели отметить еще одно событие. Выход моей книги. Да, я все-таки написала книгу. В ней я описала наши приключения. Это же готовый сюжет, ну как не написать? – Давайте садиться за стол, – сказал муж, когда все собрались. Нас поздравляли, говорили тосты, смеялись, вспоминали больницу и то, как после выписки мы постепенно начали понимать, что помним одно и то же. А потом Саша принес коробку с большим бантом. Внутри лежало несколько экземпляров моей книги. Я почему-то все равно разволновалась, хотя все уже знали, что я ее написала. – Мы все участвовали в приключениях, которые описаны в этой истории, – сказала я, осторожно доставая первый экземпляр. – Поэтому я хочу каждому из вас подарить по книге. – С автографом? – хитро спросил Кир. –