Вместе сильнее - Эстрелла Роуз

так, будто знакомы и находятся в прекраснейших отношениях буквально всю свою жизнь. А также пытаются научить друг друга каким-то танцевальным движениям. У кого-то получается хорошо уже с первого раза, а кто-то делает их не совсем правильно не то из-за неумения танцевать, не то из-за алкогольного опьянения. Впрочем, это мало кого смущает. Все умеют смеяться над собой. Они даже устраивает шуточные танцевальные дуэли и пытаются повторить элементы из различных направлений или демонстрируют несложные акробатические движения. Да, получается у них не очень хорошо… Но всем, мягко говоря, плевать. Все как хлопали, свистели и визжали, так и продолжают. А выходы Сэмми всегда сопровождаются бурными овациями, которые доставляют ему огромное удовольствие.

Чуть позже парни решают окунуться в океан и немного в нем поплавать. Устраивают между собой негласное соревнование на лучший прыжок с яхты, каждый из которых записывают на видео и снимают на фото. Точнее, съемкой большую часть времени занимается Блейк, поскольку он честно признался друзьям, что не умеет плавать и поначалу не был уверен в том, что согласиться приехать на мальчишник, проходящий на яхте, было такой уж хорошей идеей. Но был очень рад, когда все отнеслись к его заявлению с пониманием и не стали брать на слабо, решив оторваться на ком-то другом. А некоторые из парней по неосторожности роняют в океан кое-какие свои личные вещи, за которыми даже и не пытаются опускаться на самое дно и мысленно с ними прощаются.

— Так, все, ребята, временный отбой! — устало произносит Терренс, с легкой отдышкой приподняв руку вверх и согнувшись пополам с упертыми о колени ладонями. — А иначе я сдохну от усталости…

— Согласен! — кивает Бенджамин и резко выдыхает. — Я тоже хочу отдохнуть хотя бы пару минут…

— Да-да, я требую перерыв, — с затрудненным дыханием заявляет Джозеф, расставив руки в бока.

Эдвард делает музыку немного тише, но не отключает ее, устало камнем падает на диван и откидывается его на спинку. Кто-то тоже присаживается, чтобы перевести дыхание и остыть, кто-то просто ходит по палубе или берет что-нибудь выпить и промочить горло, а Сэмми просто внимательно наблюдает за всеми, дружелюбно виляя хвостом с высунутым языком.

— Классно повеселились, мужики! — бодро отмечает Терренс, фривольно развалившись на диване и закинув руки за спинку. — Даже Сэмми не смог устоять и присоединился к нам!

— Да уж, сидеть вразвалочку на диване и скромничать смог бы только человек не от мира сего, — запустив руку в свои волосы, весело отвечает Даниэль.

— Однако среди нас таких не нашлось, — отмечает Коди.

— Ох, ребята, давно я так классно не отрывался! — бодро восклицает Джереми. — Я совсем не жалею, что наплел преподам в универе что-то, чтобы выклянчить пару-тройку отгулов без какого-либо риска.

— Но было не так-то просто уломать этих нудных стариков уступить нам, — уверенно добавляет Уильям. — Хотя в итоге мы с братцем получили то, что хотели.

— Что, вы тоже умейте забалтывать людей, прямо как ваш братик Эдвард? — по-доброму ухмыляется Питер.

— Может быть… Хотя мы уже давно нашли подход к нашим преподам и знаем, как убедить их не ругать нас за позднюю сдачу работ, опоздания и отсутствие на лекциях.

— А мне с преподами в универе определенно повезло, — с легкой улыбкой отмечает Райан. — Хотя не буду скрывать, я их любимчик. Они во всем меня поддерживают и помогают.

— Правильно, преподы любят ботаников, вроде тебя, — откинувшись на спинку дивана, по-доброму усмехается Кристофер. — А раз ботаник еще и любит – о черт! – учиться, то его в буквальном смысле на руках носят.

— Не спорю, я люблю учиться и узнавать что-то новое. Но есть много чего, что мне совсем неинтересно. Например, люблю математику и физику, но ненавижу экономику и политику. Я в этом полный ноль!

— А я знаю так, на поверхности, — по-доброму ухмыляется Кевин, расхаживая по палубе перед глазами парней.

— О нет, в этом я полный дуб! — громко заявляет Блейк, держа в руке стакан с каким-то напитком, пока он стоит напротив сидящих на диване парней. — И каюсь, с историей у меня вообще не лады.

— Черт, парни… — устало стонет Эдвард. — Только давайте не будем обсуждать политическую ситуацию и говорить о состоянии экономики нашей страны.

Сэмми два раза громко и уверенно подает голос.

— Ха, сомневаюсь, что наши башки сейчас варят для таких разговоров, — с глупой улыбкой отвечает Кристофер. — По крайней мере, моя – уж точно.

— Я это уже давно понял, видя твою дебильную улыбку, — негромко хихикает Бенджамин.

Кристофер ничего не говорит и лишь по-доброму усмехается и что-то пьет из небольшого стакана, пока уже почти все разваливаются на диванах, наслаждаясь тем, как приятно ветер обдувает их лица и волосы.

— Эй, братва, а как вы думайте, девчонки уже увидели наше послание? — с загадочной улыбкой интересуется Даниэль. — Знает ли моя мелкая сестричка, что я ей устрою, когда она вернется домой?

— Да вроде уже должны, — предполагает Питер. — Телефончики уж точно сейчас при них. Надо же девчонкам сделать пару фоточек с воздушными поцелуйчиками и улыбочками во все тридцать два. Вот они полюбас увидят наш привет.

— О да, тысяча фоток со всех ракурсов – это так по-женски, — по-доброму ухмыляется Уильям.

— Это точно! — соглашается Коди.

— Одна моя бывшая была просто помешана на идеальных фотках и обожала выпячивать губы как утка. Хотя меня это ужасно бесило! Я несколько раз просил ее так не делать, но она только обещала и не делала. И каждый раз, когда мы куда-то ходили, я буквально подрабатывал у нее фотографом и фоткал ее раз по тысячу на одной прогулке. Да и она снимала буквально каждый наш шаг.

— Ну типичная девчонка – что тут сказать! — разводит руками Терренс. — Если мужику будет достаточно пары-тройки фоток и видео, то девушка может сделать сотни или тысячи… Одинаковых. А потом полчаса сидеть и решать, какая лучше. Выбирать фильтры, убирать недостатки, делать себя худее…

— Ага, — с закатанными глазами произносит Джереми. — А все ради того, чтобы показать, как умело она нанесла свою штукатурку на лицо, сколько ей подарили цветочков, какие у нее классные шмотки, брюлики и все такое, и какой безупречной фигурой