Искра вечного пламени - Пенн Коул

Не дожидаясь ответа, я повесила перегруженную сумку через плечо и рванула к двери. Едва переступив порог, я бросилась бежать.

И снова бежала, бежала и бежала.

***

Ветер трепал волосы, пока я неслась по длинной дороге, соединяющей города смертных и Потомков.

Бедра горели от напряжения, легкие свело от нехватки воздуха, но я не решалась замедлиться ни на секунду. В такт моим шагам в сознании снова и снова ревели две мысли.

«Это я натворила».

«Это я виновата».

«Это я натворила».

«Это я виновата».

Чем дольше я бежала, тем выше становилось пламя и тем гуще — дым в воздухе. Если бы остановилась, то, наверное, смогла бы определить, откуда вздымается столб огня — из дворца или из города за ним, — но тело отказывалось замедляться.

Навстречу мне шеренгой шли шестеро, тянущие две большие тележки. Фигуры были мужские, широкоплечие, сильные. В любую другую ночь я бы предусмотрительно спряталась за деревьями и пропустила их. Встреча одинокой женщины и группы странных мужчин на темной дороге редко заканчивается хорошо. Но сегодня собственная безопасность волновала меньше всего. Когда мужчины приблизились, я едва взглянула на них — лишь слегка изменила направление, чтобы оббежать шеренгу слева.

— Дием?

Отреагировала я не сразу. Голос был знакомым, очень знакомым.

Но я не могла остановиться, не могла замедлиться даже ради…

— Дием? Не беги, это я!

Один из мужчин рванул вперед и встал у меня на пути. В густом мраке растущей луны лица его я не видела, но голос…

 — Не могу остановиться! — выдавила я, хрипло дыша. — С дороги, пожалуйста!

— Дием, это я, Генри.

Я сбилась с ритма, замедлилась, но не остановилась. Я не могла остановиться. Я должна была бежать дальше, к месту пожара, чтобы помочь…

Генри схватил меня за руки, останавливая насильно.

— Что ты здесь делаешь?

Дрожащей рукой я показала на полыхающий вдали ад.

— Взрыв. Пожар. Бегу помогать.

Генри окинул меня странным взглядом, потом обернулся к собравшимся у него за спиной товарищам, лица которых были по-прежнему окутаны мраком.

Его руки у меня на плечах стали слишком тяжелыми.

— Дием, иди домой, — сказал он, понизив голос. — О пожаре не беспокойся.

— Ты не понимаешь. Там могут быть пострадавшие. Мне нужно идти…

— Дием, послушай. — Голос Генри звучал с пугающей серьезностью. — Иди домой и сиди там. Забудь, что видела пожар. Забудь, что видела нас.

Я начала протестовать, но меня перебило глухое бум! Земля задрожала в ответ, огненное облако стало ярче и взлетело выше в небо.

Мужчины тихо засмеялись. Один похлопал другого по спине. При звуке взрыва даже уголки рта Генри дернулись вверх.

Мое тело замерло. Мир замер.

— Генри, что происходит? — прошептала я.

Один из мужчин отделился от группы и подошел к Генри. Теперь далекое пламя горело ярче, и слабые оранжевые отсветы пожара озарили его лицо.

Перед мысленным взором мелькнул обрывок воспоминаний. Мужчина у Центра целителей; профиль слабо озарен светом уличного фонаря. Это не пациент, а посетитель. И он шепчется с мамой.

— Сестра Дием, — поприветствовал меня Вэнс. — Сегодняшнюю нашу победу ты вправе назвать своей. Без тебя у нас ничего не вышло бы.

Окинув взглядом мужчин, я увидела среди них Брента и Френсиса, потом присмотрелась к двум телегам, нагруженным доверху и покрытым брезентом.

— Что на них? — спросила я.

Генри глянул на Вэнса, который после небольшой паузы чуть заметно покачал головой.

— Брат Генри прав, — благожелательно, но твердо проговорил Вэнс. — Тебе нужно вернуться домой и никому не рассказывать об увиденном.

Леденящий страх сковал мне душу.

— Я не могу. Там могут быть пострадавшие… могут быть дети… мне нужно идти. — Я двинулась было прочь, но руки Генри крепко меня держали.

Вэнс шагнул ко мне, его улыбка погасла.

— Сестра, мы не можем тебе это позволить. Смертным лучше не появляться возле целевого объекта.

Я попыталась вырваться, но Генри до боли стиснул мне плечи, чтобы удержать на месте. Я в шоке смотрела на него.

— Дием… — начал он.

— Убери руки, Генри.

Он не шевельнулся.

Другие мужчины молча встали вокруг нас кольцом.

На лице Генри появилось умоляющее выражение.

— Мы планировали эту операцию несколько недель. Мы не можем рисковать, позволив тебе выдать нас своим присутствием. Пожалуйста, не вынуждай меня это делать.

— Не вынуждать тебя делать что? — прошипела я.

Хранители подошли ближе, кольцо холодных, недоверчивых глаз сузилось. Ладони Генри соскользнули с моих плеч и стиснули предплечья.

Сердце бешено билось в груди. Шестеро мужчин. Шестеро крупных, сильных мужчин.

Мне их не одолеть — они схватят меня и поволокут, вопящую, пинающуюся, обратно в Смертный город. Даже если дотянусь до кинжалов, даже если решусь пырнуть кого-нибудь, пырнуть Генри…

Бурный поток мыслей пронзили слова отца: «Как я учил встречать противника, который сильнее тебя? Если не можешь быть сильнее, будь умнее».

Отец подготовил меня к таким ситуациям.

Вопреки нарастающей панике я изобразила на лице спокойствие, шумно выдохнула и расправила плечи.

— Хорошо! Я сперва не разобралась, а теперь все понимаю, — беззаботно проговорила я.

На лице Генри отразилось облегчение; ладони, сжимающие мне предплечья, немного расслабились. А вот Вэнс по-прежнему не сводил с меня глаз.

— Ты вернешься с нами? — спросил он.

Я заставила себя рассмеяться и подняла руки в фальшивой капитуляции.

— Я не хотела наводить суету. Я никогда не сделала бы ничего, что поставило бы операцию под удар.

Вэнс смерил меня взглядом и медленно кивнул:

— Рад это слышать, сестра.

Ладонь Генри легла мне на поясницу и решительно подтолкнула меня к тропе, ведущей к Смертному городу. Я смотрела вперед, но заметила, что другие мужчины встали сбоку от нас, блокируя мне путь к Люмнос-Сити.

— Твоя сумка кажется тяжелой, сестра. Почему бы тебе не отдать ее одному из нас?

Повернув голову, я увидела, что Брент смотрит на меня с протянутой рукой. Его лицо, как и его голос, было холодным, неприятным и полным невысказанной угрозы.

Времени на раздумье у меня не было, и я побежала.

Генри потянулся, чтобы схватить меня, но опоздал буквально на секунду, хотя я почувствовала, как натянулась туника, когда ее край выскользнул из его сжимающихся пальцев.

Вэнс выкрикнул приказы, и двое мужчин встали плечом к плечу, образовав живой барьер. Со своей громоздкой сумкой я была слишком тяжелой, чтобы скользнуть мимо них; равновесие нарушилось слишком сильно, чтобы претендовать на живость и проворство. Я могла только прижать подбородок к груди и обрушить свой вес на их каменные тела.

Я вскрикнула от боли, врезавшись плечом в мышцы и кости, зажмурилась и приготовилась, что сила столкновения сейчас отбросит меня назад.

Но я не отлетела назад. Я бежала, по-прежнему бежала.

За спиной у меня слышались ворчание, ругань, оклики Генри, громкие приказы Вэнса и стук шагов.

Я напрягала ноги и легкие, пока и там и там не стало так горячо, что вот-вот вспыхнет. Но сумка замедляла меня, и, хоть голос Генри стих вдали, мерный звук шагов приближался. Я почувствовала, как чьи-то пальцы скользнули по моей сумке и легонько потянули. Затем потянули снова, резче, так что перекинутая через плечо шлевка впилась в грудь и дернула назад.

— Не убегай, тупая сучка! — прорычал чей-то голос.

Если отдам сумку, у меня не будет принадлежностей, а значит, шансов помочь пострадавшим. Но если не отдам, если Хранители меня поймают…

За сумку снова дернули, едва не повалив меня на землю. Одним плавным движением я вытащила кинжал из ножен и завела его за кожаный ремешок, удерживающий сумку у меня на груди. Шлевка лопнула, груз упал со спины прямо перед моим преследователем. Тот застонал, споткнувшись о рассыпавшиеся принадлежности, упал на дорогу и заскользил по гравию.

А потом наступила тишина. Ни криков, ни шарканья, никаких шагов, кроме моих собственных.