Фальшивая избранница короля. Любовь не предусмотрена - Оксана Волконская

— Это мамина оранжерея, — заметил Фредерик, пока мой взгляд буквально перебегал с одного цветка на другой. — Она очень любит собирать редкие цветы, в том числе и с магическими свойствами. Мне кажется, на свете нет второго такого человека, который столько бы про них знал.

Я невольно улыбнулась тому теплу, с которым он говорил о своей матери. Политик-политиком, но все равно с ним как-то легко и просто. И комфортно.

Тут я невольно замерла, увидев среди цветов одно очень знакомое растение.

Среди множества других оно просто терялось. Один-единственный цветок, практически скрытый листьями других кустов. Вот только… Легкое серебристое свечение, которое прорывалось сквозь зелень других растений, выдавало его.

— Не может быть! — ошарашено выдохнула я, тут же вспомнив свой недавний сон. Так, может, я ошиблась? Нужно подойти и проверить.

— Что такое? — не понял Фредерик.

— Сребролист, — не отводя взгляда, прошептала я. — Здесь сребролист.

— Это что? У мамы тут много всяких цветов. Покажи хоть, что тебя настолько удивило, — потребовал мой спутник. — Что с ним не так?

Я так изумилась его вопросу, что даже повернулась к нему. Для меня это было странно — я-то воспитана на легендах и мифах, многие ведьмы мечтали его найти, не говоря уже о том, чтобы использовать его в составе зелий.

— Как что? — практически возмутилась я. — Ты что, сказки не читал? Легенды? Мифы? Смотри, — я решительно преодолела несколько шагов до приглянувшихся мне кустов и, протянув руку, осторожно развела цветы в стороны, высвобождая одну-единственную веточку с серебристыми листочками, которую венчала шапочка насыщенно фиолетового оттенка с легкой светящейся окантовкой. — Согласно легендам, этот цветок способен вылечить в момент смертельной опасности, а также избавить от любого проклятья и исполнять желания. Ты представляешь, насколько твоей матери повезло, что она смогла его отыскать?!

Я даже испытывала легкую зависть к ее величеству. Это же потрясающе — владеть такой редкостью. Хотя я сама, наверное, не стала бы его использовать. Не рискнула. Потому что все, что имеет великие свойства, смертельно опасно. И это растение не было исключением. Просто чудо, что до этого момента никто не пострадал!

— Надо же, — хмыкнул себе под нос Фредерик. — Я и не представлял, что владею такой редкостью. Так, что бы мне загадать?

В этот момент он до невозможности напоминал мальчишку, который замышлял шалость. Еще и ладонь протянул к цветку, чтобы до него дотронуться.

— Итак, я хочу…

— Не трогай! — не сдержавшись, я легонько стукнула его по руке. — Это может быть очень и очень опасно.

Фредерик позабыл о цветке и повернулся ко мне. Его глаза смеялись.

— Хм, я еще не успел озвучить свое желание, а оно уже исполняется! Спасибо, цветочек, как там тебя, за отличную работу.

— Какое еще желание? — я невольно нахмурилась и скрестила руки на груди. Может, хотя бы мой серьезный вид призовет его к порядку? Не тут-то было.

— Как какое? Ты за меня волнуешься! — тут король уже улыбался в открытую, а мне захотелось… Да проклясть мне этого шута захотелось! Ну кто такими вещами шутит-то?

— Дурак! — не выдержав, я легонько ткнула его ладонью в грудь. Мою руку тут же перехватили и поцеловали запястье. Я вспыхнула буквально за секунду, а Фредерик продолжил:

— О, еще лучше! Что еще ласкового скажешь, сокровище мое? Может, вы с цветочком еще одно желание исполните?

— Какое еще? Слушай, ну нельзя же быть таким несерьезным! — я честно попыталась воспитывать самого короля, но если некоторые хотят дурачиться, разве они будут слушаться всяких ведьм-сообщниц.

— Вот это, — и, не дав мне опомниться, Фредерик мягко коснулся моих губ в поцелуе.

Вот зараза-то! И ведь зрителей нет, предпосылок тоже. И спектакль разыгрывать тоже не перед кем. Вот только оттолкнуть его просто рука не поднялась. Да что там — я сама хотела этого поцелуя, не стоит хотя бы самой себе лгать. Я уже глубоко успела погрязнуть в паутине этого человека и даже не пытаюсь выбраться.

Поцелуй оказался неожиданно пьяняще-сладкий и вкусный. Губы Фредерика требовательно касались моих и не ответить практически невозможно. Да и не было никакого желания. Руки короля скользнули по моей спине, притягивая ближе. Так тесно, что наши тела уже соприкасались, и я ощущала жар его тела. Мои ладони скользнули по его плечам.

Сколько мы так целовались — сложно ответить. Один поцелуй плавно перетекал в другой, глоток воздуха — и новый сумасшедший головокружительный поцелуй. Отчаянный, волнительный, дарящие странные ощущения во всем теле и будящий желание продолжения. Я совсем помешалась и даже не пыталась вернуться к здравому смыслу. И пусть!

Первым поцелуй оборвал Фредерик. Дышал он сбивчиво, а в глазах бушевал такой пожар, что меня просто огнем обжигало. Я, полагаю, выглядела не лучше.

— Ну надо же, а цветочек действительно действует, — хрипло рассмеялся мужчина. — Что бы ему еще такого загадать? Если я его возьму в руки, ты за меня будешь переживать?

Он шутил, и я это прекрасно понимала. Однако от одной только мысли об этом меня окутывали сразу несколько желаний. В том числе и проклясть короля, чтобы ему всякая ерунда больше в голову не приходила. И, подумав, я решила себе ни в чем не отказывать.

— Апчхи! — вынужденно выпустив меня из объятий и отступив на шаг, оценил результат моих усилий Фредерик. Вокруг него разлетелся сноп красных искр. — Лили?

В его голосе послышались вопросительные интонации. Кажется, король сразу понял, что с его столь неожиданно появившейся магической аллергией не все чисто. Впрочем, я даже не собиралась отрицать собственную причастность.

— Такими вещами не шутят, Фредди! — серьезно проговорила я, неожиданно для себя сократив длинное имя венценосного. А он улыбнулся как мальчишка и заявил:

— Фредди? А мне нравится! Апхчи! — в этот раз это прозвучало даже как-то утверждающе.

— Вот, даже твоя аллергия согласна, что так нельзя! — подняла