Ангельская месть - Кристина Руссо

Хотя я был уверен, что она не собиралась этого делать, она всегда открывала достаточно, чтобы заставить меня задуматься. На мгновение я представил себе, что, как я знаю, найду под её мешковатой одеждой. Прилив жара пробежал по моему паху.

В то время как другие носили платья, костюмы или праздничные наряды, она была в джинсах и футболке, которые были ей велики. Объективно, это всё равно было уместно для случая — другой стиль, ближе к уличной моде, — но мне казалось, что она могла бы просто надеть нижнее белье. Всё, что она надевала, казалось мне непристойным.

И эти чертовы джинсы... Я не мог дождаться, когда она начнет умолять меня сорвать их.

Она постоянно проявляла ко мне неуважение, но все, о чем я мог думать, это как бы нагнуть ее к себе на колени и отшлепать за неудобства, которые она мне причиняла, выглядя так безумно хорошо.

Я все еще не мог смириться с тем, что она действительно ничего не знала об этой ситуации, и все, чего я хотел, это заставить ее вспомнить обо мне.

Я пытался отступить.

Я пыталась дать ей личное пространство.

Но когда она прошла мимо меня, сидящего на диване, — гораздо ближе, чем нужно, — я не смог устоять. Она дразнила меня, с самого начала. И ей нравилась охота так же, как и мне, хотя она не признавалась в этом ни мне, ни себе. Мы уже какое-то время играли в кошки-мышки, и мне начинало надоедать играть с добычей.

Потому что я хотел преподать ей урок — и потому что я мудак — я выставил перед ней свою ногу. Как и ожидалось, она потеряла равновесие и начала падать.

Но я не позволил ей упасть на землю.

Я поймал ее.

Затем посадил ее к себе на колени.

Её длинные каштановые волосы шёлком спадали на плечи, слегка прикрывая лицо, когда она смотрела на мою грудь. Её руки вцепились в мои бицепсы, а длинные острые ногти впились в кожу сквозь ткань костюма. Острая боль переросла в тёмное наслаждение, разливаясь по венам и по всему телу.

Несмотря на мешковатый топ, я чувствовал, как её мягкие сиськи прижимаются к моей груди, а твердые соски проглядывают сквозь бюстгальтер и рубашку. Мои руки легли ей на талию, когда она оседлала мои бёдра, расположив их по обе стороны от меня на диване. Её живот был вплотную к моему паху, а тело так идеально прилегало к моему, что в голове у меня гудел электрический ток.

Мария медленно подняла на меня взгляд. Блестящие губы приоткрылись, а гипнотизирующие зелёные глаза сузились.

— Ты только что… поставил мне подножку?

— То, что я тебя поймал, все искупает.

В ее глазах вспыхнул огонь — огонь, которого я отчаянно ждал каждый раз, когда она смотрела на меня.

Я был лицемером. Мне нравилось, как она никогда никому не уделяла внимания. Но когда она смотрела на меня, как на кого-то другого… Мой собственный огонь вспыхнул ярким пламенем, и я вдруг возненавидел ее равнодушие.

Я был бы первым, кто разбил бы ее ледяное сердце, чтобы просочиться сквозь трещины и проникнуть в ее душу так глубоко, чтобы она больше никогда не чувствовала ничего, кроме меня.

Может быть, тогда она почувствует то же, что чувствовал я все эти годы — одержимость парой изумрудных глаз, принадлежавших девушке, лица которой я даже не знал.

Так или иначе, я заставлю ее что-то почувствовать.

Она посмотрела на меня так, будто искренне хотела убить; я ответил ей тем же. Она прищурилась, бросая мне вызов; я в ответ поднял бровь. Тёмное удовлетворение разлилось в моей груди, когда она не отошла от меня. Она могла говорить что угодно, но её тело сказало мне всё, что мне нужно знать.

Мы были так близко, что я мог сосчитать каждую ресницу, обрамлявшую её чарующий взгляд. А потом наше дыхание совпало.

И я клянусь, что резкость в ее взгляде на мгновение смягчилась.

Кровь растеклась по моему телу. Мой член упирался в молнию, и этого наконец хватило, чтобы напугать её.

Почувствовав меня, она широко раскрыла глаза и спрыгнула с меня. Падая назад, она приземлилась на задницу, между моих ног. Её взгляд скользнул по эрекции, упирающейся в мои штаны, и я не удержался, чтобы не раздвинуть ноги еще шире и не сменить позу.

Она метнула взгляд мне в лицо. Затем она снова цокнула и пнула меня по ноге, прежде чем встать. Тем не менее, я не мог не заметить легкий румянец, покрывший ее щеки.

Я снова смотрел ей вслед.

Во мне росло раздражение. И на неё, и на реакцию моего тела.

Черт, она была горячая.

Даже я больше не мог этого отрицать.

У меня были, черт возьми, глаза. Я видел, как каждый парень оборачивался, чтобы посмотреть на неё, когда она проходила мимо. Она так непринужденно красива, что было больно смотреть.

У меня был охренительно работающий член. Я понимал, что у меня встаёт при одном упоминании её имени.

У меня был, блядь, здравый смысл. Я знал, что она самая горячая штучка в Нью-Йорке. И я готов поспорить, что она сосала так же хорошо, как стреляла в голову из Glock.

Я хотел выебать её до полусмерти и заставить ее взять меня себе в глотку. Я хотел убить каждого мужчину, который хотя бы взглянет на неё.

Вот чёрт возьми, причина. Почему я так тянул с её убийством.

Где-то в глубине души я говорил, что ни за что не убью её после того, как трахну. Потому что я знал, что, поимев её один раз, я не захочу останавливаться.

Черт. Что со мной не так?

Я не был с женщиной с тех пор, как Мария зашла в тот ночной клуб два месяца назад. Мне нужно было переспать, но каждый раз, глядя на очередную девушку, я сравнивал её с ней.

Я был не просто объебан. Я был совершенно объебан...

Мои мысли прервал Тони, бросившийся на диван рядом со мной вместе с несколькими девушками. Одна сидела у него на коленях, другая — с другой стороны, а третья — между мной и ним.

— Ты выглядишь так, будто у тебя много всего на уме. Решил устроить вечеринку у тебя. — Тони откинулся на подушки, поднес сигарету ко рту и глубоко затянулся. Выдыхая облачко