Ведьмы - Эдна Уолтерс

— Ладно, сядь здесь и жди меня.

— О, нет. — Она вскочила на ноги, держа в руках свои лакированные сапожки. — Если ты можешь это сделать, то и я смогу.

— Тогда хватит ныть, иначе я… — Показала ей кулак.

— Вырубишь меня? — абсолютно серьёзным тоном уточнила она. — Используя свою магию? Это ведь ты заколдовала волосы Эмбер?

Откуда, чёрт возьми, она это узнала? А, ну да. Эндрис.

— Именно.

Ингрид рассмеялась, чем только подтвердила то, что я уже давно подозревала: у неё больное чувство юмора.

— Я её на дух не переношу. То, как они с Элли вели себя с той девушкой… забыла, как её зовут…

— МакКензи.

— Да, точно. Ты бы слышала, что они говорили за обедом во вторник. Так что когда Эмбер рассказала, что её волосы ни с того ни с сего окрасились в отвратительный оттенок синего, я сразу поняла, что это дело рук ведьмы. — Ингрид наклонила голову и сощурила глаза. — Я знала, что за всем этим фасадом хорошей девочки скрывается бунтарка. Мне это нравится. Так ты правда видела меня без макияжа?

— Нет, но я видела тебя рыдающей взахлёб.

Ингрид уронила челюсть, а затем бросилась за мной.

Я успела добежать по ступенькам наверх, пока Ингрид неслась за мной, грозясь проделать дырку в моей голове своим каблуком. Я остановилась наверху, и она едва не врезалась в меня. Холм был отделён от «Стабхаба» забором.

Я создала портал, и мы вышли на траву. Она росла на склоне. Я оглянулась. Отсюда открывался отличный вид на поле. Ингрид опустилась на траву и вздохнула. Интересно, она совсем не переживает, что на её белой юбке могут остаться пятна?

— И что теперь?

— Теперь я буду пытаться открыть разум. — Я сняла балетки и легла на спину. За одежду я не беспокоилась: леггинсы чёрные, да и на футболке больше чёрного, чем жёлтого. — Ведь сегодня такой прекрасный день.

Ингрид посмотрела наверх.

— Ясное небо. Никакого тумана…

Я закрыла глаза и сжала в кулаках клочья травы. Забавно, как хорошо я себя чувствую от контакта с землёй. Сделав глубокий вдох, я распахнула разум. Позволила установиться связи между мной и этим стадионом.

Поначалу я услышала только ревущую и скандирующую толпу, крики то затихали, то набирали силу. В какой-то момент в тёмную комнату ворвался луч света. Он резко распространился во все углы, и я обнаружила себя на свету, стоящей посреди газона в солнечный день.

Болельщики на пледах попивали напитки, закусывая начос, попкорном и корн-догами. Парочки, родители с детьми, некоторые даже с малышами в колясках… Девочка лет пяти с косичками в цветочном платье играла с младшей сестрой, совершенно не интересуясь игрой на поле. Двое мальчишек в футболках «Лос-Анджелес Гэлэкси» попеременно смотрели то игроков, то на коллекционные карточки с футболистами. Некоторые следили за матчем на большом экране, где было видно игроков крупным планом. Стадион был переполнен, все места заняты.

Как вдруг раздался новый звук, смешиваясь с гвалтом болельщиком и играющей музыкой. С каждой секундой он казался всё громче и ближе. Я прикрыла глаза ладонью, ища источник звука. Поначалу ничего не заметила, но затем узнала гул двигателя самолёта. Люди начали указывать пальцами куда-то. Я посмотрела туда и увидела, как самолёт с дымящимся хвостом, как у кометы, спускается всё ниже и ниже. Не знаю, есть ли поблизости аэропорт, но самолёт определённо идёт на снижение. Уже даже шасси выпустили.

Если люди на траве уже перестали обращать внимания на игру, то толпа на стадионе ни о чём не подозревала. Самолёт, казалось, корёжило, как если бы две гигантские руки ломали его надвое. Он резко сменил курс и понёсся прямо на стадион.

Люди вокруг меня запаниковали. За считанные секунды развернулся хаос. Родители бросились к своим детям, мужья — к жёнам. Толпа разбегалась во все стороны, но нигде не было безопасно. Они посреди открытого пространства, а самолёт приближается всё быстрее и быстрее.

Трибуны тоже начали замечать, что происходит что-то не то. А дальше развернулся ещё больший хаос. Многие кричали, толкались, перепрыгивали друг друга.

Самолёт рухнул на поляну, хвост отвалился, крылья смялись, придавив людей. Кто-то кричал в ужасе. Столкновение замедлило самолёт, но не остановило. Из-за крутого склона это огромное транспортное средство покатилось, крутясь, вниз, к трибунам и разбегающимся людям. Несколько пассажиров застряли на сиденьях, потеряв сознание. Другие же попадали на траву, как сломанные куклы.

Тела были повсюду. Раненые звали на помощь. Кто не мог говорить, просто стонали. А некоторые замолкли навсегда, их смерть была быстрой. Их души теперь парили над телами, глядя на развернувшуюся трагедию.

В паре метров от меня девочка с косичками выползла из-под мужчины, плача и зовя папу. Её мамы и младшей сестры нигде не было видно.

Я закрыла разум, и на место ужасающей сцены вновь пришла тьма. Как вдруг я услышала испуганный голос Ингрид:

— Ну же, Рейн, возвращайся.

Я не сразу открыла глаза, но чувствовала, как ручейки слёз стекают по моему лицу к ушам. Столько погибших. Эта бедная маленькая девочка… осталась совсем одна. Я села и вытерла слёзы, но образы продолжали мелькать перед глазами, и меня всю трясло. Я повторяла себе, что это было всего лишь видение, что я ещё могу всё это предотвратить.

Ингрид обхватила меня руками и положила подбородок на мою макушку.

— Тише, тише. Всё хорошо. Это было просто видение.

— Все эти крики. Столько трупов. Они все… умрут.

— Что случилось? — спросил Торин. Он тяжело дышал, как будто бежал к нам со всех ног.

— У Рейн только что было видение. Плохое.

Её руки сменили руки Торина. Несколько секунд я просто прижималась к нему. Сколько же будет жертв… Мы должны что-то предпринять. Я вырвалась из объятий Торина.

— Нужно отменить игру. Ты ведь можешь их убедить? Или позвонить в авиакомпанию. Я видела логотип на самолёте. Это не американская авиакомпания. Мы должны спасти их, Торин. Та маленькая девочка…

— Шшш. — Он вытер влагу с моих щёк. Я видела по глазам, что ему не по себе. Ему невыносимо видеть мои страдания. — Мы обязательно всех спасём.

Стоп, ему нельзя в это вмешиваться.

— Нет, я сама это сделаю. Ты не вмешивайся. Иначе Норны используют это против нас.

— Хорошо, любимая, как скажешь.

Я нахмурилась. Опять он со своей гиперопекой, но мне не хватает запала злиться на него.

— Просто подскажи мне, куда лучше обратиться. К администрации стадиона? Или в