Менеджер Нагибко, вы робот? Часть 4 - Юлия Борисовна Жукова

Она оглядела понурившихся коллег и явно процитировала:

— «Ты команду подставила. Ты нас всех предала». Помните, как она плакала?! Он же её дожал! Просто с говном смешал и вынудил написать по собственному! А значит, никакого выходного пособия! Ни работы, ни жилья! Она и так получала меньше всех! А мы все стояли и хлопали глазами. Илья вон только попытался заступиться! И ему тут же этот договор подсунули! Угадайте, кто следующим будет?!

— Ксюша сама виновата, — пробубнила девица в пижаме. — Она… она не вписывалась! У неё была негативная энергетика!

— Да это бред, Люсь! У Костика уже полгода глаз дёргается! Ты спишь по четыре часа. Анфиска год на одни антидепрессанты работает! Ксюшу выкинули за то, что она нашла его же ошибку! А ты говоришь «негативная энергетика»! Этот бред он потом вам заливал, как Ксюху выкинул! Мозги вам парит и парит, а вы всё ведётесь!

Фиолетово-лимонная обвела взглядом всех собравшихся. Калинкин тоже на них смотрел. Глаз у Костика действительно дёргался, и сейчас это было очень заметно.

— Алка, да что ты несёшь?! — рявкнула в ответ Анфиса. — Да при чужом человеке! Егор Миронович нас любит! Он сам сказал!

— Анфис, — та в ответ только поморщилась, — когда говорят «Я тебя не увольняю» — это не любовь. Это шантаж. Когда говорят «Мы — семья» — это не забота. Это чтобы мы не просили денег. Он говорит «Мы все равны» — а сам сидит в отдельном кабинете с кожаным креслом и кофемашиной за охренеть сколько денег. И пьёт свой дорогущий кофе, а нас поит дешёвым чаем из пакетиков! И одного за другим пускает на убой как баранов!

— Алла, — проникновенно произнёс Калинкин, — вы готовы это официально подтвердить?

— Готова, — помедлив, ответила она и оглядела коллег. — И вам советую сделать то же самое. Или вы не устали от этого дерьма?

— Я тоже подтвержу, — кивнул Илья. — За Ксюшеньку.

— Константин? — повернулся к пареньку инспектор.

Тот долго смотрел на кружку с надписью «Наследник», потом с явным трудом её отставил и кивнул. Тут вдруг включился большой экран, и по нему поползли логи встречи Рыбьёшека и Ошивалова, договаривающихся о создании отдела. Лилиана дублировала их вслух голосом. На фразе «Наберу таких, чтобы жопу не рвали, выдам работы до горла! Причём такой, чтобы вопросов не возникало, пускай создают иллюзию существования отдела» остальные «орлы» тоже сдались. Инспектор довольно потёр руки.

Блишиной упорно не везло сегодня. Да, она нашла парочку мелких нарушений, но на серьёзный штраф они не тянули, на что она и пожаловалась напарнику. Тот ответил, что «ничего страшного» и «его находок хватит на двоих», из чего Ольга Витальевна для себя уяснила, что Калинкину есть чем похвастаться. Настроение сразу упало ниже некуда. Ещё и кофе никто не наливал! Сволочи!

Она решила, что хватит побираться по мелочам, надо идти на главную рыбу. Где там кабинет этого Рогозина?

⊶Ꮬ⊷⊶Ꮬ⊷⊶Ꮬ⊷

Кабинет найти не составило труда. Стучаться она не стала, просто открыла дверь и вошла. Фактор неожиданности всегда работает. Рогозин — начальник, наверняка самомнение зашкаливает. А тут на его положение покушается какая-то непонятная баба. Должно вызвать гнев.

Сначала показалось, что в кабинете никого нет. Блишина даже подумала, что такой замечательный заход пропал зря, когда наткнулась на серьёзный внимательный взгляд мужчины, стоящего у тумбы с кофемашиной. Ольга Витальевна тут же приободрилась, насмешливо оглядела его с головы до ног и чуть скривила губы, сознательно показывая своё неуважение. Ну давай же, вспыли!

Мужчина лишь вопросительно поднял брови, нажал кнопку на кофемашине, и в чашку практически беззвучно полился ароматный напиток. Инспектор сглотнула. Кофе хотелось неимоверно, но роль надо было играть до конца. Поэтому она ещё раз окинула мужчину презрительным взглядом и бросила:

— Вы, что ли, Рогозин?

— Можно Виссарион Мирославович, — чуть наклонил голову он. — С кем имею честь?

— Инспектор Блишина, — через губу представилась Ольга Витальевна. — А скажите-ка мне… — тут она хотела добавить «милок», но вспомнила про «не-носителя языка» и проглотила рвущееся наружу обращение. Хватит, накушалась уже.

Рогозин же нахально воспользовался этой заминкой и спросил:

— А по имени-отчеству вас как, дейсдарыня?

Пришлось представляться, ибо замолчать она не имела права, хоть и очень хотелось бросить что-то вроде «для вас инспектор Блишина». Рогозин же тем временем сделал приглашающий жест и прошёл к своему столу. Вместе с кофе, сволочь!

Блишина уселась на стул и закинула ногу на ногу, оглядывая собеседника. Что-то не похоже, что он сдерживает гнев. Скорее, в глазах понимание и ироничность. Худшее сочетание для её целей. А если изменить тактику?

Инспектор одарила Рогозина лёгкой улыбкой и с загадочным видом, чуть подавшись вперёд, спросила:

— Виссарион Мирославович, скажите… у вас есть предположения, почему я здесь?

Он спокойно помешал кофе в чашке, потом положил ложку на блюдце и безупречно вежливо ответил:

— Полагаю, Ольга Витальевна, что вы здесь потому, что работаете в трудовой инспекции и сегодня пришли к нам делать внеплановую проверку.

Она недовольно фыркнула.

— Вот вы смеётесь, Виссарион Мирославович, а нам между прочим поступил сигнал. Серьёзный сигнал. От ваших же сотрудников. Вы понимаете, о чём я и насколько это серьёзно? — она сделала ударение на последнем слове.

— Конечно, — кивнул этот подлец с невозмутимым видом. — Сигналы — это очень серьёзно, — и тоже подвергнул голосом последнее слово. — Вот, например, в моем отделе предыдущая начальница так запугала сотрудников, что обратной связи я от них никак не мог добиться. Пришлось даже устроить почту, которой может пользоваться любой в отделе, что создаёт анонимность. Некоторым трепетным душам это помогло. Или они обращаются к дейсдарыне Ольховской.

— Вот кстати о Стефании Ольховской, — встрепенулась инспектор. — Она же была секретаршей, не так ли? А теперь аж ваш заместитель, а по факту руководитель отдела по работе с клиентами. Сколько прошло времени? Неделя? Месяц? Пару месяцев? Быстрый взлёт, не находите? Прямо не карьерная лестница, а карьерный лифт какой-то! — Блишина с намекающей улыбочкой посмотрела на Рогозина. — Говорят, вы с ней о-очень тепло общаетесь.

Тот же поставил чашку и посмотрел на инспектора с изумлённым недоверием, как дачник, нашедший на собственном участке античную монету. Причём дачник с Эрешкигали.

— Ольга Витальевна, а вы оперативно работаете. Эта сплетня совсем свежая.