Укрощение строптивого студента - Мила Ваниль

— Можно одеваться?

— Полежи еще, торопыга, — сказала Даша, подходя к кровати.

— Я в порядке. Честное слово.

— Не сомневаюсь. И чему ты у Ру учился, м?

— Ну… В основном, тому, что нравится госпоже.

— И он не говорил о том, что госпоже нравится утешать своего мужчину после наказания?

— Он… говорил. — Ярик отчего-то засмущался. — Но ты… вы же… уже…

Интересно, он хоть чему-то научился? Бестолочь! Или просто мозги еще не собрал в кучку?

— Знаешь, почему я тебя не поправляю, когда ты обращаешься ко мне то на «вы», то на «ты»? — поинтересовалась Даша.

— Н-нет…

— Мне это нравится. Я могла бы жестко ограничить рамки, но не хочу. Мне так нравится. Ру говорил тебе о том, что желание госпожи — превыше всего?

— Да, конечно. Я…

— Ты просто в себя еще не пришел, Яр. Ты хороший ученик. Я точно знаю.

Даша погладила его по голове, запуская пальцы в волосы.

— И если я хочу утешить и приласкать, кто мне это запретит? — добавила она, наклоняясь.

Губы коснулись кожи, солоноватой на вкус. Даша лизнула чувствительное местечко за ухом.

— Ты мой сладкий, — выдохнула она. — Только мой.

— Даш… — дернулся Ярик.

— Тш! Лежи тихо. И смирно.

Она устроилась рядом с ним: так, чтобы Ярику было удобно целоваться. И отпустила себя, наслаждаясь нехитрыми ласками.

Пусть Даша и не училась у опытной доминатрикс, но знала простую истину: важны не слова, а поступки. Если не удалось убедить Ярика, что ей можно доверять, она сделает все, чтобы он сам пришел к такому выводу.

Лечение поротого зада можно принять за жалость, но целоваться из жалости нельзя. Вернее, можно… Только не так долго и не так сладко.

Он все же спросил, позже, когда они, обессиленные, просто смотрели друг на друга, лежа рядом.

— Даш, ты… больше не сердишься? Правда?

— Абсолютная, — кивнула она, улыбнувшись. — Не сержусь, чудо мое.

— И разрешишь показать, чему я научился?

— Обязательно. Но не сегодня, хорошо?

— Ну… да, — согласился Ярик. — Сегодня это проблематично.

И при этом он уже не прятал взгляд, не морщился и не хмурил брови.

— Переночуешь у меня?

Даша коснулась пальцем его губ, обвела контур, а он втянул палец в рот и пососал его, как леденец. И только потом ответил:

— Да.

— Тогда поехали. Что ты хочешь на ужин?

— Без разницы. А можно…

— Заказать что-нибудь вкусное? — продолжила Даша, так как Ярик замолчал. — Ладно, можно.

Не до принципов, когда нет сил что-то готовить. И Ярику будет приятно. А то решит опять, что объедает…

Обошлось без новых потрясений. Водитель из клуба довез их до дома. Даше это ничего не стоило, Руслан взял все расходы на себя. Ярику на глаза он так и не показался — видимо, щадил его чувства.

Ярик пытался геройствовать и сидеть прямо, но быстро сполз на бок, и потом и вовсе устроил голову на коленях у Даши. И, похоже, только что не мурчал от удовольствия, потому что она гладила его по голове всю дорогу.

На ужин Ярик заказал рыбу, жаренную на гриле, овощной салат и вкусный десерт из клубники, мороженого, печенья и шоколадного сиропа. Даша кормила его сладким с ложечки, слизывая с губ тающее мороженое, шоколад и клубничный сок. Они даже выпили немного вина, чтобы «снять стресс».

Спать легли рано, но оба не смогли уснуть. И вино не помогло. Ярик, лежа на животе, сжимал Дашину руку, водил подушечкой большого пальца по ладони, время от времени целовал запястье. Она крепилась: близость любимого мужчины возбуждала. Останавливало только то, что Даша боялась причинить ему ненужную боль.

— Солнышко, я сейчас взорвусь, — неожиданно шепнул Ярик. — Сил больше нет терпеть.

— Да я как бы не против… — начала было Даша.

И охнула от прыти Ярика. Он подмял ее под себя и накрыл губы поцелуем. Она ощущала бедром его твердый член и… опять не возражала, хотя не любила быть снизу. Что поделать, если сейчас Ярик иначе не может…

Он зацеловал ее всю — нежно, не спеша, с наслаждением, спускаясь ниже и ниже. Тщательно вылизал промежность, раздвигая влажные складочки. Пососал клитор, отчего Дашу бросило в жар.

Но когда язык скользнул глубже, она запротестовала.

— Нет, Яр, нет. Хочу чувствовать тебя внутри.

Он послушно переместился выше, ткнулся головкой члена в дырочку. Даша закинула ноги ему на плечи. И он вошел: плавно, заполняя ее всю.

Она отдалась уже знакомым ощущениям: сильные толчки, нарастающее возбуждение, сладкое томление внизу живота, мурашки по коже, дрожь предвкушения…

Даша сорвалась в оргазм, захлебываясь от нехватки воздуха. Дыхание перехватило, в висках стучало…

Когда она отдышалась и перестала дрожать, Ярик отстранился и кончил… в ладонь.

— Резинку забыл, — виновато произнес он. — Но я чистый. И… сейчас вернусь.

Когда он опять лег рядом, Даша его поцеловала.

— Спасибо, — произнесла она искренне. — Я тоже забыла. А ты… такой заботливый.

Она не видела в темноте, но чувствовала, что Ярик улыбнулся.

= 56 =

Воскресенье началось чудесно. Ярик проснулся первым, полюбовался спящей Дашей, сварил кофе. Правда, подать его в постель не успел. Даша появилась на кухне, зевая и потягиваясь после сна.

Куцый прозрачный халатик почти ничего не скрывал, и Ярик одернул передник, как будто это могло помочь скрыть стояк.

— Кто бы мог подумать, что тебе понравится эта одежка, — ехидно заметила Даша, принимая из рук Ярика чашку с кофе.

— Мне показалось, тебе нравится…

— Ты прав. — Она сделала глоток и зажмурилась от удовольствия. — Мне нравится. Божественно!

— Это ты о кофе? — уточнил он.

— О тебе, — ответила Даша, не задумываясь. — Передник и кофе без тебя — ничто. А в комплекте…

Она по-хозяйски обняла его за талию и привлекла к себе. Потерлась носом о его небритый подбородок.

— Яр, ты понимаешь, как вляпался?

— Я?! Даш, ты уверена… — забеспокоился он.

— Я — да, — кивнула она, глядя на него лукаво. — Ты теперь мой. Никому не отдам.

— А, это… — облегченно выдохнул он. — Это я не вляпался. Это мне повезло.

— Чудо мое! — восхитилась Даша. — Сейчас кофе допью, попу полечим, и я приготовлю завтрак. Ты что больше любишь, оладьи или блины?

— Тебя, — улыбнулся Ярик. — И, Даш… Я не останусь на завтрак. Прости. Надо успеть кое-что сделать до обеда у родителей.

— Я могу помочь?

Даша нахмурила брови, но не сердито, а сосредоточенно.

— Умеешь накладывать гипс?

— Гипс?!

Ее глаза округлились, и Ярик не выдержал, чмокнул ее в нос. Милашка!

— Папенька баню обещал. В смысле, настоящую баню. А я не горю желанием