Истинная для монстра - Айская

Сирена провыла последнее:

— Детонация через… 3… 2… 1…

Мощный взрыв сотряс здание.

Оглушительная волна огня и обломков вырвалась наружу, окутав комплекс огненным шаром. Земля задрожала, небо почернело от клубов дыма.

Шивари создал защитный купол из золотистой энергии — он принял на себя ударную волну, отбросившую его на несколько метров. Купол треснул, но выдержал.

— Мы… не сдохли? — хрипло спросила Майя, валяясь на земле и вытирая кровь с разбитой губы. Она огляделась, не веря своим глазам. — Серьёзно? Мы правда ещё живы?

— Я требую подробный рассказ, как ты воскрес из мёртвых. Это явно круче любого фокуса! — Джакс хохотнул, хотя голос его всё ещё дрожал от пережитого шока. — Ты бессмертный, что ли?

— Не бессмертный, — хрипло ответил Шивари, тяжело опираясь на обломок стены, его раны, начали не спеша затягиваться. Он вытер кровь с лица и посмотрел в сторону горизонта, где, как ему казалось, ждала его Элайза. — Просто у меня есть причина жить. Я просто не позволил себе умереть. И я не могу подвести тех, кто в меня верит.

Майя нахмурилась, встала с земли и подошла ближе, осторожно коснувшись его плеча.

— Но ты был… — она запнулась, подбирая слова, — ты был точно мёртв. Кровь, арматура в груди… Как ты смог встать?

Шивари прикрыл глаза на мгновение, вспоминая тот миг между жизнью и смертью.

— Меня вернули два голоса, — тихо сказал он. — Один — далёкий голос предков. Они напомнили мне, кто я есть. Да и у нас сердце находится с другой стороны.

Джакс внимательно слушал, забыв о собственной боли.

— А второй голос? — спросил он.

Шивари улыбнулся — на этот раз теплее, почти нежно.

— Второй голос — Элайза. Она не кричала снаружи. Она говорила где-то внутри меня. Она верила. В тот момент я понял: если я сдамся, я потеряю не только жизнь. Я потеряю её.

Он сделал глубокий вдох, чувствуя, как боль всё ещё пульсирует в груди, но теперь она была терпимой — словно напоминанием о том, что он жив.

— Теперь я понимаю, о чём говорил Аксион, — прошептал он. — У Элайзы нет никаких скрытых способностей. Её способность, ключ… — это любовь ко мне. А любовь, это не просто чувство. Она пробудила то, что дремало во мне. И когда эти две силы соединились — кровь моих далёких предков и её любовь — я почувствовал, как во мне вспыхнуло пламя. Оно дало мне силы вырвать арматуру, подняться, действовать.

Майя молча слушала, в её глазах блеснули слёзы.

— Значит, ты выжил… благодаря вере? Своей и её?

— Да, — кивнул Шивари. — Вера, связь, долг перед родом и перед теми, кого любишь. Это и есть настоящая сила. Элайза… Она будто отдала часть своей силы — поделилась дыханием, когда моё почти остановилось. Это даёт смысл сражаться до конца.

Джакс хлопнул его по плечу — осторожно, стараясь не задеть рану.

— Ну что ж, — усмехнулся он, — теперь я точно знаю: если когда‑нибудь окажусь на грани, буду думать о чём‑то, что мне дорого. Вдруг тоже магия проснётся?

Шивари рассмеялся — коротко, но искренне.

— Попробуй. Главное — верить. И не сдаваться. А теперь, — сказал он, оборачиваясь к друзьям, — мне нужно добраться до неё. И остановить отца. Я с ним ещё не закончил.

— Мы пойдём с тобой, — решительно заявила Майя, сжимая кулаки. — У меня руки чешутся расквитаться с Таурусом — он убил детей… — Она бросила мрачный взгляд на руины комплекса «Мёртвой зоны», почерневшие от копоти и дыма.

— Я за, — тут же подхватил Джакс. — Один в поле не воин, даже если ты сейчас выглядишь куда мощнее, чем раньше.

Шивари покачал головой.

— Нет, — произнёс он твёрдо. — Это уже не ваша война. Это личное. К тому же вам нужно время, чтобы восстановиться, а у меня его нет. Найдите Джульетту, Романа и Рию. Возвращайтесь в лагерь и позаботьтесь о девочке, пока Элайза не вернётся.

Джакс тяжело вздохнул, в его глазах мелькнула печаль.

— Бедняжка… Она ведь сразу спросит, где Элайза. Что мы ей скажем?

— Что‑нибудь придумаем, — уверенно ответила Майя. Затем она повернулась к Шивари. — Верни её обратно и закончи уже этот хаос, — сказала она, глядя на него в упор. — И сам постарайся больше не умирать, ладно?

Шивари на мгновение замер, а потом коротко кивнул. В его янтарных глазах промелькнула благодарность.

— Обещаю, — тихо произнёс он. — Я верну её и на вашей планете наступит спокойствие.

Глава 41

Элайза очнулась от глубокого, похожего на обморок сна. Первое, что она ощутила, — мягкость ткани под спиной и едва уловимое гудение, идущее, казалось, из самих стен. Она открыла глаза и замерла, поражённая чуждой обстановкой. Стены помещения, в котором она находилась, были гладкими, словно отлитыми из полупрозрачного материала.

В воздухе витал металлический привкус, смешанный с чем‑то сладковатым — будто рядом цвели неведомые инопланетные растения. От этого запаха к горлу подступала тошнота, но Элайза сжала челюсти, подавляя слабость.

Она ощупала себя. На ней было надето длинное белое платье — простое, но изысканное, с тонкими серебристыми узорами вдоль рукавов. Ткань казалась невесомой, почти шёлковой, но при этом удивительно прочной.

«Корабль Тауруса… Я в его логове», — с ужасом осознала она.

Дрожь пробила тело, но Элайза стиснула зубы. Гнев, жгучий и беспощадный, поднялся из глубины души, вытесняя страх. Она поднялась на ноги — колени слегка дрожали, но воля была твёрже стали. Огляделась: помещение было круглым, без единого угла, и лишь в одной из стен виднелся едва заметный шов — контур двери.

Бросившись к ней, она застучала кулаками, сначала тихо, потом всё сильнее и сильнее:

— Выпусти меня! Ты думаешь, я стану твоей покорной куклой? Никогда! Слышишь⁈ Никогда!

Её голос эхом отразился от стен, но ответа не последовало. Тишина давила, душила, заставляла кровь закипать ещё сильнее.

— Ты убил Шивари! Ты отнял у меня всё! Но ты не сломишь мой дух! Я не стану матерью твоих чудовищных наследников, не стану инкубатором для твоего проклятого рода! Ты — монстр, Таурус! Убийца, тиран, ничтожество, трус прячущееся за силой и властью!

Она прижалась лбом к гладкой поверхности двери, и