Госпожа Злодейка идёт к цели - Анна Герасименко

загнав панику подальше, это максимально усилить броню, закрыв чешуёй рот, глаза и уши, и сформировать тонкий энергетический щит с опорой на нити Юйсы по всему телу. Всё это я проделала, пока летела в Яму, выпущенная из колец кнута. В жучиную массу я погрузилась с головой и не пыталась выбраться, да и вообще старалась не двигаться, застыв в позе эмбриона. А ещё прикладывала все силы, чтобы не думать о том, где нахожусь и в чём тону. Жуки и сколопендры, благодаря щиту, не могли до меня добраться и даже не проявляли ко мне интереса, принимая за что-то вроде камня, наверное.

— Почему она не кричит и не шевелится? — послышался сверху разочарованный голос психованного Суня.

— Эта девушка — Мастер-Целитель, молодой господин, — спокойно ответил ему Гон Дэлун, — Мастера-Целители очень хорошо владеют своим телом, она могла отключить у себя чувство боли или даже за секунду лишить себя жизни, чтобы не мучиться.

— Почему мне никто не сказал, что Мастера-Целители так могут?

И опять никто не произнёс очевидного: “Потому что все и так это знают”.

— Вот дерьмо! — проныл подросток с Золотым Ядром и мерзким нутром. — Ладно, сбрасывайте этого труса туда же и пойдём отсюда! И чтобы никаких больше грёбанных целительниц!

Жучиное море колыхнулось, принимая в себя труп самоубийцы, а молодой господин Сунь и его свита двинули на выход. Я услышала, как закрывается дверь и запирается засов, подождала ещё немного и начала шевелиться. Я планировала выбраться из Ямы, когда рядом никого не будет, а дальше по ситуации. Вот только моим планам опять не суждено было сбыться, у меня не получалось сдвинуться с места в жучиной массе, даже выплыть на поверхность или добраться до стены Ямы. Прикладывая всё больше и больше усилий, я дёргалась как муха в янтаре, но оставалась на одном месте, с ужасом осознавая, что теперь точно трындец! Мой щит продержится, пока есть запас Ци, когда он иссякнет, начнёт разрушаться мой неприкосновенный запас — Юйсы, а когда иглы моего меча рассыплются пылью, меня съедят заживо. Да, как верно заметил Гон Дэлун, я могла отключить у себя чувство боли или уйти в такую глубокую медитацию, что даже не почувствовала бы, как умираю. Но моя смерть станет не только моей проблемой, моя смерть уничтожит Мастерство Очищающей Боли как направление Целительства. Шицзунь, поставившая на меня всё, потеряет и жизнь, и возможность выучить нового ученика. Я подведу её, я подведу клан, не по своей воле, но всё равно. Может, мне не стоило замахиваться на такую высоту? Злодейки ведь долго не живут и все их планы в итоге становятся прахом. И не важно, шла я по Злодейскому Пути или нет, ужасной смерти мне, похоже, не избежать. Неужели, это так работает? Неужели литературные законы неотвратимы?

Ещё несколько раз я пробовала “плыть”, просто не желая сдаваться, а потом попыталась вспомнить всё, что знала о жуках и сколопендрах. Знания об этих насекомых у меня, конечно, были, например, о том, чем они опасны, как от них защититься и что с них можно взять в смысле ингредиентов, но всё было не то. Знать бы заранее, спросила бы у Бога Знаний, у него есть ответы на все вопросы. Может сейчас он мне поможет? Я ведь практически последний хранитель уникальных знаний, умений и навыков! Мне нельзя так просто умирать! Бог Знаний должен это понимать! Быть может, он пошлёт мне какое-нибудь озарение, позволяющее увидеть ситуацию под новым углом и найти решение? В медитативном трансе я представила как возлагаю на алтарь Бога Знаний привычные дары — цветы и фрукты — и возжигаю палочку благовоний, очень надеясь, что мне ещё удастся сделать это в реальности.

Из молитвенной медитации меня вырвал непонятный шум, наверху что-то скрежетало и сдвигалось, а потом послышался плеск и гул водного потока, и как-то разом со всех сторон в Яму хлынула вода. Жучиное мельтешение стало активнее, вода насекомым не понравилась, но очень обрадовала меня. Не ожидала, что Бог Знаний может и материально помочь, а не только нужную информацию подкинуть! Благодарность ему от всей души! Ещё большей неожиданностью оказались крепкие явно мужские руки, обхватившие меня и потянувшие наверх, когда Яма целиком наполнились водой.

Едва мы всплыли на поверхность,