Благородные устремления - Анастасия Медведева

надеюсь, ей как можно скорее окажут надлежащую помощь, и не жду никаких иных извинений. Эта девушка запуталась, но она верна вам и совершенно точно не повторит ошибок, - отвечаю мягко и с удивлением смотрю на появление руки господина на подлокотнике... руки, лежащей в ожидании соединения наших ладоней.

У нас есть зрители? Зачем он так демонстративно оказывает мне знаки внимания?

Вкладываю свою ладонь в его руку и бросаю быстрый взгляд на Уну.

Та смотрит на нас широко раскрытыми глазами.

Странно...

Всё здесь странно...

Кто такая - эта Уна? Чья она слуга и кому на самом деле служит? Господину? Матери господина? Или неведомой княжне, бывшей невесте генерала?

От этой мысли в голове вдруг проясняется. И впрямь... откуда простой служанке, почти не выходящей из поместья, знать про несостоявшееся сватовство? Откуда взяться убежденности в своём праве указывать наложнице господина её место? Что за сила стоит за её спиной?! И почему её не выгоняют, хотя господину доподлинно известно, что она превышает свои полномочия?

Похоже, здесь дело не в том, что она смогла забраться в хозяйскую постель.

Эта девушка представляет настоящую угрозу - но такую, которую можно контролировать, оставляя в пределах видимости.

Внезапно краснею от мысли, что господин мог и не делить с ней ложе, зато точно уступил его мне...

- Твои красные щеки в данный момент провоцируют не самые уместные мысли. Давай для начала закончим все дела? - предлагает Итай, поймав мой взгляд.

Киваю и краснею ещё больше.

Моя неопытность сейчас играет со мной злую шутку. Но я бы хотела посмотреть на молодых девиц, способных удержать мысли от полёта в такой близости от красивого супруга, ещё не завершившего брачную церемонию!

Моя ладонь, находящаяся в плену его сильной и горячей руки, не добавляет уверенности в способности справиться с подскочившей температурой тела...

- Уна, я хочу услышать твои объяснения, - обращается к служанке Итай, даже не глядя на неё, - как получилось, что мои слуги убеждены в моей благосклонности к тебе? Когда и как это проявлялось, поделись со мной?..

Ой...

Кажется, даже если близость и была, для господина она ничего не значила.

Впервые не знаю, что по этому поводу думать - радоваться или напрягаться?

- Мой господин, мне неведомо, почему Кайсю так сказала! Я помню своё место и безукоризненно выполняю свои обязанности! - сцепив руки в центре груди, отзывается Уна.

- Безукоризненно? - вырывается из меня раньше, чем я успеваю себя остановить.

- Она допускала ошибки при тебе? - уточняет у меня Итай.

Поворачиваю голову и бросаю на него многозначительный взгляд.

Он всерьёз задаёт этот вопрос? Или это опять часть представления? Любопытно, что мои представления для него бесконечно подвергаются критике - а я, выходит, его игру должна поддерживать!

Ладно, эту часть спектакля я сыграю: она мне приятна и не идёт вразрез с сердцем:

- В нашу первую встречу Уна не желала допускать меня до вашей кровати, доводя ситуацию до абсурда. Ваш управляющий может подтвердить мои слова. Однако, в тот момент вы предпочли закрыть глаза на ситуацию. И, вот, спустя семь дней, её проступок становится ещё более серьёзным... думается мне, вы и впрямь благоволите этой девушке, - с холодом произношу и хочу забрать свою ладошку, но мне не позволяют.

Напротив! Притягивают ещё ближе к себе и заглядывают в глаза:

- Ты что, ревнуешь?

- Я не посмею, - опускаю голову.

- А если я хочу, чтобы ты ревновала?

Губы дергаются, желая ответить, но я останавливаю себя от глупости.

- Господин, верно, шутит? Если наложница начнёт ревновать его к слугам, что о нем подумают люди? - спрашиваю тихим голосом.

- Ты права, чести это нам не сделает, - бесстрастным голосом отвечает Итай и поворачивает голову к Уне, словно все последние слова были посвящены исключительно ей. - У тебя два варианта - быть разжалованной и покинуть Приграничье или остаться в поместье на самой грязной работе: ни к уборке комнат, ни, тем более, к встрече гостей я тебя больше не допущу. Твоё решение?

- Господин, молю вас... - Уна неожиданно падает на колени, глядя на генерала не верящим взглядом.

- Твоё решение? - чуть резче произносит генерал, повторяя свои слова.

- Я прошу вас оставить меня в поместье, - шепчет Уна.

- Вон с моих глаз, - бросает ей Итай.

И девушка уходит, чуть хромая и громко всхлипывая.

Провожаю её долгим взглядом, не говоря ни слова.

- Почему молчишь? - спрашивает у меня генерал, спустя некоторое время.

- Вы дали ей возможность ощутить свою власть, а потом забрали, растоптав её гордость. Что я могу сказать? Я впечатлена, - отзываюсь негромко.

Знаю, что мой ответ может разозлить его, однако, сейчас мы наедине - и можем говорить честно, как он того хотел!.. Притворяться, что я