Некрасивая жена - Татьяна Дин

- Да при чем здесь я?! Ее святая обязанность как моей жены и герцогини Уэйн появиться на балу, устроенным самой королевой! Она не может просто отказаться!

- Но она отказалась.

- Перестань говорить мне то, что я и так знаю! - срывал Дэниел гнев на кузене. - Все это она делает мне назло! Но я не буду дураком и не поддамся! Я не пропущу этот бал и…

- И-и?

- И найду себе, наконец, прихорошенькую особу, с которой потом развлекусь! Разве не для бесстыдных ночей устраиваются такие балы-маскарады?

- О! Неужели я снова вижу перед собой старину Дэни, любителя непристойных развлечений и смазливых красоток?! - воскликнул Алан и ударил себя по ноге. - Помнится, когда в прошлом месяце я отвел тебя в бордель, ты весь вечер просидел за бутылкой. Тебя не соблазнила ни одна из куколок.

Дэниел предпочел бы не вспоминать об этом, но слова брата были истинной правдой. Он смотрел на открытые телеса шлюх и ничего кроме отвращения они в нем не вызывали. Даже рыжая, которая так напомнила ему… Проклятье! Даже рыжая не привлекла его! Его вообще никто не привлекал! Он превратился в евнуха. Скопца. Кастрата.

Полгода в его постели не было женщины. То время, что он провел в доме Алана были похожи на тюрьму, в которую он добровольно себя заключил. А потом дела вынудили его поехать в столицу, но и там он отказывал себе во всех удовольствиях.

Несколько раз в гостях Дэниел встречал Флоранс, и все эти разы держался в стороне. Он чувствовал, что она будто чего-то от него ждала, но он не мог… не хотел ей ничего дать.

Видя в каком он пребывал состоянии, Алан пытался развлечь его, а потом все таки уговорил сходить в бордель. Бутылка бренди для Дэниела оказалась лучше и желаннее раздвинутых женских ног.

Лишь когда приходили письма из дома, он менялся в лице. Запирался в комнате и как ребенок, который замирает в ожидании долгожданного лакомства, открывал их и читал. А потом шумно выдувал через ноздри воздух и бросал письма на стол, так как не находил в них того что искал.

У него не было никакой необходимости писать Хизер, все новости он получал от управляющего, который докладывал не только о насущных делах, но и каждом ее шаге, но продолжал писать и ждать ответ. Одно письмо в месяц - хоть в этом он проявлял самообладание и сдержанность, но когда читал написанные ее рукой бездушные строчки из сухих слов и обобщенных предложений, то до скрипа сжимал челюсть и с силой вдавливал пальцы в подлокотник кресла. Если бы она хоть раз написала что скучает по нему, что он ей нужен или что ждет его возвращения, он бы все бросил и помчался к ней. Хоть один намек. Хоть малейший призыв. Но она не намекала! И не призывала! Хизер не нуждалась в нем!

Тогда почему он должен нуждаться в ней? В этой плоской жерди? Жене, которая ничем не обладала, чтобы привлечь его искушенный взор? Он просто был обязан найти себе объект для восхищения и удовлетворения желаний. А бал-маскарад самое подходящее место, чтобы потренироваться. Он сорвет поцелуй с губ какой-нибудь ослепительной незнакомки, а если удастся, то и соблазнит ее. Это будет его шанс вновь увлечься нормальными женщинами и забыть о своем проклятии в виде рыжей ведьмы.

- Как тебе вон та девица в костюме турчанки? Смотри какие у нее стройные ножки в этих шароварах.

С неменьшим интересом чем Дэниел, Алан разглядывал дам и предлагал ему обратить внимание на ту или иную особу.

Герцог Уэйн стоял у колонны в обычном костюме и черной маске и рассматривал всех, кто появлялся во дворце. Он намеренно выбрал такое место, откуда мог легко наблюдать за вошедшими дамами. Дэниел не стал упаковывать себя во что-то, что сделало бы его облик неузнаваемым. Пусть его высокий титул послужит ему дополнительным плюсом на пути к соблазнению красотки.

Дэниел пригляделся к девушке, на которую указал Алан, и сразу отмел этот вариант. Восточный колорит его совсем не привлекал, да и не было в этой турчанке чего-то такого, что могло его зацепить. А он не хотел переступать через себя и насильно за кем-то ухаживать. Тут нужна настоящая заинтересованность в объекте соблазнения.

- Если она тебе понравилась, можешь забирать ее себе.

- А эта - в наряде русской княжны? - продолжал Алан свою “песню”.

Девушка и правда обращала на себя внимание, но черные как смоль волосы совсем не соответствовали вкусу Дэниела. Вместо ответа он лишь сморщил лицо и пренебрежительно хмыкнул.

- Смотри, кажется я вижу Крессиду с Беттани, - указал Алан кивком головы на девушек. - Оказывается сестры Хизер тоже здесь.

Дэниел перевел взгляд на сестричек и повертел шеей, словно ему за шиворот насыпали песка. Внутри неприятно кольнуло, так как уже одним своим присутствием они будто упрекали его в том, что он собирался найти себе развлечение на стороне.

- Сегодня я не намерен уделять внимание знакомым дамам. Меня интересуют только незнакомки.

- А как же мисс Гилл? Она ведь тоже должна приехать. Ты не хочешь на ней испробовать силу своего обаяния и соблазнить ее? Мне кажется она будет более чем достойной кандидатурой на роль твоей любовницы. Когда-то ты уже желал ее, и иметь такую женщину в постели может только настоящий счастливчик.

- Мисс Гилл осталась в прошлом, - без какого-либо сожаления заявил Дэниел. - К тому же у нее слишком длинный язык. Пусть живет своей жизнью и… - но он так и не закончил мысль, так как устремил взор на вход в зал.

Ему показалось, что он увидел само совершенство. Ангела и демона. Чистую невинность и порочную соблазнительницу в одном лице.

Стоявшая в дверях девушка в платье невесты так и манила его к себе, словно именно ее он должен был взять в жены и уложить в супружескую постель.

Пока гостья осматривалась, Дэниел осматривал ее.

Всё в ней соответствовало его вкусу - медный огонь в волосах, ярко алые губы, сочная грудь и тончайшая талия. Что скрывалось за юбкой он мог только догадываться, но уже сейчас дал бы руку на отсечение, что и там все было прекрасно. Но что действовало на него сильнее чем ее внешняя привлекательность, так это магическое притяжение, которое с бешеной силой влекло его к ней. Лишь Хизер вызывала в нем