Предложение - Л. Стил

— Что теперь?

— Сейчас? Я кормлю тебя.

33





— Ты либо кормишь меня, либо трахаешь. — Она сидит на кухонном столе рядом со мной, пока я нарезаю овощи. После этого разговора в моем кабинете я отвел ее обратно в спальню. Мы приняли душ и переоделись порознь. И только потому, что я знал, что если затащу ее с собой в душ, мы не выйдем из спальни до конца дня; меня это устраивало, но после того мини-срыва в комнате я хотел получить шанс узнать ее получше. Спрашивать ее о том, что у нее на уме, означало бы только заставить ее замолчать еще больше. Поэтому мне пришлось сменить тактику.

Если вы не можете получить то, что хотите, прямым путем, вам придется прибегнуть к хитрости; возможно, даже быть коварным в том, как вы это делаете, чего я не исключаю.

Я заскочил в душ, затем пошел на кухню, чтобы начать готовить поздний обед. Потребовалось еще сорок пять минут, чтобы она присоединилась ко мне. К этому времени она казалась более собранной. Черты ее лица были более сосредоточенными, взгляд — более спокойным. Она переоделась в простое платье, ниспадавшее ниже колен. Это был обманчиво простой наряд, но он подчеркивал ее фигуру. Я попросил ее открыть вино, и она предложила мне бокал. Она спросила нужна ли мне помощь, но я отмахнулся от нее.

Теперь я делаю глоток красного вина и смотрю на нее сверху вниз.

— Ты удивлена?

— Не-а. — Она протягивает руку и берет ломтик перца. — Признаюсь, я не очень хорошо готовлю. Я имею в виду, что иногда я готовлю, но, если у меня будет выбор, я закажу ту еду, которая мне нужна.

— И что в этом веселого? — Я перекладываю овощи в салатницу, затем приступаю к заправке. Лазанья, которую я приготовила, уже в духовке.

— Ты думаешь, готовить — это весело?

Я слышу нотку недоверия в ее голосе и хихикаю.

— Это расслабляет. Это помогает мне сосредоточиться, поэтому я думаю о чем-то другом, кроме работы.

— Ты действительно делаешь перерыв в построении своей империи?

— Даже Дарт Вейдер иногда нуждается в подзарядке.

— Это отсылка к поп-культуре. Осторожнее, или я подумаю, что ты почти человек. — Она хихикает.

— Только в том, что касается тебя.

В наступившей тишине я бросаю на нее взгляд. Она смотрит в свой бокал с вином, наморщив лоб.

— Почему тебе становится не по себе, когда я говорю о своих чувствах к тебе? — бормочу я.

— У тебя нет ко мне чувств, — говорит она и пытается рассмеяться, но попытка получается слабой.

— Ты знаешь, что есть, но предпочитаешь не признавать этого.

— Даже если и так… — она вздергивает подбородок. — Это проблема?

Я вглядываюсь в ее черты.

— Так вот каково это — быть на той стороне, где на твои чувства не отвечают взаимностью, да?

Она качает головой.

— Не надо, Лиам. Не будь таким…

— Чувствительным?

— Я собиралась казать драматичным, но я соглашусь на чувствительным. Тебе такой образ не идет.

Я кладу нож на столешницу, затем поворачиваюсь и встаю между ее ног.

— Я знаю, когда мы впервые встретились, я показался тебе авторитетным…

— Что ты и делаешь до сих пор.

— И доминирующим…

— Которым ты все еще остаешься.

— И я не буду извиняться за это.

— Так о чем этот разговор?

Я беру у нее бокал с вином и ставлю его на стол, затем беру обе ее руки в свои.

— Я хочу от тебя чего-то большего. Хочу быть чем-то большим, нежели тем, кем я был до сих пор без тебя. Я хочу, — я подношу ее руки к своим губам и целую кончики пальцев. — Быть таким мужчиной, рядом с которым ты бы гордилась стоять.

— И ты такой и есть, Лиам. Любая женщина хотела бы быть той, с кем ты поклянешься провести остаток своей жизни…

— Только не ты. Почему, Айла? То, что мы разделили ранее, когда занимались любовью…

— Ты имеешь в виду, когда мы трахались?

— Когда мы занимались любовью, все было по-другому. Каждый раз, когда мы занимались любовью, наша связь становилась глубже. Я чувствую близость к тебе. Как будто ты единственный человек, который знает меня так же хорошо, как я знаю себя. Что я чувствую к тебе… Это ново и пугающе, но в то же время очень захватывающе. Шанс быть с тобой рядом, создать с тобой семью… Как будто я нашел свою цель в жизни. Оказывается, вся та власть и деньги, которые я накапливал, и вполовину не приносят такого удовлетворения, как возможность иметь собственную семью.

— А как насчет меня?

Я немного отстраняюсь.

— Что ты имеешь в виду? Ты согласилась выйти за меня замуж…

— Чтобы ты мог получить свое наследство.

— А ты могла получить рекламу для своей компании по организации свадеб, — замечаю я.

— Я не уверена, что это была хорошая идея — соглашаться на это, — тихо говорит она.

— Потому что ты начинаешь что-то чувствовать ко мне?

— И мне это не нравится — ни капельки. Секс между нами, может быть, и замечательный, но это ничего не значит.

— Это только начало.

— Этого недостаточно. — Она пытается высвободить свои руки из моих, но я не отпускаю ее.

— Я не позволю тебе отвернуться от того, что у нас есть. Я не позволю тебе отрицать, что у тебя появляются чувства ко мне.

— Что бы я ни чувствовала к тебе, этого недостаточно для совместного будущего, Лиам.

— А я-то думал, что ты бесстрашная. Что когда ты чего-то хочешь, ты идешь за этим.

— Я не хочу тебя, Лиам.

Я сажусь на корточки перед ней и заглядываю ей в глаза.

— Я тебе не верю.

Она выдерживает мой взгляд.

— Лучше поверь в это.



После этого она потягивала вино, пока я заканчивал готовить. Мы поели за столом на террасе. Белка запрыгнула на край веранды и сидела, наблюдая за нами, пока я не смог удержаться и не бросил ей кусочек болгарского перца из салата. Она убежал только для того, чтобы вернуться и забрать еще кусочек, когда я отвернулся. Может быть, мне стоит называть ее бельчонком?

Она наблюдала за белкой. А я наблюдал за ней. Я зафиксировал каждый нюанс выражения ее лица — то, как она сначала смотрела на белку широко раскрытыми глазами, затем смеялась над ее выходками и, наконец, удивленно