Лекарка поневоле и 25 плохих примет - Ульяна Муратова

Надев одну из двух оставшихся юбок, собрала волосы в высокий пучок, плеснула в лицо водой и вытерлась грубым полотенцем, разгоняя сон и успокаиваясь.

Выйдя к деревенским, улыбнулась вполне искренне:

— Господа, у меня приключился внезапный ночной пациент, прошу вас об этом не распространяться. О чём вы хотели поговорить?

— А что за пациент такой? — с подозрением спросил староста.

— Просто пациент, — отрезала я, не желая вдаваться в подробности.

— Знакомец, что ли? — тут же сощурился сосед. — Уж не замуж ли ты намылилась?

— А позапрошлой ночью не из-за него ли грохот был? — не унимался дядька Мелест.

Вот ведь… внимательный и дотошный!

— Это я зелья новые опробовала, — уклончиво ответила я старосте.

— Взрывные, штоль? — хмыкнул сосед.

— Лечебные. Так о чём вы хотели поговорить? — строго спросила я у старосты. — О том, что пора винтовку мне вернуть?

Тот стушевался и отступил за спину Амезега.

— Вот, — выдвинул сосед вперёд свою дочку, которая приносила пирог. — Лунька тебе в помощь. Делов-то много, а она и по хозяйству обучена, и деньгам счёт знает. Ужно ты не откажи, возьми в подсобницы. А заодно покажешь, какие травы от чего помогают, как зелье супротив маститу варить. Только чтоб такое, без магий-шмагий. Простое. Но действенное, — выразительно зашевелил бровями Амезег.

Ощущение было, будто он не просит, а задание даёт, но сердиться на него невозможно, поэтому я даже начинать не стала. Да и кто откажется от бесплатной помощницы?

— Хорошо. Пусть будет так. Луня, оставайся. Сейчас мы с тобой составим список зелий и определим цены, а завтра разложим травы по ящичкам.

Луня разрумянилась и кивнула, а староста с соседом ушли довольные. Девушкой она оказалась молчаливой, но сноровистой и проворной. Пока я писала, она прошлась по дому веником, вымыла полы и принесла чистой воды.

— Может, ореховки поставить? — неуверенно спросила она, видя, что я не готовлю.

— Аппетита пока нет, — отозвалась я, пытаясь просчитать себестоимость зелий и учесть хотя бы небольшую надбавку за труд.

Больше помощница ни на чём не настаивала.

Закончив с черновиком прайса, я взяла большой чистый лист, красивым почерком написала названия и проставила цены. Луня замялась:

— Может, нарисовать чего? Читать-то не все умеют…

— А ты умеешь?

— Да, — серьёзно кивнула она и в доказательство прочитала несколько названий по слогам.

— Вот ты и будешь зачитывать в случае необходимости, — обрадовалась я. — Ты прости, но я понятия не имею, как можно лаконично и прилично нарисовать зелье от поноса или запора.

Луняша хихикнула и кивнула.

Весь день прошёл почти спокойно, я оказала помощь нескольким пациентам, периодически проверяла состояние Эрера и даже набросала план. Раз у меня теперь есть помощница, необходимо устроить диспансеризацию. Осмотреть всех жителей на предмет хронических и прочих заболеваний, узнать, сколько у меня на участке детей, стариков и особенно беременных. А то как начнут рожать, а я к такому счастью не готова…

Староста говорил, что в деревне живут две повитухи — мать и дочь. Это безмерно радовало, но интуиция всё равно подсказывала, что без меня в таком важном деле не обойдутся, хотя после мужиково-пальцевого пазла я не особо-то и боялась. Однако лучше самой сходить проконтролировать, чем потом в авральном режиме спасать от кровотечения или чего-то ещё.

С Луняшей мы хорошо поладили, она очень старалась быть полезной, а мне проговорить Ланины знания тоже было не лишним. Я достала справочник целебных трав, показала ей, и мы вместе прошлись по саду-огороду, обсуждая лечебные свойства растений. Решив не сильно забивать ей голову, я сначала сосредоточилась на противовоспалительных — огнецветнике, ветличке, ромашке и прочих.

Заодно и ботинок нашли. При виде него Луняша застеснялась, а я невозмутимо прокомментировала:

— Пациент потерял ботинки в процессе энергичного оказания ему помощи. Зато жив остался.

— А он кто? Маг? — с неожиданно горячим интересом спросила она.

— Маг, только очень сильно раненый, — кивнула я.

Шельма ходила за нами хвостом и периодически нападала на Луняшин подол, но та не сердилась, а смеялась. После обеда у забора собралась местная ребятня, и киса с предвкушением потрусила в их сторону.

До самого заката вокруг дома стоял на удивление умиротворяющий детский визг, прерываемый грозным кошачьим мявом.

Ещё бы Эрер очнулся — и было бы совсем хорошо.

Когда ночью кто-то принялся настойчиво стучаться в дом, я не удивилась. Может, кому-то из селян стало плохо?

Распахнула дверь, даже не предполагая, что снаружи может ждать опасность. Крепкий блондин-полуночник лет сорока придержал створку, а другой, помладше, беспардонно протиснулся внутрь, увлекая меня за собой и оттесняя могучими плечами к стене.

Ещё один прошёл мимо крыльца и завернул за угол дома, исчезнув из вида.

— Эстренская Служба Безопасности, особый отдел по работе с чужемирцами. У нас к вам есть несколько вопросов, госпожа лекарка. Только не вздумайте дурить, мы парни нервные, можем превратно понять. Очень уж устали искать Странника, раздраконь его зад, — оскалился младший и перехватил меня за запястье.

Второй незваный гость бесцеремонно прошёлся по избе, трогая и осматривая мои вещи. Шельма спрыгнула с постели и зарычала. Он быстрым движением перехватил её за шкирку и закинул в шкаф, заклинив ручки палкой от метлы. Она обиженно заскулила изнутри, однако я лишь обрадовалась тому, что ей не причинят вред.

— Что вам нужно? — нервно спросила я у младшего, сглотнув горьковатую слюну.

При первом знакомстве Эрер тоже произвёл впечатление отмороженного мудака, поэтому касательно новоприбывших выводы было делать рано.

— Поступил сигнал, что имели место взрывы предположительно магического происхождения, а также в деревне объявился незнакомый полуночник. А ну-ка хлебните, — протянул он мне флакон, и я уже знала, что это такое.

На этот раз эликсир правды оказался кисло-горьким, иным по составу. По телу волнами разошлось странное расслабление, но не я позволила ему взять над собой верх и отключить мозги.

— Как вас зовут?

— Таисия.

— Документы?

— У старосты, — ушла в глухую несознанку я.

— Только та справка?

— Других нет. Здесь староста самый главный, он всем заведует, спрашивайте у него.

— Ладно, это не имеет значения. Лучше расскажите, что произошло ночью тридцать шестого юнэля?

— Я сидела на крыше, а