Еще одна глупая история любви - Кэтлин Дойл

– Хорошо. Пусть будет обычное.

Мы решаем сделать заказ по меню, а не рисковать шведским столом.

– Не хочу подцепить ковид с какой-нибудь колбаски, – заявляет Молли.

После того как с заказом покончено, нам не остается ничего, кроме… разговоров.

Я так нервничаю, что боюсь, как бы меня не стошнило.

Поэтому бросаюсь в разговор, как в омут с головой.

– Спасибо, что согласилась пойти сегодня со мной сюда, – начинаю я и тут же морщусь от того, как диковато официально звучат мои слова.

Молли кивает с серьезным видом.

– Это для меня большое удовольствие, сэр. Спасибо за ваше любезное приглашение.

Ее издевка на самом деле помогает мне немного расслабиться. Нежные насмешки всегда были ее способом выражения теплых чувств.

– Я хотел извиниться за то, что весь последний год не связывался с тобой.

– Ты это уже сделал вчера вечером. Все нормально.

Я качаю головой.

– Нет, это было неправильно. И я должен тебе объяснить почему.

Она хмурится.

– Хорошо. Я внимательно слушаю.

– Вот и отлично.

Молли выжидательно смотрит на меня. Мне неловко и не по себе из-за того, о чем придется говорить. Я так привык быть позитивным, оптимистичным парнем, у которого решены все вопросы. Мне трудно признаться в своей растерянности.

Тем не менее я начинаю.

– После того как Сара-Луиза от меня ушла, я… м-м… в некотором роде пребывал в экзистенциальном кризисе.

Я поднимаю глаза на Молли, чтобы посмотреть, не передернуло ли ее от такого признания, но у нее нейтральное выражение лица. Она кивает мне, предлагая продолжать.

– Дело было не в том, что наши отношения закончились, с этим мое состояние было никак не связано, – быстро продолжаю я. – Я просто понял, что у меня выработался определенный образец поведения. Я бросаюсь в одни отношения за другими без перерыва между ними, не оставляя себе времени вздохнуть или поразмыслить, потому что я хочу сказочную любовную историю. Жена, дети, белый забор из штакетника.

Молли снова кивает, продолжая внимательно меня слушать. Похоже, она не удивлена, услышав все это, и не приходит в ужас. Это немного придает мне сил.

– И если честно, дошло это до меня поздно, а ведь Дейв говорил мне об этом уже много лет, – сообщаю я. – Но, знаешь, может потребоваться немало времени, чтобы осознать собственные образцы поведения, даже если ты их и видишь в какой-то степени. Это нужно пропустить через себя, понимаешь?

– Да, понимаю, – кивает Молли.

Произносит она это так многозначительно, словно сама прошла подобное. Раньше я никому никогда не высказывал эти мысли, поэтому испытываю облегчение от того, что меня воспринимают серьезно.

– Я понял, что ставил себе эти обязательные цели, которые вроде бы должны были быть мотивирующими, но на самом деле они заставляли меня вредить самому себе. Я гонялся за людьми, которые мне не подходят, но встраиваются в схему, выстроенную у меня в голове. Я будто уговаривал себя любить их и ускорять развитие отношений. Я понял, что выбирал женщин, основываясь на определенном списке критериев. В результате складывались отношения, которые вызывали у меня разочарование, а я сам гадал, почему в конце концов всегда оказываюсь в одиночестве. А затем у меня появилось вызывающее беспокойство чувство, что цикл повторяется снова и снова. – Я смотрю прямо в глаза Молли. – И я очень устал от этого, очень.

– Так что же ты хочешь? – тихо спрашивает она.

– Я хочу прекратить планировать, хочу отказаться от навязчивой идеи делать все идеально и просто находиться рядом с человеком, которого обожаю. А этот человек…

Она смотрит мне прямо в глаза, ждет, когда я закончу фразу.

– Молли, этот человек – ты.

Глава 28. Молли

Я этого хотела.

Я хотела этого очень сильно.

Но теперь, когда я это получаю, меня переполняют чувства, я ошеломлена и потрясена, и жалею, что не приняла ативан[84].

Я не привыкла к тому, чтобы со мной так искренне разговаривали. И так романтично.

Я не уверена, что кто-то когда-то так честно и открыто говорил со мной о том, что хочет со мной отношений, после… Сета. Когда мы учились в школе.

«Скажи что-нибудь», – умоляю я себя. Я вижу, что он все поставил на кон, и не могу просто так сидеть здесь и только кивать. Я пишу именно такие сцены. Я должна найти правильные слова.

Но у меня нет слов.

Поэтому я просто выдаю правду:

– Я тоже тебя обожаю.

И вероятно, я все сделала правильно, потому что он очень долго выдыхает. Он невероятно долго сидел затаив дыхание, а теперь смог выдохнуть с огромным облегчением.

– Ты на самом деле это сказала?

– Да, – шепчу я.

У Сета блестят глаза. Он тянется к моей руке и целует ее.

Так приятно и одновременно так мучительно быть объектом подобных чувств. Интуиция подсказывает мне, что эмоции, переполняющие меня сейчас, нужно обратить в шутку.

Но Сет заслуживает большего.

Он заслуживает той же искренности, с которой говорил он сам. Это было как подарок мне.

Поэтому я не уклоняюсь. Не отвожу глаз.

Я чувствую себя прекрасно, словно окруженная напряженностью этой минуты, я просто чувствую ее. Красота!

Но это также и невыносимо.

От этого сердце врезается в стенки моей груди.

Именно поэтому я глупо шучу, когда эмоции бьют через край. От глупых шуток не перехватывает горло.

«Только не паническая атака, – умоляю я сама себя. – Пожалуйста. Только не паническая атака».

– Эй, а почему ты выглядишь такой расстроенной? – обеспокоенно спрашивает Сет. От беспокойства меняется и его выражение лица.

Я смотрю вниз на стол. Я подавлена от того, что не могу быть той девушкой, которой нужно в эту минуту. Девушкой, которую заслуживает Сет.

– Я на самом деле боюсь, – признаюсь я.

– О, Моллс! – бурчит он себе под нос, встает, обходит стол, оказывается с моей стороны и кладет руки мне на плечи.

Его прикосновение приносит мне невероятное облегчение. Я прислоняюсь к нему и закрываю глаза.

– Эй, – говорит он, гладя меня по волосам. – Не бойся. Все хорошо. Это счастье.

Я тянусь к его руке и прижимаю ее к своей щеке. Она прохладная и действует как бальзам на мою разгоряченную кожу.

– Со мной все в порядке, – говорю я. – Спасибо.

Я делаю очень большой глоток воды со льдом.

– Думаю, что в такой ситуации требуется выпить кое-что покрепче, – объявляет Сет, подзывает официантку и что-то шепчет ей на ухо. Пока они совещаются, приносят еду, и я благодарна за то, что можно отвлечься.