Ночь с драконом - Кира Фарди

ладонями, потом сместила руки вниз. Я заставила ее повернуться, нагнуться, лично пропустила через пальцы каждую прядь волос. Деревянную заколку вынесла в переулок и, размахнувшись, перекинула ее через чужую ограду.

— Шилесса, что случилось? — спросила Пикси, когда я вернулась.

— Это мера предосторожности, — ответила я вслух. — Теперь поговорим.

О драконах я решила промолчать.

— А одеться можно? — пискнула служанка.

— Да. Пикси, ты можешь выполнить какое-нибудь поручение Гарпи и попасть во дворец?

— Ой, что вы! Я низкого звания. Вот если бы вы поехали навестить короля, с вами хоть на край света. А зачем вам?

Так, разговор приблизился как раз к той теме, которая меня интересовала.

— Что говорят в поместье обо мне? — я поймала растерянный взгляд служанки. — Только правду!

— Ну, люди говорят, что вы хорошо устроились в Обители драконов.

— А про мое якобы замужество?

— Это только Гарпи и Ния знают. Ну, и я, — Пикси смутилась.

— Отлично. Тогда можешь принести мне одежду шилессы? В таком виде стража не пустит меня в усадьбу.

— Ага. А что бы задумали?

— Скажу, что приехала навестить родных.

— Но Гарпи…

— Проклятая Гарпи знает правду, но не посмеет мне перечить, пока не сообщит новость о моем появлении сестре.

— Это да. Но я боюсь. Это так опасно.

— Ничего, справимся.

Я встала, Пикси тоже вскочила на ноги, мы отряхнулись, оглядели друг друга.

— Я сейчас. Ждите.

Служанка помчалась к выходу.

— Стой! Есть еще вопрос.

Пикси на ходу затормозила, поднимая столб пыли и сенной трухи.

— Слушаю.

— Мне нужен ошейник. Обычный, но похожий на тот, что надели на шею Голену. Есть у тебя знакомый кузнец?

— Да таких ошейников, как грязи! — махнула рукой она. — На каждой собачонке.

— Точно! И как я не сообразила!

Хотя я зря занималась самобичеванием: за свое пребывание в этом мире я не видела ни одного домашнего животного, кроме коней. Даже сейчас находилась в хлеву, вдыхала запах дерьма и мочи, а коров не видела. Даже не представляла, как одни выглядят. Может, у них две пары рогов, восемь ног и три хвоста.

— Дядька Пипер запросто может сделать. А зачем?

— Пока не скажу. Попроси его, я заплачу. Только быстро. Лады?

— А что это?

— Так говорят, присказка.

— А-а-а.

Пикси махнула рукой и скрылась. Я осталась одна, еще раз прогнала разговор в голове и улыбнулась: кажется, нигде не прокололась.

В животе почувствовала легкое шевеление, положила ладонь и несколько секунд прислушивалась к ощущениям. Я все еще не могла поверить, что во мне растет маленькая жизнь.

— Ничего малыш, потерпи чуток. Разберемся с подлым королем и…

Хлев вдруг исчез, растворился в воздухе, словно был иллюзией. Я смотрела на человека в синей форме парамедика, за спиной которого колыхалась бесформенная масса. По силуэтам угадывались люди, но они были сплошным пятном без лиц. А мимо проносились машины и гудели, гудели.

— Где я? — сорвался с губ сон.

— Тихо, не волнуйтесь. Как вас зовут?

— Мой ребенок.

— Девушка, как вас зовут? Вы понимаете, что с вами случилось?

— Доченька, — рядом на колени опускается мама, она прикасается пальцами к моему лбу, глазам, смотрит на парамедика. — Мия. Ее зовут Мия.

— Мамочка, мой малыш. Что с ним?

— Граждане, посторонитесь! — раздался над головой бас.

Двое мужчин тащили каталку. Меня подняли, положили и понесли.

— Мама… Рейми… Мой малыш…

Боли я не чувствовала, мысли путались, понимала только одно: я должна спасти сына.

— Доктор, что с ней? — причитала мама, судорожно всхлипывая, пока меня укладывали в машину скорой помощи. — Она заговаривается.

— Удивительно, что ваша дочь вообще жива после такого удара.

— С ней будет все хорошо? Будет? Правда?

Кажется, мама хватала врача за руки, потому что тот сердито прикрикнул:

— Сидите смирно, женщина! Не мешайте! Этого вам сейчас никто не скажет.

— Никто, никто, никто, — размножило эхо слово врача. — Никто.

Я опускаю тяжелые веки, сразу усилием воли поднимаю их: вокруг серые деревянные стены хлева, и запах мочи мощной струей бьет в нос.

От этого зловонного аромата и прихожу в себя. Я все еще стою, а по закону физики должна была упасть. Значит, видение длилось лишь мгновение. Но что это было? Пришло время возвращаться домой, или происки сестрицы?

Но она же не знает, где я.

О боги!

Тут же вспоминаю только что умчавшуюся Пикси. Неужели она? И верю и не верю. Не могла служанка так быстро смотаться во дворец и доложить обо мне, все-таки не в соседний двор забежать.

Тогда что?

— Шилесса…

От скрипа двери я подпрыгнула на месте, дернулась в сторону и спряталась в коровьем отсеке. Под каблуком противно чавкнуло, тело само передернулось от отвращения. И тут я услышала, как Пикси шумно влетела в хлев.

— Я здесь, — выглядываю из закутка.

— Ох, я уж испугалась,

Пикси стояла с корзинкой в руках, положив одну ладошку на высоко вздымающуюся грудь. Она запыхалась, а лицо раскраснелось и вспотело. Нет, девчонка бегала в усадьбу, которая рядом, а не во дворец. Облегченно выдыхаю.

— Принесла?

— А как же! Ваше любимое.

Жестом фокусника служанка выдергивает из корзинки небесно-голубое платье. Пышные юбки шуршат, нежное кружево, которым обшиты края рукавов, кажется пенным облаком.

— Ты его проверила?

— Шилесса, вы думаете, Ния везде оставила как там их…

Она хмурит брови и пытается вспомнить слово, услышанное от меня.

— Маячки.

— Да, маячки. А что это?

— Ну, это любая вещь, обработанная магией сестры. Через нее Ния узнает о событиях, слышит все разговоры и планы.

— А-а-а…

Секундное молчание выдавало усиленную работу мысли. Пока я снимала рваную одежду нищенки, Пикси о чем-то размышляла. Ее губы шевелились, взгляд метался по сторонам, наконец остановился на платье в моих руках.

— Тебя что-то тревожит?

Я просунула руки в юбки, чтобы надеть их через голову, но служанка выдернула их из пальцев.

— Стойте! А магию можно наложить и на платье?

— А…

Я открыла рот и захлопнула его. Как я раньше не сообразила! В Обители у меня с собой был только кулон на цепочке, а в усадьбе на сестру могли работать все вещи, к которым я прикасалась.

— Что будем делать? — шепотом