Очарованная силой - Нина Черная

и дверь в парную, занавешенное окно. Больше в помещении ничего не обнаружилось. Я подошла к окну и дернула занавеску в сторону. Это оказалось вовсе не окно. За плотными шторами скрывалась еще одна дверь со стеклянными прямоугольными вставками и старинной ручкой. Я прищурилась, чтобы разглядеть, что происходило снаружи.

На улице царила ночь. Фиолетовые тени окрасили глубокие сугробы, деревья на расстоянии пары метров от двери стояли плотной стеной, неба оказалось не разглядеть. Я сглотнула и несмело нажала на ручку. Скрипнули петли, а в лицо дохнуло холодом. Поежилась, но прикрывать дверь обратно не стала, высунула любопытный нос наружу и снова огляделась.

Вверх шла глухая стена замка, небольшая часть земли огорожена деревьями, как забором. Создавалось впечатление, что это что-то вроде небольшого заднего двора. Высоко на небе клубились плотные облака – звезд не разглядеть. Опустила голову и снова прищурилась, в темноте не смогла почти ничего рассмотреть. Меж сугробов петляла протоптанная тропка. Она вела к темнеющей поверхности пруда. Небольшого, овального, с плавными линиями берегов. Неужели, это и являлось купелью?

Шмыгнула носом и быстрым шагом добралась до пруда. По его поверхности шла рябь, значит, вода не застыла. Тело все еще не отошло от парной, пылало жаром. Я глубоко вдохнула, зажмурилась и со всего размаху плюхнулась в ледяную воду. Она тут же тьмой иголок вонзилась мне под кожу. Пруд оказался неглубоким, пальцы ног касались илистого дна. Я оттолкнулась от его поверхности и вынырнула. Проделала всю процедуру еще пару раз и, откинув назад волосы, распахнула глаза.

У входа кто-то стоял. Я разглядела очертания силуэта в полосе света, что разошелся от открытой двери.

- Мила? – позвала я хрипло, тело заколотило от холода.

Стоило вернуться в жар парной, иначе я могла заболеть. Это в мои планы не входило.

- Не угадала, - чужой голос заставил замереть на миг.

Мужской, он звучал бархатистым переливом колоколов на башнях города. Неужели, хозяин замка пожаловал? Для чего тогда посылал Никодима? Мог бы и сам нас в баню отвести.

Я пожала плечами и без стеснения вышла из пруда. Ледяная вода заструилась по моему телу, покрыла тонкой коркой инея кожу, не успев подсохнуть.

- Что ты хочешь? – спросила устало и приблизилась.

Меня все сильнее колотило, хотелось поскорее вернуться во влажные объятия парной.

- Твой спутник так за тебя переживал, что мне стало интересно, - пожал плечами незнакомец.

Я приблизилась достаточно, чтобы рассмотреть его. Высокий, худой, светлые, почти белые волосы и голубые глаза. Черты лица мягкие, тонкие, как у юной девушки. Это вызвало несоответствие с глубоким голосом. На молодом мужчине оказались надеты серебристый камзол, узкие штаны и черные лакированные сапоги по колено.

Длинная челка прикрывала высокий лоб, спускалась до самых глаз, ее уложили на одну сторону, так считалось модным среди знати, а на губах играла самодовольная ухмылка. Только вот от льдистых глаз мне стало нехорошо. Там будто не водилось чувств. Стоило с ним встретиться взглядом, как создалось впечатление, что натолкнулась на глухую стену.

- Интересно? – приподняла я бровь, хоть меня и заметно потряхивало, слабостей старалась не показывать, - может, дашь пройти? Или ты планировал заморозить меня до смерти?

- Нет, - ухмылка мужчины стала шире, сам он чуть отодвинулся в сторону.

Я гордо вскинула подбородок и зашла в теплое помещение. Стоп я уже не ощущала, поэтому на страх, сковавший все мое естество, когда я едва коснулась плеча незнакомца, не обратила внимания. Выдержки хватило только до середины комнаты, сдерживать дрожь стало невозможно, зубы застучали.

- Неужели, замерзла? – в бархатистом голосе угадывалась насмешка.

- Я смертная, мое тело хрупкое, - пожала я плечами и дернула за ручку парной.

Нечего разговаривать с непонятными божествами. Пусть этим Мила занимается. Травница сидела на том же месте, где я ее оставила. Она прикрыла глаза, оперлась на каменную стену и будто дремала.

- Тот, с кем ты жаждала разговора, решил нас навестить до ужина, - сообщила я неразборчиво, с дробным стуком зубов, и быстро прикрыла дверь.

От жара и влаги дрожь только усилилась, колотило так, что мышцы свело. Мила распахнула глаза и посмотрела на меня растерянно.

- Сын Черного бога в предбаннике, - пояснила я внятнее.

Наверное, из-за стука зубов слова слышались неразборчиво.

- Неужели? – кривая ухмылка, почти такая же, как у молодого мужчины, появилась на ее лице.

Женщина сладко потянулась и неторопливой походкой направилась к выходу. Я не стала любопытствовать, о чем могли общаться последняя травница и сын бога. Просто снова легла на узкую лавку и постаралась согреться. От короткого общения с Константином, как назвала его Мила, появилось стойкое ощущение, что так просто он нас из своего замка не отпустит.

Глава 29

Глава 29

- Прошу, милые барышни, - услужливо подпрыгнул посох и указал мордой на стулья с высокими спинками.

Они выглядели выкованными изо льда. Я повела плечами, переглянулась с Милой, и прошла к одному из стульев. В голове пронеслись воспоминания последнего часа.

Домылась я быстро, как только дрожь прошла, так и приступила. В предбанник вернулась уже намытой, пахнущей терпкими травами, с натертой докрасна кожей и довольной улыбкой. Давно так чудесно не парилась. Пожалуй, республиканские бани мне понравились больше местных, привычных. Милы и Константина в комнате с диванами не оказалось, зато лежали два платья и исподнее к ним. Рядом аккуратной стопкой покоились махровые полотенца. Одним из них я и растерлась. Наспех оделась, хорошо, что шнуровка на платье имелась спереди, какой-то новый фасон. Платье повторяло изгибы моего тела, сидело, как вторая кожа. Никаких корсетов, тяжелых подъюбников и обилия рюшей. Часть волос собрала на затылке атласной лентой в тон платья, а на ноги обула мягкие туфли. Если это мода Республики, то она мне уже нравилась.

Жаль, в комнате не имелось зеркала, не смогла насладиться вдоволь своим отражением. Мила вернулась в тот момент, когда я уже полностью собралась и ожидала посох. Травница, завернутая в махровое полотенце, такое же, каким пользовалась я, хмурилась и не сказала мне ни слова. Пришла она со стороны замка, а не улицы. Спрашивать я ее ни о чем не стала, просто присела на диван и продолжила поджидать Никодима.

Теперь же нас привели по запутанным коридорам в обеденный зал. Длинный стол занимал почти половину помещения, с потолка свисала массивная люстра, на которой еле колыхались хрустальные остроконечные висюльки, стены украшали замысловатые фрески с сюжетами