Саша Лорски. Пламенный Факультет. 5 курс. - Александра Дроздова

Выполнив еще один уверенный шаг, он обернулся к нам лицом и обеспокоенно прошептал:

– Там, на небольшой полянке четверо, они не на земле, а как будто бы на деревьях, Миранда…

Дальше даже не стоило и говорить, все поняв, она растворилась в своей стихии и через какое-то время вернулась.

– Это Пелагический Интернат…

– А где их воздушник? – спросила Бэлла, вглядываясь туда, где прятались наши соперники.

– По-моему, он не умеет сливаться со своей стихией, поэтому не почуял нас раньше... – смущенно прошептала Миранда.

– И что будем делать? – спросил Сирилл. Он явно замешкался с решением, мы не оговаривали стратегию случая, когда кто-то из участников выбрал такую же тактику самосохранения, как и мы…

– Я знаю! – выкрикнула Бэлла и, намеренно топая ногами, вышла на полянку. Команда поспешила вывалиться за ней, если понадобится эту горячую головушку защищать. – Со! Мы не будем нападать!

Для подтверждения своих намерений Бэлла подняла пустые руки вверх.

Мой слух уловил слабое перешептывание и довольный писк Со. И больше не скрываясь, вся команда Пелагического Интерната спустилась со своих высоких насиженных местечек, надо было их не «рыбками» называть, а «птичками»!

– Со! – снова обратилась к ней Бэлла и развела руки для объятий.

Юркая девчонка с короткой стрижкой кинулась к ней на встречу с радостным возгласом. Замучив Бэллу, Со кинулась обниматься и со мной. Неожиданно, но руки все равно сомкнулись за спиной красивой девчонки.

– Девочки! Как я рада! – пропищала она.

Обе команды пожали друг другу руки, если по началу все смотрели друг на друга настороженно, то сейчас, все изменилось. Никакого желания убивать или даже вступать в схватку не было, все заметно расслабились. И зря…

В правилах не было оговорено об объединении между участниками, фактически это не являлось запретным действием, но не все были довольны этим обстоятельством…

Андиорган с умилением смотрел на свою невесту, которая уже нашла себе союзников, явно заранее подготовив почву для этого. Абсолютно было неважно делала ли Бэлла эта специально или же это ее врожденный талант, но нет более грамотного политического хода, как этот. Он гордился своей невестой. Ей же гордился и Дариус, однако, больше его беспокоила другая персона. Она изрядно нервничала и откровенно хмурилась, грядет буря, но самоуверенность сыграла с Его Владычеством в свою игру…

– Так не пойдет! – неистовым голосом многократно усиленным магией завизжала Простасия Аспид. И, положив руку на камень, который все это время притворялся брошкой, она поспешила пройти сквозь защиту, вот и источник питания купола обнаружился. Прямо на глазах всей академии по пути до арены ректор Аспид видоизменялась в огромнейшую песчаную агриканскую змею Псамофис!

Его Владычество кинулся за ней, впопыхах трансформируясь, чтобы прижать дуру, которая портила его план, но не успел. Эта дрянь запитала защитный купол на блестяшку на своей шее. Когда Дариус ее почти настиг, она уже скрылась за защитным барьером, в который он чуть ли не врезался с размаху.

А те, что заключили перемирие даже и не догадывались, какая опасность выдвинулась к ним…

Страшное рычание раздалось издалека, заставляя всех оборачиваться.

– Вы слышали? – спросила очевидное Миранда.

Не то рев, не то шипение и уже знакомый шелест чешуи…

– Бегите! – заорала я, припоминая оборот библиотекаря и очень похожие звуки.

Сквозь змеиное шипением раздался ломанный голос ректора Аспид:

– Не спрячешься, любимица! Я тебя сама найду, мне даже помощь этих бездарей не понадобиться! Откушу тебе твою чудную разноглазую головку!

– Валите отсюда! – заорала я во все горло, подталкивая других ближе к кустам. Но, видя, что они не собирались бросать меня одну против сбрендившей Простасии. Я резко поменяла решение. – Простите…

Я, извиняясь, посмотрела сначала в глаза Бэлле, затем и Сириллу. Он, зараза, догадался о моем плане, но успел ухватить лишь воздух.

– Саша… – успела я расслышать многоголосый крик.

Придав себе скорость огнем, я сбежала от них.

Ей была нужна только я.

– Я здесь! – закричала я, что есть сил.

Раздался жуткий мощный удар прямо в верхушку купола, заставив меня дернуться от испуга. Подняв глаза, я увидела, как здоровенный, самый большой из увиденных, железный дракон пытался пробить защитный барьер. И у него пока ничегошеньки не получалось!

– Бездна! Что же за силища создала купол! – проговорила я, лавируя на пламени между деревьями, валунами и другими препятствиями. Я выскочила в самый центр арены. Как раз, бездна всех поработи, здесь шла схватка между Академией и Горным, но стоило появиться мне, как стихийный обоюдный поток прекратился. Все обратили внимание на меня… Пламя!

А где же оплотовцы? Тоже решили поиграть в прятки подальше от психованных рожденных драконами?

Между до этого момента яро противоборствующими сторонами было достигнуто молниеносное перемирие. Они тут же сплотились против меня одной. Рой метательных снарядов из всех четырех стихий обрушился на меня. Выбросив руки, вал пламени ринулся на мою защиту, останавливая залпы противников.

Рев огромной твари, что говорила ректорским голосом, повторился. Наконец-то, она показала свое истинное лицо.

– Саша, Саша! – плюясь, шипела здоровенная песчаная змея, если мне не изменяла память, то называлась она Псамофис и обитала как раз в опостылевших мне пустынях.

Голова змеи была плоской, цвет чешуи был в цвет песка, с оскаленного зубастого рта капала ядовитая слюна, и все тело было покрыто шипами вместе с такой же токсичной слизью. Морда хоть и напоминала ректорское симпатичное личико издали, но оно было настолько перекошенным и безумным, что в этой зверюге плохо узнавалась прежняя куколка-ректор. На толстой шее сверкала, привлекая мое внимание, та блестяшка.

Одного взгляда на побрякушку мне хватило, чтобы понять – если выбираться отсюда, так только после разрушения этого артефакта, не было сомнений, что именно этот камушек питал купол.

Участники пока перестали нападать, еще бы перед их носом возникло такое… я бы тоже притормозила. Эта махина могла раздавить всех нас одним движением своего хвоста. Кто она, бездна, вообще такая? Да, облик несколько соответствовал трансформации рожденным змиями, но с ними почему-то не ассоциировался, эта рептилия была какая-то не такая, неправильная. Однако, она была в три раза больше, опасней, зубастей, ядовитей и мерзее…

– Я избавлюсь от тебя, раз, эти выродки железного дракона не смогли! – злобствовала змеюка.

После упоминания принадлежности к роду Его Владычества глаза Элайзы нервозно забегали, видно, поползновение змеиной