Ведьмам накладывают швы - Джульетта Кросс

Ливви снова помахала Джей-Джею стаканом, и тот наконец направился в нашу сторону.

– Ничего, я покажу. – Она одарила меня улыбкой Круэллы, и я понял, что бедняга попал в беду.

Джей-Джей расставил руки и навалился на стойку перед Чарли и Ливви.

– По-моему, тебе хватит, Лив.

– Еще стаканчик! Вы с Чарли меня потом проводите.

– Это большая честь для меня, – сказал Чарли, прижимая руку к сердцу. В глазах у него был такой же хмельной туман, как и у нее.

Я наклонился к уху Вайолет.

– Так кого ты имела в виду?

Она указала на Чарли и Джей-Джея и двух девушек.

– Да ну, не может быть.

Я посмотрел на ребят. За прошедшую пару лет я уже успел с ними подружиться.

– Ты сама говорила, что они просто друзья. Лучшие друзья.

– Ага.

– Это точно. – Я обнял ее за талию, услышав намек в ее выразительном голосе. – Но ты уверена?

Она кивнула в сторону Джей-Джея, который как раз наклонился к Чарли, о чем-то переспрашивая.

– Ух ты, – прошептал я ей в висок.

– Так-то, – сказала она, ухмыляясь. – Как раз вовремя, черт возьми. – Последнюю фразу она произнесла громче, чем привлекла внимание Чарли.

– Кто бы говорил, – огрызнулся он в ответ, но выразительный розовый румянец не дал ему принять обиженный вид.

Наконец к нам подошел Матео. Он поздоровался с Джей-Джеем, который достал из холодильника бутылку и отвернул крышку, прежде чем отдать.

– Я пропустил что-то интересное, – констатировал он, делая глоток пива.

– Именно, – подхватила Ливви, все еще на высоких децибелах. – Если вдруг ты не в курсе, Нико трахает Вайолет. Ну, меняются они. А может, Вайолет трахнуть Нико?

Она была уже совсем пьяна.

– Не знаю, применим ли этот термин к девушке. Смотря насколько важно проникновение.

– Точно, – сказал Матео, делая еще один глоток пива. – Сейчас вернусь.

Он направился по короткому коридору к туалетам.

Чарли стал спорить с Ливви о значениях термина «трахаться», в основном объясняя, что это просто синоним слова «заниматься сексом», так что любая дискриминация в зависимости от позиции совершенно ни к чему. Это была чушь, но меня это мало заботило.

Меня волновало одно – сумасшедшие улыбка и смех Вайолет в момент, когда она потягивала свой олд-фешн и наблюдала за спором этих двоих.

Я был так очарован ею, что не сразу уловил аромат и электрические импульсы в воздухе, когда запустил руку в водопад ее шелковистых волос и стал касаться ее шеи. Из нас двоих Вайолет первая среагировала на угрозу. Она замерла, ее взгляд переместился с барной стойки в глубь зала, а между бровей проступила морщинка.

Я проследил за ее взглядом и напрягся, заметив Шейна и двух новых парней из стаи, которые не понравились мне, еще когда я был одним из них. По-моему, их звали Кайл и Рик. Иви подошла к ним и заговорила, принимая заказ, как у остальных посетителей.

– Какого черта они здесь забыли? – спросила Вайолет.

Неторопливо выйдя из туалета, Матео застыл на месте.

– Твою мать.

Прежде чем я успел что-либо сделать, он уже бросился к ним, оттесняя противника.

– Черт. Оставайся здесь.

Я кинулся брату наперерез, но он оказался быстрее. Мгновение спустя Матео уже отвел Иви в сторону и тыкал пальцем в лицо Шейну. Хриплым и грозным тоном он бросил пару ласковых в сторону пришедших.

Шейн поднял руки в знак капитуляции, но ухмылка на лице выдавала его истинные намерения. Иви попыталась успокоить Матео, положив руку ему на грудь, но он резко повернулся, перекинул ее через плечо, как пещерный человек, и помчался с ней на кухню, по-хозяйски придерживая ее за задницу.

Когда мы проходили мимо, я заметила, что его глаза горели золотом. Иви довольно спокойно сказала, покачивая хвостом волос:

– Альфа, поставь меня, пожалуйста. Я буду держаться от них подальше. Обещаю. – Он лишь рыкнул, оскаливая зубы.

Я направился к Шейну и его ребятам. Я был гораздо спокойнее Матео, но, вероятно, только потому, что Вайолет осталась у стойки, как я и попросил. Если бы она подошла к ним ближе, я, наверное, и сам бы превратился в неандертальца, как Матео. Слишком много она для меня значила.

– Что ты здесь делаешь? – спросил я Шейна.

– Да вот, пива зашел попить. – Он смотрел куда-то мимо меня. – Если, конечно, у меня наконец примут заказ.

– В Новом Орлеане полно баров, Шейн. Здесь тебе что нужно?

– Ничего, – ответил он как ни в чем не бывало. – По крайней мере, от тебя.

Он высматривал сидевшую у стойки Вайолет. Я ощутил, как у меня поднимается уровень адреналина, а внутри закипает ярость.

– Слушай, я не знаю, что ты слышал про тату-обереги, но они работают не так, как обычные заклинания. Так что если ты надеешься с помощью магии стать сильнее сам или ожесточить свою стаю, Вайолет ничем не сможет тебе помочь.

– Ты ни черта не знаешь о том, чего мы хотим. – Он снисходительно фыркнул. – Хотя, может, и знаешь. Ты же сам покалечил Тая, а потом слинял из стаи.

Я стиснул зубы, сдерживая гнев, и задумался над его словами. Нахмурившись, я ответил:

– Если тебе нужна помощь, чтобы обуздать волка, то Вайолет работает над этим. Когда у нее получится заклинание, я дам тебе знать. А пока возвращайся в Остин. У меня есть твои контакты.

– Уверен, ты примешь меня с распростертыми объятиями. Так ведь, братец?

Черт, в глубине души Шейн был в ярости.

Он усмехнулся.

– Ведь мы всегда так стремились помогать оборотням.

У меня в голове всплыло общее воспоминание о нас с Шейном. Когда на одного из членов стаи наложили проклятие, из-за которого он сильно заболел, мы отправились в Остин к ведьме – разрушительнице чар. Едва увидев нас, она зашипела: «Чтобы я стала помогать волчьему отродью? Раз он проклят, значит, он этого заслужил». И она захлопнула дверь у нас перед носом. Это был не первый и не последний раз, когда мы сталкивались с подобным обращением только потому, что родились оборотнями.

– Вижу, вы с Матео особенные. С вас тут все пылинки сдувают. Но я прекрасно знаю, как эти ведьмы относятся к нам. – Он указал на своих ребят. – Иначе зачем бы ты так надрывался, лишь бы выгнать нас из этого города? Это свободная страна, Нико. Мы никому не вредим. И никуда не обязаны уезжать.

Он был прав. Они никому не причинили вреда. Но я видел, в каком неустойчивом состоянии он находится. Слишком часто волк принимал решения за