Госпожа Лидия - Малиновая Карамель

– Как будто девушки планируют провести тут вечность, а не десяток минут. – сдерживаясь из последних сил, я не могла не отметить богатство обустройства комнаты.

Наконец, я отбросила все лишние мысли и опустошила мочевой пузырь, получив чувство безграничного облегчения. Казалось, будто я несла в руках по горячей чугунной сковородке, в то время как пол был смазан маслом. Но я кое-как достигла стола и не упала, да ещё и не обожглась.

Тщательно вымыв руки, я почти впала в медитативное состояние от приятного аромата цветов, что стояли в вазе на подоконнике. Запах напоминал сирень и немного мяту. Но надо было возвращаться в комнату и слушать о новом законе, касающемся беженок, вместо того чтобы заняться реальным делом. Не люблю я полемику, как по мне лучше действовать, чем рассуждать, но в политике чаще всё обстоит иначе.

Выйдя из туалетной комнаты, я застала раба всё в той же позе на коленях с низко склонённой головой. Со своими рабами, я забываю о том, как общаться с эрсхонцами.

– Как тебя зовут, напомни, пожалуйста? – пытаясь исправить свою оплошность, заговорила спокойным и добродушным тоном.

– Илозум, госпожа Лидия. – быстро ответил парень.

– Извини меня за резкость, Илозум. – эрсхонец нервно вздрогнул, едва заметно. – Ты всё делал правильно, но я привыкла к другому. Пожалуйста, встань. – он неуверенно посмотрел на меня снизу вверх и не заметив угрозы, так же медленно встал с колен. – Давай забудем этот инцидент. Ты не сделал ничего плохо, а я не хотела быть столь грубой.

– Я не считаю вас грубой, госпожа. – немного смутился парень, заламывая пальцы. – Вы очень добрая. И делаете большое дело для всех.

– О чём ты? – спросила его, пытаясь вспомнить знакома ли с этим юношей или с его родственниками. – Мы знакомы?

– О вас знают все на планете. – в его голосе звенела уверенность и благоговение. – Землянка с винно-рыжими волосами, что долгое время отсутствует на планете, потому что спасает девушек по всем уголкам Вселенной. Я слышал, что вы сами участвовали в штурмах и даже стреляли из бластера. Это правда?

Я еле сдерживала смех от рассказа Илозума. В его версии я напоминала супергероя, что спасала всех девиц в беде, оставаясь в тени. Хотя нет, про инкогнито в моём случае надо сделать правку, раз даже обычный раб знает моё имя и внешность. А ведь я не самый публичный человек.

– Раз пять мне действительно приходилось участвовать в освобождениях и стрелять по работорговцам. – пришлось сказать правду, ведь лгать в глаза я не умела, но и превозносить себя не дала. – Но я чаще была в арьергарде и выходила на место, когда всех бандитов уложили на лопатки, чтобы помочь рабыням. Девушки часто бояться мужчин, после пережитого насилия, и тем более вооружённых, а на меня реагировали спокойнее.

– Это невероятно! – явно нарушая все правила поведения раба с высокопоставленной госпожой, Илозум повернулся ко мне лицом и шёл спиной вперёд по коридору, смотря на меня как фанат на кумира. – Вы такая прекрасная и хрупкая с виду госпожа и мне сложно представить вас на поле брани и с оружием в руках.

– Многие с кем я работала – эрсхонцы и им тоже не по душе было такое. – мне было проще говорить с Илозумом не как с рабом, а как с обычным знакомым, которого встретила на улице. – Но я сама решила помогать девушкам и была весьма настойчива в плане того, чтобы быть вооружённой. Конечно, меня заставили сдать какие-то тесты на стрельбище, но у меня всё получилось и… – не успела я договорить, как из-за угла вышел высокий худой эрсхонец и столкнулся с рабом, что, не замечая ничего слушал меня с открытым ртом.

Видимо незнакомец был погружён в себя, так как столкновение вышло весьма громким. Он упал на Илозума, буквально повалив пацана. И когда он попытался встать, судя по болезненному вздоху, его колено задело что-то не то.

– Ох! Ммм… – неприятный звук болезненного стона раба резал по ушам, а продвижения в вставание не было заметно, потому я решила вмешаться и помочь мужчинам.

– Осторожно. – подошла к спутанному клубку и наклонилась над незнакомым мужчиной. – Я помогу вам.

– Ох, госпожа. – поднял он на меня серо-голубые печальные глаза, слегка приподнимая уголки тонких губ в улыбке. – Простите меня, я видимо ещё не проснулся и не заметил вашего раба.

Он стоял на четвереньках над рабом, что сжался в клубок и старался прикрыть стратегические места. Быстро оглядев незнакомца, я не могла не отметить его болезненный вид. Худой, настолько, что я могла посчитать все его рёбра в распахнутой жилетке, рыжие волосы были тусклыми и словно давно не знали шампуня, хотя и собранны в аккуратный крысиный хвостик на затылке.

А кожа вообще вызывала много вопросов. У всех эрсхонцев она словно была с внутренним блеском, как если бы их обмазали лосьоном с шиммером. Но у этого мужчины она казалась тусклой, будто загорелая кожа покрылась толстым слоем пыли.

«Он болен?» – промелькнула мысль, когда я, осторожно придерживая его за локоть помогла ему встать на колени, а после и на ноги.

Он был выше меня на голову, но сильно ссутулился и прятал от меня взгляд. Такое поведение казалось мне странным, обычно мужчины-эрсхонцы так себя не ведут. Они любят смотреть прямо в глаза женщине и, если провинились, их почти невозможно заткнуть, они безостановочно извиняются.

– С вами всё хорошо? – переживая за его здоровье, осторожно коснулась плеча, чувствуя под пальцами острые кости, что натянули кожу. – Может вам следует обратиться к врачу? Вы выглядите бледным. – постаралась не быть сильно грубой, но его болезненный вид пугал меня.

– О, госпожа, не стоит переживать, я не пострадал. – наконец отмер мужчина, который выглядел старше своих лет, хотя, наверное, был моим ровесником. – Надеюсь я не доставил вам много неудобств, своим поведением.

Он медленно поднял худую руку и коснулся моих пальцев, поднимая руку к своим губам, чтобы коснуться костяшек сухими тёплыми губами. Этот жест мне казался слишком старомодным и неуместным для Эрсхо.

«Тут вроде не принято целовать руку при встрече.» – задумалась я, но, прежде чем успела, что-то спросить у него, хотя бы его имя, но