Ты ушёл. Но не отпустил - Саша Вельская

Мама пошла в соседнюю комнату.

В этот момент мой защищённый телефон зазвонил.

На экране высветился номер Тамары Леонидовны.

— Да?

— Вера, — сказал женский голос.

Не её.

Сначала я не узнала.

Потом сердце остановилось.

Лидия Сергеевна.

— Откуда у вас этот номер?

— Тамара Леонидовна дала.

Это было невозможно.

Адвокат никому не дала бы защищённый номер.

— Где она?

— Рядом.

— Дайте трубку.

Пауза.

Потом голос Тамары Леонидовны:

— Вера, всё нормально. Лидия Сергеевна хочет привезти детям вещи.

Голос был похож.

Но что-то не совпадало.

Слишком ровный.

Без привычной резкости.

— Какой пароль? — спросила я.

Мы заранее договорились: если кто-то звонит по поводу перемещения детей, должен произнести кодовое слово.

На том конце стало тихо.

— Что? — спросила «Тамара Леонидовна».

— Кодовое слово.

Связь оборвалась.

Я выбежала в коридор.

— Охрана!

Сотрудник подошёл сразу.

— Что случилось?

— Кто-то знает номер. Пытались выдать себя за моего адвоката.

Он вызвал начальника смены.

Телефон снова зазвонил.

На этот раз настоящий номер Тамары Леонидовны.

— Не отвечайте никому, — сказала она без приветствия. — Мой телефон украли двадцать минут назад.

— Где вы?

— В следственном комитете. В сумке был резервный аппарат с вашим защищённым номером.

— Лидия Сергеевна звонила.

— Она рядом со мной. Ни о чём не знает.

— Кто говорил её голосом?

— Вероятно, запись или имитация.

— Они знают, что мы здесь?

— Адреса в телефоне не было.

Начальник смены проверял журналы доступа.

— Никого постороннего не пропускали, — сказал он.

Я рассказала о звонке.

Он распорядился удвоить охрану.

— Мы сменим ваш номер.

— Если нашли этот, найдут следующий.

— Не обязательно.

Соня позвала меня из комнаты.

Я вернулась.

— Кто звонил?

— Ошиблись номером.

— Ты испугалась.

— Немного.

— Папа?

Я села рядом.

— Не знаю.

Она вздохнула.

— Ты обещала не говорить «возможно». Но «не знаю» тоже плохое.

— Знаю.

— Скажи что-нибудь хорошее.

Я погладила её по волосам.

— Ты выздоровеешь. Мы вернёмся домой. У тебя снова будет окно, из которого можно смотреть на двор. И никто не станет фотографировать без разрешения.

— А папа?

— Что папа?

— Он будет с нами?

— Нет.

— Никогда?

— Он останется вашим отцом. Но жить вместе мы не будем.

— Даже если станет хорошим?

— Даже тогда.

Она смотрела на меня серьёзно.

— Потому что ты его больше не любишь?

— Да.

— А дядю Артёма любишь?

Вопрос застал меня врасплох.

— Я…

Соня нахмурилась.

— Только не «возможно».

Я улыбнулась сквозь слёзы.

— Кажется, начинаю.

— «Кажется» тоже считается.

— Тогда да.

Она кивнула, будто получила нужный ответ.

— Хорошо.

— Почему?

— Он проверяет окна.

Детская логика была простой.

Любит тот, кто проверяет окна.

Не тот, кто покупает дом.

Не тот, кто обещает море.

Тот, кто остаётся рядом со страхом и не делает его стыдным.

К вечеру Берестов сообщил, что Дениса Шатова задержали.

Его нашли в квартире знакомой.

При нём были поддельные документы, наличные и фотография нашего предыдущего места проживания.

— Он признал проникновение? — спросила я.

— Частично.

— Что значит частично?

— Утверждает, что вошёл забрать документы по поручению Кирилла. Не знал, что в квартире будут люди. Артёма ударил, испугавшись.

— А Роман?

— Говорит, что Воронцов поручал только наблюдение за детьми, но не кражу.

— Лжёт.

— Вероятно.

— И снова это слово.

Берестов не понял.

— Какое?

— Ничего.

— Есть ещё информация. Шатов сообщил адрес квартиры, которой Кирилл пользовался для встреч. Там нашли копии документов детей, фотографии и устройство для изменения голоса.

— Значит, звонил он?

— Звонок был уже после задержания.

— Тогда кто?

— Устройство мог использовать другой человек.

— Роман.

— Проверяем.

— Он нашёл адрес?

— Пока нет оснований так считать.

Я посмотрела на охранника за дверью.

— Тогда зачем звонок?

— Чтобы заставить вас вывести детей.

— Куда?

— Под предлогом передачи вещей или встречи с адвокатом.

— Значит, они не знают, где мы.

— Похоже.

Я впервые за сутки смогла вдохнуть глубже.

Они искали.

Но ещё не нашли.

— Романа объявили в розыск?

— Его разыскивают для допроса. Статус подозреваемого пока не оформлен.

— Почему?

— Нужна совокупность доказательств.

— На диске его голос.

— Экспертиза подтверждает предварительно. Но защита будет заявлять о монтаже.

— Евгений свидетель.

— Да.

— Шатов.

— Его показания противоречивы.

— Валерия.

— Готова дать показания?

— Да.

— Тогда сообщите адвокату. Пусть привозит её завтра.

Я отключилась.

В этот момент в коридоре сработала тревога.

Охранник приказал нам закрыться.

Мама прижала детей к себе.

За дверью послышались шаги, команды, короткий шум.

Я схватила тяжёлую настольную лампу.

Миша увидел.

— Ты будешь драться?

— Нет.

— Тогда зачем?

Я поставила лампу обратно.

— По привычке.

Через пять минут начальник смены вошёл.

— Ложная тревога. У ворот пытался проехать автомобиль доставки без заявки.

— Кто