Перерожденные - Дана Данберг

* Катарина

Еще до рассвета мы вышли к стоянке караванщиков. Тут у народа принято вставать раньше петухов, но я, честно говоря, серьезно сомневалась, что мы выдвинемся раньше часов девяти. Впрочем, часов-то тут ни у кого и не было, все приходили, ориентируясь на свое внутреннее время, а оно говорило, что если опоздать, то караван никого ждать не будет.

В общем, когда мы пришли, там уже собралась половина путешествующего народа, а на грузовые повозки шла погрузка. Нам указали на телегу, на которой мы поедем, и я всерьез задумалась над тем, что проще было пойти пешком. Да, у нас было все необходимое на случай непогоды, но ехать несколько сотен километров на транспортном средстве без рессор и даже без тента — не предел моих мечтаний.

— М-да… — прокомментировал даже Сергей, который, казалось бы, к подобным транспортным средствам привычен.

Мы забросили наши мешки, немного облегченные, потому что кое-что из добытого мною оружия мы скинули местным торговцам. Поговорив с мужем, мы решили, что так будет проще. Он не был уверен, что за этот металлический хлам, а оно было действительно не очень хорошего качества, в основном, мы выручим больше в других городах. Там ситуация спокойнее и ржавую железку купит не каждый. Ну и таскать это все на себе еще…

— Тебе помочь залезть? — муж закинул сумки и заплечные мешки в наш транспорт.

Там уже сидела семья: родители, две девочки-подростка и маленький мальчик лет пяти. Они заняли весь перед телеги и даже сами установили что-то типа тента для своей семьи. У них было много вещей, вероятно, они переезжали.

Я бы и сама залезла, но в платье это было не слишком удобно, так что я оперлась на его руку, про себя чертыхаясь, и кое-как перекинула ногу через невысокий бортик. Мы с мужем расположились справа, по одному борту, разложили сумки так, чтобы на них можно было удобно сидеть. На ночь мы, конечно, будем останавливаться на стоянки, где можно будет лечь, но ехать тоже хотелось с минимальным комфортом.

Напротив нас, по другому борту, места заняла пожилая супружеская пара и их великовозрастный сынок, от одного взгляда на которого было понятно, что проблем не избежать. Радовало только то, что нас разделяли сумки и тюки, валяющиеся в проходе между сидящими прямо на дне телеги людьми.

Сережа инстинктивно приобнял меня, достал плащ и укутал меня в него с ног до головы. Нет, на самом деле начинал накрапывать мелкий дождик, но муж все равно перестарался. Понятное дело, что за мое здоровье и безопасность он не опасается, вряд ли тут встречаются такие самородки в плане магии, которые способны причинить мне вред. Ему просто неприятно, что на меня так пялятся. Может, все же стоило костюм вольника надеть? На суровую воительницу так бы смотреть побоялись.

Правда, к нам еще подсел один из охранников каравана — так было положено, поэтому пока никто не бузил, только сосед бросал то на меня, то на девочек многообещающие взгляды. Надо будет проследить, чтобы чего не вышло.

Выехали мы неожиданно рано, народ быстро собрался, погрузился, но и ждать больше было нечего. Поехали. Сказать, что эта дорога казалась адом — это ничего не сказать. Сидеть было неудобно. Телега подскакивала на каждой неровности, на каждом камешке. Я думала, что сейчас все познакомятся, заведут неспешные беседы, как это обычно бывает в поездах, например, но нет, все сидели нахохлившись, как сычи.

Не добавляло оптимизма еще и то, что ребенок постоянно капризничал, девочки подрались из-за чего-то, я так и не поняла из-за чего, а мать семейства только и делала, что орала на них, на сына и на мужа, который откуда-то достал бутылку мутного пойла и тут же к ней присосался. Старуха напротив ойкала каждый раз, когда наш драндулет наезжал на очередное препятствие, а судя по ее землистому цвету лица она чем-то болела и вскрикивала она от боли, а ее сын и муж, сначала попытались поспать, а когда не получилось, взяли пример с отца большого семейства и тоже достали выпивку. Уже через час наша телега везла дрова.

Чувствуется, веселая будет дорожка!

— Я покараулю, поспи, — предложил муж, притягивая меня к себе и заматывая еще и в свой плащ. Мы еще до выезда договорились, что спим по очереди вполглаза, чтобы у нас вещи не стянули. Конечно, самое ценное было припрятано на нас, но и в сумках было, чем поживиться.

— Нет уж, давай пока наоборот. Я сейчас послежу, а потом ты. А ночную смену поделим. Кстати, что говорит караванщик, мы ночевать на постоялом дворе планируем или в поле?

— На постоялом, но если хочешь спать в кроватке, а не на сеновале или в телеге, придется заплатить отдельно.

— И то хорошо, сможем относительно нормально выспаться.

— Да, а то дальше будут промежутки без возможности нормально отдохнуть. Ладно, подремлю чуть. Если что, буди, — Сережа положил голову мне на плечо и мгновенно вырубился. Я вот так не умею — отвыкла в этом мире, а мужа жизнь потрепала гораздо больше, чем меня. Он так и не переставал воевать, ходить в походы и спать на голой земле.

До вечера не случилось ничего необычного, мы даже не останавливались особо, обедали всухомятку прямо в повозках. Потом я прилегла, но уснуть так и не получилось, несмотря на то, что Сережа меня придерживал, чтобы я не билась ни обо что, когда телега в очередной раз подпрыгнет на камне.

Дождь так и не прекратился, а ближе к вечеру зарядил еще сильнее. Так что, несмотря ни на какой непромокаемый плащ, который я еще обработала соком одного интересно растения, не пропускающего влагу, не знаю, были ли аналоги в том мире, но в этом оно называлось агерой, мы с мужем все равно приехали на постоялый двор все мокрые. Впрочем, такими были все, потому что ни самодельный тент, ни, тем более, обычные плащи не особо помогали.

В нашем караване было только три десятка пассажиров, то есть три телеги, остальные шесть выкупили купцы, но когда мы приехали на постоялый двор, даже не все торговцы решили потратиться на комнату и еду, а из пассажиров и вовсе практически никто, только мы с мужем и еще один солидный мужчина. Он ехал не в нашей телеге, но, как я слышала, был каким-то герцогским чиновником немалых регалий, переведенным на работу