Перерожденные - Дана Данберг

развернулась и все же воспользовалась последними крохами силы, чтобы внезапно вылезший из земли корень бросился ему под ноги, хлестнул их со всей силы. Впрочем, не очень большой, потому что я смогла вырастить корень только в пару десятков сантиметров.

Бандюган покатился кубарем, но тут же вскочил, попытался поднять меч, который выронил при падении, но я ему уже не дала, подскочила и воткнула кинжал в сердце. Впрочем, мужик оказался тоже не пальцем деланный и попытался проткнуть мне бок своим ножом.

Ну что сказать, испытание кольчуги прошло успешно. Но приличный синяк останется. Хорошо хоть ребра вроде бы не сломаны — удар пришелся ниже.

Я с кряхтением поднялась с трупа, потирая бок, посмотрела, как там дела у Сережи. Он уже добивал обгоревшего и находящегося явно без сознания Жирдяя. Остальные двое тоже лежали без признаков жизни.

— Ты в порядке? — муж повернулся ко мне.

— Да, но повезло, что была кольчуга. На будущее, во враждебной обстановке не стоит полностью выкладываться. Без магии и без нормального оружия очень непросто приходится.

— Прости, не подумал об этом, — он подошел и обнял меня. — Я не должен был тебя оставлять с ними один на один, вполне сам бы смог с ними разобраться.

— Непременно бы кого-то упустил. К тому же, я — большая девочка.

— И все же…

— Сереж, ты мог бы с ними разобраться, да, пока я бы стояла, прикрывшись щитом. А потом к ним бы подошла подмога и мы бы остались вдвоем без магии. Ты этого хотел?

— Ты права, но… Один раз ты из-за меня уже погибла.

— Сереж, брось это, не надо. Мы не виноваты в смерти друг друга, ладно? — я подошла и обняла его. — Прекрати. Мы уже давно это обсудили. Я тебя очень прошу, не надо, не вороши прошлое, у нас теперь новая жизнь, в которой еще многое надо сделать, чтобы хорошо устроиться.

Да, еще в той, второй жизни, когда мы были соседскими детьми, мы действительно всесторонне обговорили этот вопрос. Сережу мучило сильнейшее чувство вины за мою смерть, но я лично считала, что ехать к нему и помочь оборонять госпиталь — это было мое и только мое решение. Именно оно привело к моей смерти, а не какое-то конкретное действие мужа, так что ему винить себя не стоит. Мы оба сделали, что могли.

Это не из-за любви, не из-за мифического всепрощения. Я действительно так думала и думаю.

Причем, я уверена, что если бы того, первого разговора не было, Сережа, может, из-за этого дурацкого стыда и чувства вины не искал бы меня. Ему было бы стыдно показываться мне на глаза. И, честно говоря, эта ситуация бесит. Он себя грызет поедом за то, что случилось даже не в этом мире, а здесь мне что делать? Сказать, да, ты виноват, живи теперь с моей ненавистью или наоборот успокаивать и гладить по голове? Оба этих варианта контрпродуктивны и ведут к тому, что мы просто не сможем смотреть друг другу в глаза.

— Прости меня, — муж сжал меня в своих руках.

— Прощаю. Для меня главное, что ты рядом, слышишь?

— Слышу.

— А еще нам нужно проверить, нет ли тут поблизости дружков этих бандитов, а не стоять и обниматься.

— Я вроде проверил поисковой техникой — нет никого. Но она ограничена сотней метров, так что… — муж переключился и настроился на деловой лад.

— Надо уходить, мы не можем здесь оставаться. И плот бросить не можем.

— Я столкну его в воду, а ты неси вещи. Рискнем?

— А какие варианты? — уныло уточнила я. — Надо бы следы замести, чтобы хоть не сразу понятно было, что тут произошло.

— Не стоит. Чем больше мы попытаемся замести следы, тем больше их будет. Во-первых, ночь и мы не все увидим, а во-вторых, как ты скроешь шесть трупов? Были бы у тебя сейчас силы, можно было бы их корнями под землю утянуть, а так…

— Река рядом. Я подкоплю силы, пока ты грузишь плот и тела подтащишь ближе к воде, а потом я их захвачу побегами, мы их подтащим на буксире к стремнине.

— Вообще, может сработать. Главное, самим при этом не утонуть.

— Это да, было бы неплохо, — я вышла на берег и посмотрела на плещущуюся под ногами черную воду, на которой не было ни единого блика.

Плыть на плоту по незнакомой реке в кромешной темноте — самоубийство. Но тут оставаться и ждать в гости остальных бандитов, а их по нашим прикидкам еще человек пятнадцать в живых осталось — еще хуже, потому что я не уверена, что мы справимся нынешними силами.

Надо торопиться.

Просто ли было форсировать реку в кромешной темноте, не обладая дарами Воды при этом? Непросто, честно скажу. Сережа вообще ничем не мог помочь, только правил наше направление длинным шестом, на что уходили практически все его силы. Палка была метра четыре в длину. Мы ею оттолкнулись от берега, а потом ото дна, таща на буксире трупы бандитов. Если бы наше плавсредство не было таким маленьким, проще было бы их просто рядком сложить, а потом скинуть в воду, но они у нас банально не помещались. Делала-то я плот только для двоих и наших вещей.

В общем, Сережа оттолкнулся последний раз от дна, через метров пять от берега — дальше шла уже глубокая вода, где никакой шест не доставал. Хотя, может, если бы у нас была палка метров в десять, ведь река-то глубокая очень… Но как ей править?

Так бы и плыли мы дальше, без возможности причалить, подчиняясь воле воды, пока нас бы куда-то не вынесло, но на этот счет у меня имелся план. Еще когда строила плот, я поняла, что на дне есть довольно много каких-то то ли водорослей, то ли тины, в общем, растительности. А мне только это и надо. Когда придет время причаливать, они просто вырастут, нас подхватят, как сетью, и притянут к берегу. Кстати, я передумала просто отпускать трупы — как только мы доплыли до глубокой воды, такие же сети оплели тела бандитов и потянули их на дно.

А что, мою магию в воде найти вряд ли удастся, тем более что мы уже проплыли по течению метров двести, а не выкинули тела напротив места постройки плота и драки.