Вместе сильнее - Эстрелла Роуз

Наталия скрещивает руки на груди.

— Да уж, Ракель, походу, ты была права насчет этого человека, — задумчиво говорит Наталия. — Наглый, невоспитанный осел. Я убеждаюсь в этом все больше с каждым днем.

Спустя некоторое время Ракель грубо отталкивает Терренса от себя, со всей силы залупляет ему пощечину и начинает громко что-то говорить, угрожая мужчине пальцем.

— Молодец, Ракель, молодец! — с широкой улыбкой восклицает Наталия. — Так и надо! Врежь ему еще! Не давай ему оставаться безнаказанным! Пусть не думает, что может так просто лапать любую девчонку, которая ему понравится.

Наталия гордо приподнимает голову.

— Так, пожалуй, я останусь здесь и понаблюдаю за этой парочкой, — с широкой улыбкой решает Наталия и радостно потирает руки. — Может, я стану свидетельницей чего-нибудь интересного. А если повезет, то смогу послушать их разговор.

Наталия быстро осматривается вокруг, находит широкий столб, который как раз находится недалеко от Ракель и Терренса, подходит к нему, прячется за ним и начинает осторожно наблюдать за своей подругой, которая во всю ругается с мужчиной прямо посреди улицы. Пока время от времени мимо них проходят какие-то люди и бросают на них вопросительные взгляды.

— Ты доиграешься, мразь! — грубо бросает Ракель. — Клянусь, я заявлю на тебя в полицию и обвиню в преследовании и попытки изнасилования. Я так просто все это не оставлю!

Тяжело дышащий Терренс пару секунд буквально убирает Ракель своим холодным взглядом, а затем больно берет девушку за волосы и сильно оттягивает их, пока Наталия слегка вздрагивает с прикрытым руками ртом и широко распахнутыми глазами.

— Не смей мне угрожать, сучка! — сквозь зубы цедит Терренс. — НЕ СМЕЙ! А если ты еще раз посмеешь меня ударить, то я заставлю тебя пожалеть об этом.

— Думаешь, я испугаюсь твоих угроз? — удивляется Ракель.

— Я не шучу, Кэмерон. Если никто не занимался твоим воспитанием и не научил, как правильно вести себя с мужиками, то я быстро это исправлю.

— Лучше бы тебя научили вести себя с девчонками. Сказали, что настоящий мужчина не поступает так, как ты. Объяснили, что твои выкрутасы никому никогда не понравятся.

— Сама во всем виновата! — грубо бросает Терренс. — Ты заставляешь меня так себя вести.

— Надо же, как тебя задело то, что я тебе отказала. Как ты обиделся из-за того, что я не захотела лечь с тобой в постель.

— Потому что еще никто не смел мне отказывать. Слышишь, НИКТО!

— А ты привыкай ! Привыкай к тому, что не все будут восхищаться каким-то жалким актеришкой, который мнит себя едва ли не гением и считает, что он самый неотразимый и сексуальный.

— Ничего, Кэмерон, ничего! Ты все равно станешь моей! Рано или поздно! Я сделаю все, чтобы ты сама захотела лечь со мной в постель и исполнить любое мое желание.

— Даже и не подумаю!

— Пока ты выпендриваешься, любая девчонка была готова душу продать ради меня. За мной всегда бегают толпы девчонок.

— Вот и беги к этим девчонкам! — громко бросает Ракель. — Чего ты, твою мать, ко мне пристал? Или больше не к кому бежать, потому что уже всех перетрахал?

— Не зли меня, наглая сучка!

— Нет, самовлюбленный кобель, это ты меня не зли. Ты уже сделал достаточно для того, чтобы я записала тебя в свои враги.

— За то, что я подарил тебе невероятный поцелуй, который не сможет дать больше никто?

— Не надо притворяться, что ты не понимаешь, в чем дело.

— Если бы тебе и правда было так неприятно все, что я делаю, ты бы уже давно начала бы орать, как резаная, и звать на помощь. Но ты не сделала этого ни тогда, ни сейчас.

— Ничего, МакКлайф, ничего! Я еще заговорю! ЗАГОВОРЮ! Ты, сука, у меня еще попляшешь. И дорого заплатишь за то, что сделал.

— А ну закрой свой рот!

Терренс еще сильнее оттягивает волосы Ракель, смотря ей в глаза своим холодным, полным ненависти взглядом.

— Если ты и дальше продолжишь выводить меня из себя, то тебе придется очень сильно пожалеть, — низким, грубым голосом угрожает Терренс.

— Не надо мне угрожать! — сухо бросает Ракель. — Я не боюсь ни тебя, ни твоих угроз!

— А зря! Очень зря! Ведь Терренс МакКлайф на многое способен!

— Очень скоро люди будут шарахаться от тебя. Когда узнают, что ты на самом деле не такой ангел, каким хочешь всем казаться.

— Да что ты говоришь!

— Клянусь, сука, я сделаю все, чтобы ты даже боялся поднять глаза и посмотреть на кого-то. Будешь мечтать скрыться ото всех, лишь бы не слышать, каким дерьмом тебя буду поливать.

— Что, неужели ситуация с обвинениями в эгоизме ничему тебя не научила? Не заставила стать куда более милой и порядочной?

— Эта ситуация породила во мне еще большую ненависть. Ненависть к человеку, которого я никогда не прощу за то, что он сделал.

— Чего? — сильно хмурится Терренс.

— Не хочешь признаться в том, что сделал? — Ракель грубо отталкивает Терренса от себя и расставляет руки в бока. — А, жалкий актеришка? Не хочешь рассказать, как ты до такого докатился?

— Я не понимаю, о чем ты говоришь.

— Да, Терренс МакКлайф, я все знаю, — с гордо поднятой головой заявляет Ракель. — Знаю, что это ты это устроил. Ты распространил все эти ложные слухи.

— Черт, Ракель, да что ты такое говоришь… — качает головой Терренс.

— Я с самого начала подозревала только лишь тебя одного. Была уверена, что никому, кроме тебя, это не было нужно.

— Ты обвиняешь во всем меня ?

— Думаешь, я забыла, как ты поклялся заставить меня пожалеть? Как заявил, что разрушишь мою карьеру к чертовой матери и не дашь мне спокойной жизни!

— Я хочу все тебе объяснить.

— Что, начнешь убеждать меня в том, что этого не было?

— Нет, я…

— Не надо