Отцы подруг. Порок на троих - Бетти Алая

На втором этаже две комнаты. Немного выдыхаю. Ведь это значит, что, если придётся здесь заночевать, для меня есть место в доме. Хотя, я бы и на улице спала, но не с ними двумя.

Эээ…

В смысле двумя? Это же наверняка их спальни! Не вместе же спят, в самом деле! Ну что за дурочка?

Однако бешеные бабочки в животе занимают всё моё сознание, поэтому думаю обо всяких глупостях.

Толкаю дверь первой спальни. Здесь приятно пахнет. Кровать двухместная, довольно простая, но крепкая.

— Массив, — сажусь, слегка пружиню на матрасе, — дорогое удовольствие.

Достаю из пакета одежду.

— Мой размер, — бормочу, — так, что тут у нас…

Достаю белые хлопковые трусики. Резко вспыхиваю и запихиваю белье обратно. Они это всё выбирали… мамочки! Щёки горят, в животе роятся безумные бабочки. Нюхаю свою рубашку и морщусь.

Вся пропахла бензином. Фу! Стягиваю её. Вздыхаю. Решила вот утром не надевать лифчик. Зачем? Глеб взрослый мужчина, наверняка видел грудь побольше и покрасивее.

Натягиваю майку, которую мне купили. Она полностью в обтяг. Стягиваю труселя, переодеваюсь в новые шорты. Всё отлично подходит.

Гляжу в зеркало. Чёрт, грудь видно, и мои соски предательски стоят. Что со мной? Откуда это томление внизу живота? И лёгкая боль…

Кусаю губы, отворачиваюсь. Аккуратно складываю свои старые вещи. Нужно будет постирать.

Какое-то время прислушиваюсь. Почему я так странно себя чувствую? Как мне себя вести?

Тук!

Тук!

Слышу звук на улице. Распахиваю окно и каменею. Мужчины рубят дрова. Они уже успели переодеться в шорты. Мамочки! Не могу взгляд оторвать от того, как идеальные мышцы напрягаются при каждом замахе топора.

Тело Фёдора покрыто татуировками.

Стискиваю пальцами ткань шорт. Смотрю. Скольжу взглядом по обоим мужчинам. Не могу понять, почему в животе всё словно переворачивается.

— Настя! — слышу голос Глеба и вздрагиваю.

— Да? — пищу.

— Спускайся, малыш! Полюбоваться на нас ты можешь и здесь. Мы тут как раз дрова для камина колем.

— Хорошо! — разворачиваюсь, на негнущихся ногах топаю к двери.

— Настюшка! — слышу голос Фёдора. — Не забудь надеть панамку, детка!

Хватаю головной убор и как ошпаренная бегу вниз. Мне страшно! Я что… возбудилась?!

Глава 7

Настя

На улице очень жарко. Мужчины продолжают колоть дрова. А я с трудом могу отлепить взгляд от их потных мускулистых тел. Как перекатываются тугие мышцы, прозрачные капельки пота падают в свежую траву.

Никогда раньше я так странно себя не чувствовала.

Низ живота потягивает, соски стоят. Надеюсь, мужчины ничего не поймут.

Ровесники меня мало интересовали. У них на уме лишь девчонки да алкоголь. А тут совсем взрослые мужчины… не знаю даже толком, кто они, но меня безумно тянет к Глебу и Фёдору.

Что-то есть в них. Надежность? Забота? Покровительство?

То, что я искала в мужчинах. И не находила.

— Давай в тенек, малыш. Там вон диван есть, посиди. Напечет, сгоришь, — усмехается Глеб, — в холодильнике есть вода в бутылках. Мы пока не разобрались с колодцем.

— Спасибо, — скромно улыбаюсь и семеню на террасу, — у вас такой классный дом. И вокруг ничего отвлекающего. Ни соседей, никого. Лишь озеро да природа. Не думала, что такие места ещё есть.

— Специально выбирали, — усмехается Глеб, смахивает пот со лба, — чтобы отдыхать от бесконечных встреч, совещаний. Выключить телефон и к чёрту всех. Там вон еще есть банька, завтра затопим. Пляж у озера мы сами оборудовали, а на лодочной станции есть катер.

— Я мешаю, наверное, — перебираю пальцами клетчатый плед, — так внезапно на вашу шею свалилась.

— Ты? — Федя резко разворачивается, на его губах появляется коварная ухмылка. — О, нет! Ты, наоборот, украшаешь собой наш мужской отдых. Расслабься, Настюш.

— А когда вы будете чинить машину? — срывается с губ.

Они замирают, переглядываются. Думают, я хочу уехать поскорее? Это не так. В общаге мне делать нечего. К тому же моя лучшая подруга до сих пор дуется, что я пошла тусоваться с Лилькой и Риткой.

Нужно будет перед ней извиниться.

— После обеда. Дорога была долгая, нужно отдохнуть. Ты куда-то спешишь, малыш?

— Давайте, я приготовлю обед, — улыбаюсь, — всё-таки вы меня спасли.

— Ты ещё не рассказала, что случилось у тебя с Лилькой, — усмехается Глеб, — как такая прелесть вообще попала в её компанию?

— Я… — прикусываю губу, отвожу взгляд, — это долгая история. Пожалуй, я всё-таки приготовлю вам что-нибудь.

Подскакиваю и несусь на кухню, лишь бы не отвечать на вопросы. Мне почему-то стыдно признаться, что я хотела дружить. Искренне верила, как дура наивная. А меня чуть не развели.

Иду к холодильнику.

— Ого! — там столько всяких продуктов.

Я люблю готовить. Из того, что есть в холодильнике получится отличный обед из трёх блюд. А еще можно сделать пару перекусов и…

— Почему ты убегаешь от разговора о моей дочери? Помимо того, что она тебя опоила и сунула в багажник, есть что-то ещё? — Глеб оказывается прямо за моей спиной.

От его грудного голоса меня ведёт.

— Посмотри на меня, малыш, — тихо говорит он.

— Я…

— Настя, — настойчиво повторяет.

Разворачиваюсь. Тут же попадаю в плен тёмных глаз взрослого мужчины. Он захлопывает холодильник, опирается на на него двумя руками. Разглядывает моё лицо.

Сердечко улетает в нокаут.

— Этого… — облизываю губы, — достаточно, чтобы её наказать. Я думаю…

Не хочу рассказывать. Чувствую себя грязной. Почему-то стыдно признаваться в том, что планировали Лилька и Олег.

— Надеюсь, ты доверишься мне, — шепчет он, наши лица всё ближе.

Забываю, как дышать. Горячее дыхание мужчины опаляет губы. Он хочет меня… меня… поце…

— Так! — громыхает Фёдор, и Глеб отходит. — Оу, я не помешал?

— Нет, — блею, резко разворачиваюсь и распахиваю холодильник.

Рассматриваю содержимое, но мысли в голове все вразнобой. Шарахаются по черепной коробке. А щеки все красные и горят.

Фёдор подходит, обхватывает ручищами мою талию, слегка сжимает. Затем приподнимает меня, отодвигает в сторону.

От его уверенных касаний внутри всё пляшет.

— Водичку будешь, малыш? — рычит мужчина.

— Я… я…

— Ты боишься меня? — шепчет, подаётся ко мне и прижимается носом к затылку.

— Н… нет… — пищу, почти испустив дух.

— Это хорошо, — он отходит, достаёт бутылку воды из холодильника.

— Ну так будешь? — еще раз спрашивает.

— Нет, сп… пасибо… — боже, я же раньше никогда не заикалась!

— А ты, Глеб?

— Давай.

Фёдор кидает бутылку другу, продолжая облизывать меня взглядом. Открывает крышку, запрокидывает голову. Прозрачные капли стекают по его подбородку.

Ого!

Таращусь на то, как вода скользит по татуированным мышцам. От груди к животу и прямо к… Невольно облизываю губы.

С каких пор я такой стала? Сглатываю, пытаясь отодрать взгляд от этого