Отец подруги. Мой ад и рай - Леди Найт

— Всем на свете не поможешь. Так папа всегда говорит. Но котёнка я заберу. Хорошенький же?

— Просто прелесть, — согласилась я.

Я бы всех отсюда забрала, честное слово, но мне было некуда. Я и так приютила у себя одного найдёныша, втайне от хозяйки квартиры. Речи о том, чтобы взять ещё собаку, даже небольшую, конечно же, не шло.

Егор Васильевич прав — всем не помочь, но мне так нравилась одна собачонка Джеки, что сил никаких не было. Корги была моей любимицей, поэтому я подкармливала её иногда вкусняшками.

— Пойду спрошу у админа, как его можно забрать, — сказала подруга и утащила своего нового друга в сторону административного здания.

Хорошо, что она ушла, потому что через минуту мне позвонила некая Анжела Марковна, чтобы справиться о том, когда я соизволю приехать в клуб к ней на собеседование. Я ответила, что нашла уже другую работу, и быстро с ней распрощалась.

Вот и всё, — с облегчением подумала я, убирая телефон в свой рюкзак. Больше нас с Романовым ничего не связывает. Осталось вернуть его "благодарность", и можно забыть о нём. Деньги с карты я уже сняла. Швырнуть бы ему в лицо эту пачку, только кишка тонка. Ещё одной встречи с Егором Васильевичем я не переживу.

— Так что, Женька? Когда ты выходишь на работу? — спросила Маша, когда мы закончили работать. — Папа сказал, что взял тебя.

— Эм... — замялась я и покраснела, стоило вспомнить о том, как он лапал меня везде. — Я передумала, Маш. У меня не получится работать в клубе.

— Жалко, — протянула она, наглаживая котёнка. — Папа же уже аванс тебе перевёл?

К счастью, это всё, что она сказала, поэтому я с лёгким сердцем вынула из кошелька пачку денег и протянула её подруге.

— Верни, пожалуйста, АВАНС Егору Васильевичу, — сказала я, и Маша молча забрала у меня деньги.

Фух! Аж легче стало на душе!

Настроение поднялось, когда я избавилась от грязных денег Романова. Радостно щебеча о новом сериале, мы с Машей пошли на выход. Она — счастливая оттого, что у неё в руках был пушистый мурчащий комочек, а я оттого, что всё плохое позади, и на одного бездомного животного стало меньше.

— Спасибо, девчонки! — крикнул нам администратор Антон.

Он догнал нас, чтобы проводить до ворот, и запереть их за нами.

— Да не за что, Антош, — улыбнулась я парню. — Я приеду на выходных снова, если ты не против.

— Я-то не против, Жень, только приют закрывается. Не знаю, дотянем ли мы до выходных, — невесело сообщил он.

— Как закрывается? А что будет с животными? — взволнованно спросила я.

— У нас огромные долги за корма и коммунальные услуги. Мы не справляемся. Пожертвований не так много, а питомцы только всё прибавляются и прибавляются. Лучше не спрашивай, что с ними будет...

Меня просто убила эта новость. Сложно передать словами, что я почувствовала в этот момент. Я уже полюбила всех животных в приюте, знала кличку каждого, его историю, болячки. А теперь...

— Жень, ну, не плачь! — с сочувствием обняла меня Маша, когда мы вышли уже за ворота приюта. — Может, нам удастся найти где-то деньги?

— Да где? — всхлипнула я, понимая, что речь идёт о сотнях тысяч рублей.

Почему мир так жесток? Почему люди выбрасывают кошек и собак, словно это бездушный мусор?

Как назло, у меня не было возможности пожертвовать даже тысячу рублей приюту. Если я это сделаю, то сама стану бездомной, не хуже собаки. Да и что эта тысяча? Капля в море?

— Я поговорю сегодня с папой! — приободрила меня Маша. — Вдруг он сможет нам помочь?

Было приятно слышать это "нам" от подруги. Её поддержка сейчас была просто бесценна, но я не верила в это мероприятие ни на капельку.

"Всем на свете не поможешь" — это слова Романова. Если этот жестокий и бессердечный человек так относится к людям, вряд ли он сжалится над какими-то кошками и собаками.

6. Егор

— О чём ты хочешь поговорить, доченька? — спросил я у Маши с невозмутимой рожей, а у самого внутри всё сжалось от гаденького предчувствия.

Если эта Женечка всё как есть вывалила моей дочери, мне не отмыться от этой грязи до конца моих дней. Надеюсь, разговор пойдёт не о Мироновой?

— Давай присядем? — предложила дочь, и я напрягся ещё сильнее.

Может, она беременна и об этом хочет поговорить? Именно в таких случаях и нужны все эти "присядем". Боже, только не это! Пусть лучше о подружке своей спросит, умоляю!

Мы прошли в гостиную, и Маша усадила меня на диван. Сама ушла куда-то, заставив меня не на шутку встревожиться. У меня были близкие, как мне казалось, отношения с дочерью, и прежде она меня серьёзными разговорами не нагружала. Да что, блять, могло случиться?

— Вот, папа, смотри! — вернулась Маша в гостиную. У неё в руках был маленький пушистый котёнок. — Я взяла его из приюта. Ты же не против, я надеюсь?

Котёнок? Не внук?

Я так обрадовался, что готов был этого мохнатого в жопу поцеловать. Напридумывал себе сдуру...

— Конечно, я не против! — нервно рассмеялся я, всё ещё пребывая в некотором напряжении.

— Супер!

— А что ты делала в приюте? Ты мне не говорила, что посещаешь подобные места.

— Да это мы с Женькой сегодня там батрачили, и я не удержалась.

Дочка присела рядом со мной и посадила кошака себе на колени. Её лицо было таким счастливым в этот момент, что у меня самого на душе бабочки запорхали.

Маша росла немного эгоистичной девочкой, есть такой косяк в моём воспитании. То, что она взяла питомца, чтобы о нём заботиться, говорило о том, что она становится более доброй, отзывчивой и ответственной. Это Женя на неё так влияет? Очень интересно.

— Как там Женя поживает? — осторожно поинтересовался я.

— Нормально. Расстроилась только, что приют закрывают. Она так плакала...

Какая милая история! Расстроилась, значит? У меня от сердца отлегло, что девчонка оказалась неболтливой.

— Некрасиво твоя подруга поступила, — перевёл я тему. — Ты ей работу выбила, а она от неё бессовестно отказалась.

— Я её не виню. Знаешь, сколько нам в академии учить задают? И вообще, мне кажется, что ночной клуб — не место для приличной девушки. Вдруг к ней приставать там начнут, а ты там не каждый день. Правильно сделала, что отказалась. Это была моя идея Женю туда устроить. Помочь хотела. Но теперь мне кажется это бредом. Это хорошо, что у Жени хватило смелости отказаться. Кстати, — Маша залезла в