Взгляд зверя: его истинная - Сумеречная Грёза

Ознакомительный фрагментмозгу, как трещины на гранитных скалах, – Жаль, что это не собака… наверное, ему лучше на свободе… а вы не знаете, волки хорошо приручаются?

Она это серьезно? Не верил своим ушам. После всего, что она со мной сотворила? Пусть только попробует подойти – откушу руку по локоть!

Хотел клацнуть зубами, но из моего рта вывалился язык и я почувствовал, что из пасти течет слюна как у неумного. Обратно засунуть язык я так и не смог – парализовало. Не ощущал больше никаких запахов. Вообще. Прошло пара часов и я предчувствовал, что ресурсы моего тела на исходе, скоро мой мозг окончательно отключится.

– Нет, Грейси, приручить дикого волка – очень плохая идея, особенно такого, как этот. Я много всякого повидал и скажу, что он настроен совсем не дружелюбно. Я скажу Скилли, чтобы он отнес его в твой пикап. Постарайся избавиться от него побыстрее.

– Хорошо, господин Корнвуд. И все же жаль, что это не собака…

Ррр…

Меня подняло в воздух, слюна капала на пол, горячее прерывистое дыхание возвещало всем окружающим о присутствии зверя. Собравшиеся в коридоре твари провожали меня презрительными взглядами… все они… поняли, что мое естество неподвижно. И я беззащитен. Никто даже не зарычал, не зачирикал и не выпустил когти. Презрительные шавки.

Обратный путь был недолог. Значит, она не вернула меня туда, откуда взяла. Это могло означать только одно: я сбился с пути и теперь совсем не знаю, где нахожусь.

– Прости, малыш, – прозвучало над головой, когда меня выкинули с тележки на траву, как никчёмный мешок с картофелем, – Я не могу тебя отнести к твоему оленю, его теперь съест кто-то другой. Но ты, наверное, очень голодный, да? Не волнуйся, у меня есть для тебя кое-что получше.

Рядом с ней я уже давно разучился волноваться, только испытывать бессильную ярость, ведущую в никуда…

Сбоку послышалось шуршание пакета, но я не знал, что было в нем – рецепторы полностью отказали. Не чувствовал запахов, не слышал мириады тонких звуков, которые улавливал, будучи полным сил, не ощущал даже своего языка.

– Вот, это тебе, когда проснешься, – лёгкая ручка исчадия ада легла между моих ушей, прямо на холку, и осторожно прошлась по шерсти.

Хотел откусить, но передумал. Конечно же, просто не мог… да и оказалось неожиданно приятно. Едва уловимые касания убаюкивали, растапливая мою злость, ненависть, чувство безысходности и непостижимое моему воображению унижение… странное чувство, умиротворяющее.

Грейси прошлась по шерсти ладонью, потом ещё раз, и ещё раз, и ещё… наверное, она действительно очень любит животных, раз умеет так гладить. У меня отбило обоняние и способность слышать, но я ещё мог ощущать, и от этой ужасной девчонки я чувствовал непостижимую мне доброту. Она окутывала плотным теплым саваном, лишая злости и желания разорвать всех на своем пути, а вместе с тем – способности сопротивляться забытью. Я держался только на агрессии и адреналине, а теперь их не стало. Под мерные поглаживания я понял, что транквилизатор меня окончательно одолел – мой мозг отключился.

ГЛАВА 4. Конор. Тяжелое пробуждение

Рассветный холодок лизнул озябшую кожу. Вдали слышались редкие сигналы проезжающих машин и свист разгоняемого моторами ветра, значит, где-то рядом трасса. Звуков моторов оказалось не так много, следовательно, это не оживленная трасса и я всё ещё где-то на задворках цивилизации, в глуши и безвестности.

Наверное, я чем-то очень сильно разгневал богов, наверное, эта встреча была мне послана в наказание, наверное… мысли лениво шевелились в голове, пока ко мне медленно возвращались все пять причитающихся мне по праву рождения чувств. Ещё несколько часов назад я отдал бы за них половину жизни, но теперь они врывались в окостеневшее от холода тело, принося с собой лихорадку, ломоту в теле, головную боль и невыносимую тошноту.

Я очнулся где-то в траве, покрытый промозглой рассветной росой, по моей гусиной коже стекали прохладные капли, согреваясь от лысой человеческой кожи. За ночь я потерял форму волка вместе с возможностью трансформироваться. Не помню точно, в какой именно момент это произошло, просто однажды ночью я стал вдруг человеком и, пребывая в липком забытье, не смог войти в тело зверя.

Просыпаясь, я с трудом размял спину, упершись руками о траву, выгнулся. Тошнило, просто неимоверно тошнило… транквилизатор сделал все свои грязные дела, какие только мог: в голове всё ещё клубился туман, окружающие звуки не текли тонким, легко уловимым ручейком, а били оглушительным набатом, сотрясая нутро до боли. И холод, безумный, сковывающий холод… не мог повысить температуру тела, чтобы согреться, попытался выпустить когти из рук, коснувшись хотя бы формы ликантропа, но и это мне не удалось. Тяжёлый отход от завышенной дозы транквилизатора превратил меня в обычного, беспомощного человека, у которого из достоинств только тяжёлое похмелье. Надеюсь, это ненадолго…

Грейси. От самого воспоминания этого имени у меня звенели кости и вскипала бессильная, беззубая, бессмысленная ярость… как только вернусь домой, удалю все контакты, связанные с этим именем и выкину все книги, в котором оно упоминается. Грейси… кажется, так зовут одну мою троюродную сестру, у которой недавно родилось двое детей. Ну и пусть, никогда не общался с ней близко, та ещё самодовольная сучка. С удовольствием вычеркну ее из своей жизни, чтобы уж точно ничего не напоминало.

А сейчас… сейчас нужно было добраться до цивилизации, иначе я так и останусь лежать здесь, в траве, забытый всеми и самой Матерью. Даже не хотел думать о последствиях вчерашнего дня. Знал, что ничего хорошего меня не ждёт. В это полнолуние я не достиг Озера Лунных Слез, а валялся неподвижно в мокрой холодной траве, навсегда потеряв шанс стать вожаком. Время упущено, его не вернуть. Чуял, второго шанса у меня уже не будет.

– Черт… – выругался я, садясь на пятую точку, скукожившись всем телом в попытках сохранить тепло, пытаясь сфокусировать взгляд на зардевшем алым горизонте. Уже показалась жёлтая макушка солнца и скоро станет теплее.

С одной стороны, новости были неплохие, а с другой – я совершенно голый…

Сжал ноги, обнял себя руками. Просто волчий холод… или это я – слишком человек?

В нос ударил резкий запах чего-то химического, затмивший все запахи проснувшийся природы. Повернул голову, взглянул вниз: рядом лежала кучка собачьего корма.

Вот, оказывается, чем шуршало это исчадие ада перед тем, как оглушить меня нежными поглаживаниями между ушей… вместо оленя она предложила мне всю силу пяти злаков и пользу натуральной индейки с 40-процентным мясным содержанием. Но по запаху

---

Конец ознакомительного фрагмента Купить полную версию книги

---