Князь из Китежа - Василиса Кириллова

Мои мечты о походной романтике разбились о реальность на первом курсе. Во-первых, сборище пьяных и неадекватных студентов мягко вязалось с тем, что рассказывал мне папа о культурном отдыхе, во-вторых, парочки, которые образовались в тот вечер, утром другого дня шарахались друг от друга, как от прокажённых. Прошла любовь, завяли помидоры. Нет не так. Проветрилась башка, открылись очи.

Поэтому собираясь в эту поездку, я в первую очередь была нацелена на курсовую и на образцы средневекового зодчества. Мешала лишь одна проблема, нужно было как-то разобраться с собственным организмом. У меня имелась большая партия влажных салфеток и такого же объёма партия гигиенических средств. Естественно, чтобы это уместить, потребовалось убрать часть теплых вещей, ну лучше в холоде, но чистой, чем в одежде, но грязной, подумала я. И сейчас меня это подбадривало, погода была теплой, даже жаркой, моя куртка болталась у меня на поясе, за спиной я несла огромный рюкзак, и мое настроении было в порядке, пока нам не продемонстрировали палатки, которые нам выделили на ночевку. Когда мы были в прошлый раз в лесу, у нас были палатки, которые закрывались на молнию, а теперь нашим взорам открывались палки с натянутым по бокам от них брезентом. Мария Семеновна явно не ожидала подобного, ее глаза, едва прикрытые очками, сигналили о чрезвычайном удивлении. Анна так же мило, как и регистрировала нас, предложила расположиться в этих прекрасных вигвамах времен Второй мировой войны. Конечно, история помнила все, а мы в ней сейчас оказались. Надежды на спальный мешок таяли, так же, как и на то, что нас покормят.

Оказалось, для того, чтобы на нас приготовили поесть, нужно было заказать продукты, или хотя бы привести их, единственное, чем нас снабдил универ: были два мешка картошки и что-то по мелочи. Естественно, когда наш куратор договаривалась о поездке, она рассчитывала на что-то другое, ну чем богаты, тому и рады, как говорится. Некоторые ребята взяли с собой тушенку, кто-то даже сгущённого молока, а о хлебе и соли никто не вспомнил, зато Рожкин притащил планшет, как он должен был нам помочь, никто не знал, он вообще был у нас как не от мира всего, все время где-то летал, его держали только из-за хорошей успеваемости.

Мария Семеновна была женщиной с боевой закалкой и сопли жевать не привыкла, организовала Масхадовскую шайку-лейку за хворостом и дровами. Остальных мальчишек отправила за сеном, так как спать на холодной земле еще то развлечение, часть девчонок - за посудой, другую - за лесником, а нас с Мариной - за хлебом и солью, так как среди нашей группы не нашелся ни один гений с подобным добром. Мы с Маринкой переглянулись и побрели за Анной, которая согласилась нас сопроводить до склада.

По дороге нам показали, где можно будет умыться, но для этого нужно было принести воды, на деревьях были прикреплены пятилитровые бутылки, а внизу стояли ведра. Воду брали из родника, который находился неподалеку, так как до самого озера было еще дальше идти. Для девочек отхожее место было слева, - для мальчиков справа, все как по фэншую. Анна предупредила, чтобы одни не ходили, обязательно группой, потому что могут и дикие звери забредать.

Неподалеку виднелся шатер с длинными лавками и столами.

– Это туристы поставили, которые первыми приехали полюбоваться Китежем, а потом уже развернулся такой полевой лагерь, - сказала девушка, видя наше любопытство.

- А вы здесь давно? – решила спросить Марина. Я бы молчком и шла, а вот она за словом в карман не полезет. Это ее манера порой раздражала, а порой выручала. Там, где не хватало смелости и резкости мне, у Маринки было в избытке, я даже ей немного завидовала.

- Мы здесь с самого начала, я приехала помогать отцу, когда они только начали раскопки с профессором Псковским, а потом так и осталась…Знаете, не смогла расстаться с этим местом…Говорят же, что оно какое-то мистическое … Столько лет не могли найти древний город, а тут такая удача…

– А как же его нашли? – не унималась Маринка.

- Вам лучше Псковский расскажет, он его и нашел, мы только помогали его откапывать.

- Прямо-таки и расскажет? Может лучше вы? Он все-таки профессор, - донимала ее Маринка.

- Расскажет-расскажет, - с каким-то веселым голосочком добавила она. Вот девочки и склад.

Мы подошли к большому шатру из плотной матерчатой ткани, Анна едва отогнула края стега и заглянула внутрь, подзывая нас рукой. На удивление, внутри шатра было достаточно светло, сетка на окнах не давала проникать насекомым, а интенсивность света позволяла многое рассмотреть: плотно разложенные ящики и коробки с какими-то обозначениями и надписями, перекидной стол, заваленный мешками из-под круп, и хозяйку всего это царства – пожилую женщину с добродушным лицом.

– Луиза Петровна выдай новеньким хлеба на двадцать три человека, что еще, девочки? – обратилась Анна к нам.

- Соль, - опомнилась я.

- Соль всю Георгий Всеволодович утащил, обещал к ужину вернуть. Поэтому соли не дам.

- Зачем же она ему понадобилась? - удивилась девушка.

- А я почем знаю, эксперименты какие-нибудь опять ставит, он профессор, а не я, - хихикнула Луиза Петровна.

- Я думаю, он не будет против, если мы немного у него возьмем, - сказала Анна, - пойдемте украдем у него немного, - как-то весело добавила она.

Может быть, у них счеты какие-то между собой были, может быть, это нормально для них было, а может быть, Анна просто так шутила. Я не знаю. Но меня оставили на стреме, а Маринка с Анной залезли в его шатер. Их не было уже минут пять, как вдруг на меня стал надвигаться парень в кожанке из автобуса. Я-то знала, что он Псковский. А вот он не знал, что мы воруем у него соль из шатра.

- Девочки, Псковский идет сюда, - прошипела я. На что мне прошипели в ответ:

- Отвлеки его, мы уже насыпаем, а лучше уведи его, чтобы мы могли выйти. В опасных ситуациях мозг всегда нес откровенную чушь, эта ситуация была из подобных, я не придумала ничего лучше, чем сказать:

- Георгий Всеволодович, я знаю, что вы меня совсем не знаете, да вы и не обязаны меня знать, но не могли бы вы ответить на один очень интересующий меня вопрос.

Псковский явно был удивлен, потому что остановился, а затем с интересом уставился на меня. Я понимала, что