Клятва на крови - Морган Би Ли

Как только мы оказываемся вне пределов слышимости, я отвожу локоть назад, поправляя рукав, хотя она и не касалась моей кожи.

— Черт, извини. Я забыла о запрете прикасаться, — говорит она, все еще выглядя рассеянной.

Вокруг никого нет, поэтому я останавливаюсь и смотрю ей в лицо. — Вампир издевается над тобой?

Она морщит нос и пытается отмахнуться от вопроса. — Блин. Это ничего. Он просто… нет, на самом деле, это ничего. Я в порядке.

Так же, как и Лилиан, она не способна скрывать свои настоящие эмоции. Все это отражается на ее лице, и прямо сейчас, я могу сказать, что она искренне расстроена даже простым упоминанием этого парня. Даже почти на грани слез.

Что заставляет меня сжать руки. Такие милые, как она, всегда притворяются, что у них все в порядке, когда кто-то делает их жизнь невыносимой. Мне приходилось мириться с этим всякий раз, когда это случалось с Лилиан, но сейчас я не обязана этого делать. Я только что встретила Кензи, и я не хочу, чтобы она думала, что мы сблизились — или, не дай бог, подружились — но я решаю, что, как только я узнаю имя этого засранца, я нанесу ему визит.

Может быть, я сварю для него специальное проклятие.

Но, задавая больше вопросов об этом прямо сейчас, я только еще больше расстрою ее, а я бы в буквальном смысле предпочла обрывать свои ногти побегами бамбука, чем находиться рядом с кем-то, кто вот-вот расплачется.

Поэтому, чтобы отвлечь ее, я бормочу. — Прикосновения через одежду не совсем невыносимы.

Кензи моргает. — О. Ладно, приятно это знать. Значит я могу обнимать тебя, пока на тебе, типа, супер-пуховик?

Черт возьми. — Никаких объятий. Никогда.

Она смеется, когда мы направляемся в столовую. — Хорошо, хорошо. Думаю, теперь я также знаю, что ты за кастер — ты сказала «Дом Арканов», верно?

— Да.

— Ты что, супермощный кастер? Владеешь всеми видами магии и прочим?

С любым другим наследием я была бы на взводе, но на лице Кензи нет ни капли лукавства. Ей искренне просто любопытно, а не решает, стоит ли ей пытаться убить меня во сне.

— Нет. — Это даже не ложь.

Она выдыхает струю воздуха. — Черт. Я надеялась, что ты втайне ясновидящая и сможешь сказать мне, подберут ли мне пару на Поиске. Это все, о чем я могу думать. Боги, я просто хочу, чтобы следующие две недели поскорее закончились, чтобы я могла узнать, с кем я буду.

Я хмыкаю в ответ, но мне наплевать на предстоящую церемонию. Меня гораздо больше интересует моя миссия здесь. Что напомнило мне…

— Где я могу купить ингредиенты для зелий?

— О, это, должно быть, в университетском магазине. В нем много всего, но если тебе нужны конкретные ингредиенты, ты действительно можешь заказать их через приложение — по крайней мере, так сказали мои друзья заклинатели, — болтает она, возвращаясь к своей обычной жизнерадостности. Затем она хмурится. — Кстати, у меня пока нет твоего номера. Вот.

Она достает свой мобильный телефон и протягивает его мне. Я долго смотрю на него, пытаясь понять, что делать с прямоугольником, и, наконец, возвращаю его ей.

— У меня сломался телефон. Я не купила новый, — вру я.

Она выглядит шокированной. — Серьезно? Ладно, мы сегодня едем в Халфтон. Мы купим тебе все необходимое, и ты сможешь рассказать мне все о людях. А теперь пошли, я умираю с голоду.

3

Мэйвен

Две недели спустя

Тук-тук. — Мэйвен? Ты здесь?

Я не утруждаю себя ответом, поскольку Кензи уже ворвалась в нашу комнату в общежитии. Она удивленно моргает, увидев, что я сижу на полу в окружении обугленных остатков растений и кольца дыма.

Дым рассеивается, когда я незаметно убираю руки за спину, чтобы она не видела моих почерневших пальцев. Я ничего не выражаю никаких эмоций.

— О! Прости, я не хотела испортить твою… ароматерапию? — Она бросает взгляд на другие увядшие растения на столе в изножье моей кровати с балдахином. Затем пожимает плечами. — Здесь хорошо пахнет. Немного чересчур для моего носа, но мне все равно это нравится.

Последние две недели я избегала любого внимания в «Университете Эвербаунд». Мой распорядок дня высечен на камне: проснуться, сходить на занятия, говорить только тогда, когда к тебе обращаются, варить зелья, не высовываться и возвращаться в общежитие, чтобы переждать время.

Я несколько раз ездила в Халфтон с Кензи и иногда исследовала Эвербаундский лес. Но в остальном я держусь в стороне, чтобы избежать любого шанса столкнуться с важными наследниками.

Моя репутация незапоминающегося ничтожества прочна.

И за последние две недели Кензи больше не задавала никаких назойливых вопросов. Вот почему мы стали приятными знакомыми, и я практически отказалась от своей идеи с яйцами-пауков и подушкой. Теперь она называет меня своей лучшей подругой и заставляет смотреть с ней зажигательные романтические шоу эпохи Регентства. Тем временем я наложила проклятие вялого члена на засранца-вампира, который издевался над ней.

В принципе, находиться с ней в одной комнате было не самым худшим решением.

За исключением того случая, когда она вот так врывается в нашу комнату без предупреждения. Это нехорошо, но, по крайней мере, она ничего не видела.

— Итак? Что ты думаешь о моем наряде для Поиска? Я выбирала сексуально сногсшибательное с примесью непристойности.

Она кружится, демонстрируя мерцающее золотое облегающее платье, которое обтягивает ее. Это в дополнение к туфлям на платформе с ремешками и чулкам в сетку. Я не удивлена, что она делает такое заявление, хотя никогда не пойму, почему она продолжает обращаться ко мне за советом по моде.

— Ты и до безобразия ослепительна, и ослепительно безобразна, — подтверждаю я.

Кензи визжит. — Вот и все. Сегодня тот день, которого мы ждали. Меньше чем через час мы узнаем, с каким еще наследием будем связаны на всю оставшуюся жизнь!

Она подбегает к окну на моей стороне комнаты и пытается раздвинуть черные шторы. Когда она вспоминает, что я заколдовала их навсегда закрытыми, она сдается и садится рядом со мной, постукивая своими длинными, недавно наманикюренными ногтями по деревянному полу.

— Ты нервничаешь? Боги, я так нервничаю. Интересно, стану ли я хранителем? Что, если я окажусь в квинтете с уродливыми людьми? Или… — Она задыхается и бросает на меня взгляд, полный ужаса. — Черт, а что, если у меня не будет ни одной пары?

Судя по всему, что я узнала