Киллер. Никому не отдам - Калерия Гумерова

— Прошу прощения… — он краснеет и тут же отворачивается. — Вот, возьмите!

Он проходит спиной ко мне поближе и даёт в руки большое банное полотенце. Я беру его, встаю и заворачиваюсь.

— Я уснула, не заметила, как ванная наполнилась, — слёзы сами просятся, я начинаю плакать.

В коридоре слышно, как кто-то ругается, кажется, на воду. И этот кто-то — Рагнар.

Он врывается в ванную и мрачно смотрит на меня, закутанную в одно полотенце, а затем переводит взгляд на мужчину.

— Что случилось? — поджимая губы, спрашивает он.

Глаза мрачнее тучи. Вены на шее надулись. Брови сошлись в единую полосу.

— Ваша гостья устроила потоп, и…

— Ты видел её голой? — заревел на него Рагнар так, что я вздрогнула всем телом.

Кажется, он выходит из себя! Но почему он злится на этого мужчину? Это ведь я…

— Да, — смотря прямо ему в глаза, отвечает тот.

— Эсфирь, оставайся тут, я сейчас подойду, — обращается ко мне грубо Рагнар, хватая мужчину за предплечье.

Чувствую, что сейчас он будет его ругать! Но ведь это я виновата!

— Рагнар, я не хотела… я не заметила, как вода…

— Возьми это, — он кладет что-то черное на столик, — оденься, я сейчас приду.

Я безмолвно киваю. Рагнар вытаскивает мужчину в коридор. И тут же раздается приглушенный, полный боли стон!

— В следующий раз позовете меня вместо того, чтобы вламываться в мою комнату! — слышу я его разгневанный рев. — Эта женщина неприкосновенна!

— Я её не трогал! — оправдывается мужчина.

— Ты её трогал глазами! Даже смотреть тебе, бл…ь, на нее нельзя! Пошел вон!

Я ступаю босыми ногами на мокрую плитку и пытаюсь не упасть. Беру черную вещь, которая оказывается просто огромного размера футболкой, надеваю на мокрое тело и выглядываю из проема в комнату.

Рагнар в этот момент открывает дверь, я вздрагиваю от его яростного взгляда на меня.

С черных перчаток капает кровь. Он раздражительно снимает их и отбрасывает в угол, поворачивается ко мне и просто смотрит.

В глазах — бушующий огонь, но в них проскальзывает что-то еще: тревога? Беспокойство? Мне кажется, он переживает за меня.

— Ты в порядке? — спрашивает он тихо, его голос совсем не похож на тот рык, что я слышала минуту назад.

Киваю, не в силах произнести ни слова. Внутри все сжалось в тугой комок боли, страха и противоречивых чувств.

Рагнар проходит к окну и смотрит вдаль, сжимая кулаки. Его плечи напряжены, и я вижу, как дергается желвак на его скуле.

Подхожу к нему, осторожно касаюсь его руки. Он вздрагивает, я отдергиваю руку и отступаю на шаг.

Рари поворачивается ко мне, делает шаг и протягивает руку, словно боясь спугнуть.

— Эсфирь, ты точно в порядке? — его голос звучит непривычно мягко. — Он тебя не обидел?

Я качаю головой, не в силах вымолвить ни слова.

Он меня жутко напугал! Но это же мой Рари…

Слёзы снова катятся по щекам, смешиваясь с остатками воды на лице. Я принимаю его ладонь, и Рагнар притягивает меня к себе, крепко обнимая.

Я тону в нем, чувствуя себя маленькой и беззащитной. Его тепло успокаивает.

— Рари, я… мне так жаль, — шепчу я, уткнувшись в его плечо. — Я не хотела…

— Не плачь, олененок, ты не виновата, — он гладит меня по волосам очень скованно. — Я сорвался и тебя напугал, прости!

— Ты накричал на меня.

— Прости! — мужские руки сжимают крепче.

В его теле чувствуется такая мощь, что, если бы он захотел, легко сломал бы меня.

Его дыхание коснулось моей макушки, и на мгновение я подумала, что он поцелует меня, но Рари отстранился и направился к кровати.

— Ложись спать, олененок, завтра нас ожидает долгий путь.

— Куда? — удивляюсь я. — Хотя нет, не говори, пусть будет сюрпризом.

Он хмуро смотрит на меня. И вот опять этот взгляд. Глаза опускаются ниже, к моим бедрам. Я проследила за ним. Футболка предательски задралась.

Я неловко опустила ее, но осталась стоять на месте, словно заколдованная его молчаливым вниманием.

— Ты — блондинка, — сглотнув, тихо сказал он.

— Как ты понял?

— По волосам там… внизу.

— Хочешь увидеть меня голой?

— Это плохая идея, я говорил, что не тот, кем ты меня считаешь. Я не твой принц.

— Но ты — мой, Рари.

— Олененок, я — убийца. Я убил всех в твоем доме. Не оставил никого в живых, на моих руках столько крови, что ее хватит, чтобы залить целый океан. Тебе не стоит мне доверять.

Он — воин, а воины проливают кровь!

Я сминаю пальцами ткань внизу футболки, тяну ее вверх и снимаю через голову.

Дыхание Рагнара становится прерывистым, а вид слишком угрожающим.

— Зря ты это сделала… очень зря.

Глава 7

Я даже не успела моргнуть, как Рагнар уже швырнул меня на кровать. Пружины жалобно скрипнули под моим телом. Я хотела привстать, но он тут же придавил меня своим весом. Воздух выбило из лёгких.

— Неужели ты не понимаешь, кому вверяешься, во что ввязываешься и кому открываешь свою душу? — Рагнар вжал меня за горло в матрас, не позволяя отвести взгляд от его тёмных глаз, в которых плескалась буря. В них горели ненависть, отчаяние и… что-то ещё, что было трудно разобрать. — Я сломаю тебя, оленёнок, я причиню тебе боль, ты будешь проклинать тот день, когда встретила меня!

Зачем он так говорит? Его действия заставили дыхание оборваться. Чёрные зрачки слились с радужкой, наливаясь злостью и болью. Два омута пугали меня, но в то же время притягивали, как мотылька к пламени. Я не понимала, что происходит, но чувствовала, что нахожусь на грани чего-то ужасного и одновременно невероятного.

— Рари… — прошептала я.

Мне было трудно дышать. Его хватка на моей шее становилась всё сильнее. Я хотела сказать ему так много, признаться в своих чувствах, попытаться объяснить, что он — не чудовище, каким себя считает, но не могла…

— Я. Не. Он. — проорал мужчина.

Его лицо покраснело от гнева, взор кипел от ярости. Каждое слово резало, как осколок стекла.

Я съёжилась под его напором, боясь пошевелиться, и закрыла глаза.