Не стоит влюбляться в дракона - Лола Гласс

class="p1">Драконы-оборотни всегда рождались мужчинами, поэтому наши горы были для нас самыми безопасными местами. Незанятым женщинам туда никогда не разрешалось ходить. Когда рождалась драконица, она рождалась человеком и воспитывалась среди себе подобных.

Остальные из нас старались как можно реже бывать в их городах, чтобы избежать привязанности к паре и по возможности никогда не контактировали с женщинами.

Но для меня было уже слишком поздно.

Теперь мне предстояло пережить горячку.

Бринн поманила меня к себе, и я неохотно вышел. По ее жесту я сел на деревянные доски крыльца рядом.

— Джас и Элай уже в пути. По всей видимости, с ними еще несколько ребят из команды, — сказала она.

Я провел рукой по волосам.

— Они захотят убедиться, что я действительно довел свою женщину до горячки.

— Свою женщину? — она посмотрела на меня.

— Женщину, — поправил я.

Это казалось ложью.

И звучало как приговор.

Черт, меня даже немного раздражала мысль о том, что Элоди может быть не моей.

Ещё больше разозлило то, что она уже сделала вывод, будто я придурок. Это, конечно, к лучшему, но всё равно меня взбесило.

— Что они сделают, когда поймут, что это правда? — спросил Баш.

Мне не стоило отвечать.

Не стоило им ничего рассказывать ни о драконах, ни о горячке. Но они были моей семьей, и я устал все от них скрывать.

И хотя я был предан команде Грома, которой руководил на протяжении трех десятилетий, я считал, что моя сестра заслуживает большей части правды. Некоторые вещи придется оставить в секрете.

— Они подождут, пока всё закончится, прежде чем меня посадить. Если мы скрепим связь, они посадят и её тоже.

Глаза Бринн расширились.

— Серьёзно?

— Им придется. Без неё я сойду с ума. — не иметь доступа к своим крыльям подобно нахождению в тюрьме?

Это было бы равносильно смертному приговору.

Гром хотел меня наказать, но всего лишь на шесть месяцев заключения. Я выживу, если не скреплю себя узами.

И уж точно я не собираюсь становиться причиной того, что моя пара попадет в тюрьму или проведет шесть месяцев в окружении опасных сверхъестественных существ, которые хотели бы ее смерти только потому, что она моя. Она была человеком и даже не смогла бы защитить себя без меня.

— Значит, ты не можешь скрепить связь? — вздохнула Бринн. — Жаль. Она мне нравится.

— Ты её почти не знаешь, — сказал я.

— Она думала, что спасает меня от тебя, когда прервала нас, и сделала это, несмотря на явный страх. Это всё, что мне нужно знать.

— Если большинство драконов не переживают горячку без скрепления связи, возможно, лучше всего будет полностью от неё отдалиться, — предложил Баш.

Бринн ударила его по руке.

— Я бы сделал это, если бы мог, но это невозможно. Ей будет слишком больно без меня. Это осознание довело бы меня до безумия, а опыт поколений доказал, что такие психические изменения необратимы. После этого Грому придется меня убить.

— Кто-нибудь раньше принимал обезболивающие? — спросил Баш.

Бринн бросила на него взгляд. Он притянул ее к себе, слегка сжав бедро, и она прижалась к нему еще сильнее.

— Много раз. Все они бесполезны во время горячки. В прошлом некоторые драконы платили ведьмам, чтобы те пытались избавить их пару от боли, но это никогда не помогало.

— Это полный отстой, — сказала Бринн.

— Ага. — я закрыл глаза, заставляя себя дышать сквозь волну магии, которая гнала меня обратно в ванную. К ней. — Ты нашла её сумку?

— Да, мой менеджер уже её забрал. Одна из моих бариста прямо сейчас везет вещи сюда. Она скоро должна быть здесь. Кто-то записал весь наш разговор, и все в кофейне смотрели, но звука не было. Все должно быть в порядке. Зандер сейчас занимается удалением видео, на всякий случай.

Зандер был одним из братьев Баша. Втроем они возглавляли группу демонов и людей, которые уничтожали вампиров, причинявших вред людям. Большинство вампиров были порядочными, но некоторые были жестокими. И эти ублюдки не заслуживали того, чтобы жить дальше.

Драконы должны были сохранять нейтралитет по отношению к другим сверхъестественным существам. Мы не могли принимать чью-либо сторону.

Это была одна из причин, почему в Громе не хотели, чтобы я их возглавлял.

Не могу сказать, что меня это сильно расстроило. Я взял на себя руководство после смерти отца, просто потому что он меня об этом попросил. Я отдал этому все свои силы и уже много лет было ясно, что я им не подхожу.

Хотя изначально я держался ради отца, но, когда наконец-то попросили моего брата взять на себя лидерство, я почувствовал, будто с моих плеч свалился груз.

Джаспер добился бы гораздо большего успеха, чем я.

— Спасибо. Она действительно переживает по этому поводу.

— Я знаю. Ты спрашивал её, что она изучает?

— Нет. А ты?

— Нет, — Бринн прислонила голову к плечу Баша, разглядывая меня. — В ближайшие несколько недель тебе нужно познакомиться с ней поближе. Если она застряла здесь, страдая от боли, то дружелюбное отношение это самое меньшее, что ты можешь предложить.

— Познакомиться с ней плохая идея. Если я позволю себе привязаться, уйти станет невозможно.

И если я не смогу уйти, то в итоге потащу её хорошенькую попку с собой в тюрьму.

Чего я не мог допустить по многим причинам.

— Баш тоже так думал, когда впервые встретил меня, — возразила Бринн. — Ты можешь пережить следующие несколько недель и вернуться, чтобы найти ее, когда выберешься из…

Дверь в ванную комнату открылась, и Бринн замолчала.

Я не смог удержаться от того, чтобы оглянуться через плечо и посмотреть, как она выходит из ванной.

Ее черные волосы были растрепаны, спутанные пряди падали на лицо и плечи. Они были достаточно длинными, чтобы доходить до середины спины… достаточно длинными, что мне не терпелось зарыться в них руками.

Моя одежда почти полностью поглотила её, поэтому она несколько раз подвернула трусы, обнажив большую часть своих сексуальных, мягких ног. Футболку она также завязала небрежным узлом на бедре. Сквозь тонкую чёрную ткань я мог видеть кончики её сосков, и это болезненно отдалось в моём члене.

Черт возьми, она выглядела великолепно.

А пахла…

Я уже чувствовал аромат в воздухе.

Всё моё тело сжалось, пока я боролся с желанием… с потребностью… подойти к ней и обнять.

Чтобы попробовать её на вкус.

Поговорить.

Сделать своей.

— Мой рюкзак всё ещё там? — спросила она, переводя взгляд прямо на Бринн.

Я хотел, чтобы она посмотрела на меня.

Моя сестра улыбнулась.

— Ага. Одна из моих бариста прямо сейчас едет