Искушение Снежной Королевы - Татьяна Михаль

— Ваше Великое Величество! Катастрофа на снежном заводе! Лёд и снег больше не держат форму! Всё тает! У нас нет сырья для кружев и тканей! Ваше свадебное платье… оно… оно может оказаться сделанным из марли! Или, простите все великие боги, из хлопка!

Это было уже слишком.

Перед моими глазами поплыли тёмные круги.

И почувствовала, как пол уходит из-под ног.

* * *

Я очнулась от резкого запаха, который ударил в нос и пронзил мой мозг, будто я с дуру навернула тарелку ядрёной горчицы.

Это была Инесса.

Как только я очнулась, она поднесла к моим губам чашку с дымящейся жидкостью цвета грозовой тучи.

— Пейте, дорогая! Мой фирменный коктейль: валериана, стручковый перец для бодрости духа и… один секретный ингредиент!

— Ч-что это? — прохрипела я.

— Неразбавленная слеза феникса. Очень бодрит и тонизирует.

Я сделала глоток.

Мой мозг, который секунду назад благополучно отключался, был подожжён, просушен и выброшен на ледяной ветер.

Я села.

Паника отступила, уступив место чему-то новому, горячему и знакомому.

Гневу.

Чистому, неразбавленному, царственному гневу.

Мой дворец.

Мой идеальный, вечный, безупречный дворец разваливался на глазах из-за какой-то дурацкой печки и неумелых помощников!

Я вскочила с такой энергией, что Умник отскочил в сторону.

— Всё! С меня хватит! — мой голос пророкотал, сдирая иней со стен. — Прекращаем этот балаган!

Я схватила свой посох, вылетела в коридор, с которого капала вода, прошла мимо швейцаров, жуюших свои морковки, и встала на пороге тронного зала, где у меня появился фонтан и пол был усеян рыбой, бьющейся об лёд.

— ВСЕМ ОСТАНОВИТЬСЯ! — прогремел мой голос, и даже гейзер на мгновение присмирел.

Все замерли.

Снеговики, вьюги, сильфиды, и все, все, все посмотрели на меня.

— Печь уничтожить! — прошипела я и стукнула посохом по полу, посылая магию.

Раздался хлопок из той стороны, где кухня.

Отлично, дело сделано.

— Фонтан заморозить! — рявкнула я и снова удар посоха. Гейзер замёрз и теперь представлял собой, крайне интересую ледяную скульптуру.

— Траву убрать с глаз моих!

И трава, подснежники, всякая зелень покрылась инеем, потом скукожилась и опала.

— Пломбира срочно найти и вернуть, пообещав ему вечную мерзлоту! А этих… этих всех женихов… — я сделала паузу, и по залу пронёсся вздох облегчения, — …мы встретим так, как подобает Снежной Королеве! Холодно, величественно и без дурацких тёплых булочек! И да! Трон для будущего мужа сделать маленький!

Умник, сидя у моих ног, одобрительно хмыкнул.

— Ну вот. Наконец-то до величества дошло. А то тут уже весна начиналась, соловьи собирались запеть. Крайне не по-королевски.

Я глубоко вдохнула.

Да, дворец был в руинах.

Да, свадебное платье могло не получиться.

Но я всё ещё была Снежной Королевой. Грозной. Суровой. Безжалостной. Бесчувственной. Идеальной. Элегантной. Стервозной женщиной.

И сейчас я собиралась это доказать. Всем. И в первую очередь самой себе. А то раскисла, как снег по весне. Кошмар!

Глава 4

СНЕЖНАЯ КОРОЛЕВА СНЕЖАНА

Навести порядок во дворце оказалось делом техники.

Правда, техники волшебной, требующей взмаха посоха, ледяного и крайне сурового взгляда и нескольких крепких выражений, от которых у Инессы замерзали даже мысли.

Но я справилась.

Теперь стояла на балконе и с наслаждением вдыхала воздух, в котором снова висели алмазные иглы мороза.

С крыш свисали новые, идеально ровные сосульки.

Полы сияли холодным, но не ослепляющим блеском.

Фонтан в тронном зале был благополучно заморожен в причудливую скульптуру под названием «Вот что бывает, когда хочешь любви и нежности».

Всё снова было прекрасно.

Вернулась в свои покои, устроилась в кресле, и с блаженством потягивая чашку дымящегося какао, разглядывала свою коллекцию сосулек, разложенных на бархатных подушках.

Идиллия.

Блаженство.

— Не королевское это дело, — буркнул Умник, с отвращением наблюдая за моим какаопитием. — Твоё коктейльное кредо — это «Айсберг» из мороженого с ледяной крошкой и мятным сиропом. А ты эту… тёплую жижу потребляешь. Позор. Осколок зеркала не в сердце тебе попал, а в пищеварительную систему.

— Называй, как хочешь, — отмахнулась я, с наслаждением делая очередной глоток. — Главное, что порядок восстановлен. Никаких булочек, никаких фонтанов. Только лёд, снег и…

Дверь в покои с треском распахнулась, и в комнату вкатился, словно шар для боулинга, главный метеоролог королевства, старый вьюн по имени Вихрь Вихрович.

За ним, путаясь в ногах, бежали его помощники, с лиц, которых капала не то вода, не то слёзы.

— Ваше Великое Снежное Величество! Всё пропало! Караул! — завопил Вихрь Вихрович, падая передо мной на колени.

Я поставила чашку с таким звоном, что она дала трещину.

— Что опять? — спросила я голосом, в котором зазвенели осколки разбитого спокойствия. — Что на этот раз? Пломбир поджёг снег? Сильфиды сшили платье из марли? Снеговики съели друг друга?

— Хуже! — всхлипнул метеоролог. — Метели! Они… они сбились с ритма! Случился разлад в атмосферной партитуре!

Он развернул передо мной большой ледяной свиток с магической картой королевства.

Картина была удручающей.

— Смотрите! На Севере идёт страшный снегопад! Годовые осадки за сутки! Там уже дома по крыши заносит, местные детишки и белые медведи катаются на сугробах, как на горках, и требуют продолжения банкета!

— Звучит весело, — заметил Умник. — Хоть кто-то радуется.

— На Юге идёт ледяной дождь! — продолжал Вихрь Вихрович, тыча дрожащей лапой в другую область. — Всё погрязло в сосульках! Деревья гнутся, дороги, как катки, почтальоны скользят и падают, разнося не те письма! Одному ледяному троллю сосулька прямо на шлем упала! Теперь у него не шлем, а канделябр!

— Зато стильный теперь, — фыркнул барс.

— А на Востоке… — голос метеоролога дрогнул и сорвался в фальцет, — …на Востоке, ваше Снежество… РАСЦВЕЛА СИРЕНЬ! И ПОЮТ СОЛОВЬИ!

В комнате повисла гробовая тишина.

Я слышала, как у меня в ушах зашумело.

— И это ещё не всё! — взвизгнул один из помощников. — Древнее Древо, что усохло ещё во времена вашей прапрабабушки, вдруг ожило! Распустилось! И… и дало урожай! Яблоки!

— Яблоки? — прошептала я в ужасе.

В моём королевстве никогда не росло ничего съедобного.

Только несъедобное и красивое.

— И это ещё не всё! — завопил другой. — Флора и фауна в смятении! Зайцы меняют окрас дважды в день! Утром они белые, к полудню уже серые, а к вечеру снова белые! Они сходят с ума и не знают, прятаться им или размножаться!

— Медведи в панике! — подхватил третий. — Они ревут в припадке! То ли им в спячку ложиться, то ли уже весна и пора искать мёд! Один, самый впечатлительный, уже сломал три берлоги в поисках идеальной позы для сна-не-сна!

Я была не в силах