Брусничная любовь воеводы - Натали Берд

Я пришла в себя, все слышала, но не торопилась открывать глаза, стараясь понять, где нахожусь и чего от меня хотят.

Звук стеклянных склянок, соприкасающихся между собой, металлический стук ложки о край керамической чашки, знакомый противный запах и шорох ткани, и тихий топот приближающихся ног.

— Очнулась! — Торжествующе произнес голос. — Пить будешь или глаза сама откроешь?

В этих словах сквозила насмешка. Меня рассекретили, притворяться — нет никакого смысла!

Мне ничего не оставалось делать, как распахнуть глаза.

Глава 7

Я распахнула глаза, встречаясь с насмешливым взглядом незнакомого мужчины. Вокруг его серых глаз залегли мелкие морщинки, то ли оттого, что человек часто смеется, то ли оттого, что слишком долго находиться на солнце и щуриться, а может, и другая причина имеется, да вот только не хотелось мне ничего узнавать.

— Здравствуйте! — голос не слушался, хрипел, в горло словно песка насыпали. Першило. — Можно попросить у вас воды?

Жизненно необходимо быть вежливой, непонятно, где я нахожусь и что это за место такое.

Мужчина внимательно взглянул на меня, вопросительно изогнув бровь, и отошел к неприметному столику, стоявшему в небольшой нише.

Это позволило рассмотреть его повнимательнее. Высокий рост, мощное телосложение. Серые пронзительные глаза, четко очерченные губы, сейчас плотно сомкнутые, густые темные брови, сурово сведены на переносице.

Его облик у меня ассоциировался с военным, и уж точно не с медицинским работником. Ведь белого халата на нем не было, хотя так себе аргумент. Только по тому, как он со мной обращался, можно было сделать вывод: этот человек привык, чтобы его слушались.

Звук льющейся воды в стакан вызвал спазм в горле, я была готова сама подбежать к столу, чтобы выхватить кружку из крепких мужских пальцев, но я не могла даже пошевелиться. Что уж говорить о чем-то другом.

Тем временем мужчина повернулся, держа в длинных пальцах тонкий граненый стакан, доверху наполненный искрящейся, в тусклых лучах потолочного светильника, жидкостью.

Он был красив, даже шрам, пересекающий щеку от самого уха до уголка пухлых губ, не уродовал, а еще больше подчеркивал его привлекательность. Черные волосы, ощутимо тронутые сединой, придавали его облику аристократичности. Такие привыкли повелевать, а не подносить стакан воды незнакомым женщинам.

Я попыталась сесть, но правая рука затекла и пошевелить ею не получалось, она была настолько тяжелая, словно скована наручниками. Опустив взгляд, едва не закричала. Меня действительно приковали к каменной стене внушительной цепью.

— Что это такое? — сев на топчане, покрытом соломой, я подняла на незнакомца взгляд, вложив в него всю свою ярость. Где только силы взялись?

— Это цепь. Ты к ней прикована, как и положено. Пей! — жидкость с едва ощутимым запахом лимона подсунута под самый нос.

Я выхватила из крепких пальцев стакан, тотчас осушив его до дна.

— Еще! — протянула обратно.

Мужчина хмыкнул, забирая емкость.

— Еще чего и этого будет достаточно! — прогудел он.

— Кто вы такой? Почему меня удерживаете здесь силой? Меня будут искать, учтите. — Я старалась не показать свой страх, но, видимо, не вышло.

Он радостно заулыбался, наклоняясь ко мне как можно ближе.

— На это и расчет, ведьма, что за тобой придут. — В глазах сверкнуло торжество. Он выпустил стакан из рук, и тот, медленно двигаясь по воздуху, вернулся на стол, опускаясь с едва слышным стуком.

— Вы фокусник, что ли? — Я начала оглядываться в поисках камер. — Здесь снимают какое-то шоу? А битва на поле была всего лишь виртуозной инсценировкой?

Мне стало намного легче. Шанс, что Альфа жива, еще есть! Как и люди, которые лежали на том поле буквально на каждом шагу.

Чем дольше я говорила, тем сильнее начинал хмуриться мужчина. Наконец, он рявкнул: — Кто ты такая? Откуда?

— Оксана Афанасьевна Дубровская. А вы кто такой? И почему удерживаете силой? — повторила вопрос, который снова проигнорировали.

— Мое имя Фазиль. Ты находишься в Светлоземье. — Чуть помедлив, ответил мой тюремщик.

Затем мужчина замолк, явно ожидая моей реакции, но название города ничего мне не говорило, и я просто молчала, готовясь к новой информации.

Фазиль вздохнул, нахмурился, поправил аккуратно причесанные волосы и продолжил:

— В его столице — Светлогорске.

Ну теперь, конечно, все стало намного понятнее.

— Ого! Это, видимо, где-то совсем далеко, даже не слышала никогда таких названий!

Пока Фазиль буравил меня взглядом, я судорожно копалась в своей памяти, стараясь вспомнить географию. Там мы изучали города нашей необъятной страны. Но сейчас все эти совершенно незнакомые названия уводили меня куда-то не туда — в популярные художественные фильмы о богатырях, русалках, водяных и прочих сказочных героев, и никуда иначе.

Видимо, и Фазиль понял, что ожидаемого эффекта он на меня не произвел.

— Ты шутишь, ведьма? — его взгляд метал молнии, губы сжались в полоску, на скулах заходили желваки.

— Нет! Зачем? Верните мне телефон! Я позвоню, попрошу, чтобы меня забрали. И, в конце концов, снимите с меня эту цепь! — Я уже не сдерживалась, страх прошел, уступив место злости. — И, хорошо, то, что вы удерживали меня силой, никому не станет известно.

Мужчина внезапно замер, замолчал, а затем, развернувшись, стремительно вышел, закрыв за собой решетку, которая заменяла входную дверь, при этом не забыв задвинуть на ней с той стороны щеколду.

Оставшись одна, все еще прикованная к сырой каменной стене, смогла оглядеться. Помещение было крошечным и напоминало камеры, виденные мною в приключенческих фильмах. С потолка сочится вода, капая на пол, на котором лежит солома, впрочем, и на лавке, подо мной, тоже совсем не мягкий матрас, а толстый слой сушеной травы.

Никаких удобств, лишь столик, до которого я не могу дотянуться — мешает цепь.

— И что теперь делать? — спросила саму себя, борясь с накатившей внезапно слабостью, опускаясь обратно на ложе и закрывая глаза, проваливаясь в знакомое черное небытие.

Глава 8

Жажда! Вот что заставило меня вынырнуть из сладкой неги беспамятства.

Я все еще находилась в сыром каземате, прикованная к стене, а прямо напротив меня стоял столик с так нужной мне водой.

Облизнув пересохшие губы, закрыв глаза, я представила, как наполняется стакан живительной влагой, с ласковым, нежным журчанием, и плавно плывет по воздуху, стараясь не пролить ни одной драгоценной капли. Стон вырвался из груди, горло требовало влаги.

С трудом разлепила глаза, едва не провалившись в обморок — стакан, полный до краев, застыл в воздухе, буквально в паре шагов. Все еще недоступный для меня.

Я шумно выдохнула и чуть не закричала, емкость рухнула на каменный