Забытое желание дракона - Элина Амори

Я гнал эти дурные мысли, отрезвляя себя тем, что юная особа боится меня, что она точно хочет вернуться туда, откуда попала в холодный темный лес к чужим людям. Ночь прошла в муках, соблазнах и самобичевании.

Аяна же выглядела наутро выспавшейся и отдохнувшей, хоть и робкой. Мне пришлось несколько раз повторить, чтобы она чувствовала себя как дома, прежде чем она немного расслабилась.

— Я могу приготовить завтрак, — проговорила она, засучив рукава. — Где у тебя продукты?

— Завтрак? Мне? — я удивился. Не помню, когда мне последний раз готовили завтрак. Это точно было в какой-то другой, старой жизни, когда я еще был сыном барона.

— Если ты не против, то нам обоим, — прошептала, смущаясь и краснея, Аяна. — Я тоже проголодалась.

— Да, конечно. Сейчас принесу.

Она жарила яичницу с беконом, а я сбегал покормить скотину: двух коров, коня, свинью и пятерку овец. Незамысловатый, простой завтрак показался мне невероятно вкусным и сытным. Но я свою порцию проглотил за минуты, а остальное время тихонько следил, как ест Аяна. Как двигаются и блестят ее губы, как розовеют щеки, как ловко она управляется вилкой своими нежными пальчиками.

Просто невероятно милое создание. Создание, к которому мне нельзя прикасаться, иначе разрушу ее хрупкую нежность, заставлю страдать. Но никто не запретит мне любоваться этим нежным, милым цветочком, попавшим в когти дракона.

После завтрака мы пошли к местному жрецу, в храм. Маленький, полуразваленный, кое-где даже валялся нетронутый снег, просыпавшийся сквозь дыры в потолке.

— Лестан! — прикрикнул я, надеясь, что старик пришел на утреннюю мессу. — Эй, где ты?!

В глубине храма, за покосившимся алтарем, послышался шорох. Из-за занавески, когда-то богатой, а ныне истлевшей до цвета пыли, появился Лестан. Жрец Диверии в этих краях служил больше сторожем храма и напоминанием о ее существовании, чем истинным духовным пастырем — тщедушный, с прожилками вместо мышц на шее, в потертом, но чистом балахоне. Его глаза, выцветшие от возраста, сузились при виде меня, а потом расширились, заметив Аяну у меня за спиной.

— Хорн, — кивнул он сдержанно, без обычной для селян неприязни, но и без радости. Его взгляд скользнул по Аяне, задержался на ее одежде, на испуганно-любопытном выражении лица. — И… гостья. Не местная. О ней мне вчера поздно вечером талдычил староста с женой. Просили петицию написать и в главный храм отправить.

— Не местная, — подтвердил я, отсекая дальнейшие расспросы одним тоном. — Лестан, расскажи про слухи о пропавших девушках. Это правда?

Старик громко вздохнул. Он погладил потрепанный молитвенник на алтаре, будто ища в нем утешения.

— Правда, сын мой, — прошептал он так тихо, что я едва расслышал. — Уже трое. Свет Диверии над их душами, если они еще живы.

В груди у меня что-то сжалось. До сих пор я надеялся, что это все — выдумки, порожденные страхом и скукой долгой зимы.

— Из нашего поселения? — спросил я, хотя уже знал ответ. Наши бы давно пришли ко мне с вилами.

— Из окрестных. — Лестан покачал головой, его взгляд стал отстраненным, печальным. — Первая — Кариана, из Выселок. Пропала две недели назад. Пошла за хворостом к ручью… и не вернулась. Искали всем селом. Только следы в снегу, которые обрывались у старой ели, будто ее с земли подняли.

Он помолчал, перебирая узелки на своем поясе.

— Вторая — Мина, из Полянки. Не пришла с ярмарки. Девка бойкая, дорогу знала как свои пять пальцев. С ней подруга шла, отстала на полшага, обернулась — а Мины и нет, говорит, только вихрь снежный поднялся.

Я почувствовал, как Аяна замерла у меня за спиной, затаив дыхание.

— А третья? — спросил я.

— Алия. Из Заречья. Неделю назад. К тетке в сумерках шла, через перелесок. Ее отец с факелами искал до утра… — Лестан опустил голову. — Ничего. Ни крика, ни борьбы. Обрываются так же следы, как и в других случаях. Будто наверх кто потащил, птица какая или…

Он прищуренно глянул на меня.

— Или дракон, — добавил уже я сам.

Старик кивнул.

В храме воцарилась тягучая тишина, нарушаемая лишь свистом ветра в щелях. Трое здоровых, молодых. Исчезли без следа, без звука. Это уже не было похоже на работу зверя или несчастный случай.

— Люди шепчутся, Хорн, — продолжил Лестан, поднимая на меня свой потухший взгляд. — Говорят… дракон ищет себе невесту. И забирает самых красивых.

Я не дрогнул, но внутри все сжалось в тугой, яростный узел.

— Я никого не забирал, Лестан. Если бы хотел — не стал бы красть и тем более прятать. Ты меня уже сколько лет знаешь, разве я нарушил чего? И девицы мне невольницы не нужны, — проговорил я устало.

— Верю, — просто сказал старик. — Однако вера моя людей не успокоит. Они хотят видеть виноватого. Им страшно. А теперь… — его взгляд снова перешел на Аяну, и в нем мелькнула тревога, — теперь у них есть и «улика». Береги ее, Хорн. И найди того, кто это творит. Пока не пропала четвертая. И пока тебя самого не объявили врагом.

Я коротко кивнул. Слов больше не требовалось. Старик ушел вглубь храма. Я повернулся, взял Аяну за локоть — осторожно, но твердо — и повел к выходу.

Мы уже выходили, когда половица под ногами внезапно треснула. Не как от старости или гнили, а будто подпиленная кем-то заранее. Аяна вскрикнула, у меня перехватило дыхание. Мы грохнулись в глубокий ледяной и темный колодец. И сверху на нас сразу посыпался снег.

— Лестан! — крикнул я, и по ледяным стенам побежали трещины, будто грозя обвалиться. Снег сверху продолжал сыпаться на голову, будто кто-то непрерывно сгребал его огромной лопатой.

— Тут проход! — позвала Аяна и дернула меня за рукав. И правда, в стене чернела расщелина. Я поднес к ней руку — оттуда дул сквозняк.

— Идем, — потащил я Аяну за собой в расщелину. Я мог бы обернуться в дракона и разрушить тут все, но это не помогло бы мне восстановить хоть сколько-нибудь доброе имя.

Глава 7. Пещера вечной мерзлоты

Аяна

Вообще было странно слышать в свой адрес имя Аяна, но мне оно