Измена. Сквозь облака лжи - Яна Ланская

— Лена, ты что такое говоришь? — Стас резко переставляет сковороду на холодную комфорку и подскакивает ко мне. — Я лучше умру. Нам надо решить, как избавиться от Кати.

«Нам надо решить, как избавиться от Кати»? Боже упаси, не убить же он её решил. Я вчера с лихвой убедилась, что не знаю своего мужа. Видимо, правду говорят, что для того, чтобы узнать человека, надо с ним развестись. Да и он, наверное, не думал, что я на такое способна…

— В плане? — пытаюсь звучать нейтрально и занимаюсь крабом. А внутри всё дрожит.

— Надо её убедить, что она будет воспитывать Елизавету одна. Что семьи у нас не будет.

— Какую ещё Елизавету?

— Нашу дочь. Она — Екатерина, дочь — Елизавета. Если бы был мальчик, то Пётр. Она любит Романовых. Представляешь? — с иронией произносит муж.

Может, это и забавно, но неуместно. Меня бесит, что он видит во мне союзницу и решил, что мы будем вместе разгребать его дерьмо и шутить над его шлюхой.

— Вашу дочь. Точно, — выплёвываю ему, как яд, — так что вы делали в моей квартире, Стас?

Всё это у меня в голове как-то не вяжется в общую картину.

— Мы с ней договорились на некоторые условия, — начинает немного мямлить мой всё ещё муж.

А я чувствую, как у меня закипает кровь, ещё чуть-чуть, и я сорвусь так же, как вчера. Мне это просто необходимо. Хочется избавиться от этих эмоций. Я крепко держусь за сидушку стула, чтобы стараться себя контролировать и выглядеть безучастной, а внутри меня просто ураган, готовый обрушиться на нас в любую секунду.

— Какие? — произношу ледяным тоном.

— Я ей отдаю нашу квартиру в «Лэвэл». Плачу ежемясячно двадцать пять процентов со всех доходов и выбиваю ей хорошую должность через Сеню. Всё, мась. А мы живём своей семьёй дальше. Мы пройдём через это, любовь моя.

Меня тошнит от него. Он меня спросил вообще? Я всегда ценила его за то, что он меня окружал заботой. Во всём готов был помогать и от всех проблем меня ограждал. И теперь он создаёт вид, что делает также. Он забыл, что он вчера мне говорил? Мне так страшно от этого противоречивого поведения.

— Стас, это моя квартира, — цежу сквозь зубы, — о чём ты договорился со своей тощей сукой мне совершенно не интересно. Моя квартира — это моя квартира, дом мы делим пополам. Это мне ты платишь двадцать пять процентов со всех своих доходов, а также делишь со мной свой стартап. На этом всё.

— А ты не охерела, Леночка? С хера ли? Ты что сделала-то? Сидела дома с нянькой и сериалы смотрела? И по настроению готовила? И я тебе компанию должен отдать?

— Можешь не отдавать, а просто выкупить долю, — дерзко отвечаю и кидаю его тарелку с авокадо, я его не боюсь. Пусть только попробует мне что-нибудь опять залепить. Меня так распирает от злости.

Стас садится, спокойно начинает есть свой омлет и делает вид, что ничего не происходит.

— Ленусь, ты просто немного не догоняешь. Я понимаю, стресс. Понервничала. Тебе вообще нельзя. Поверила в себя почему-то, — цинично рассуждает, поглощая свой завтрак, — но ты же знаешь, что без меня ты ноль без палочки. Всё, что у тебя есть — моё. А себя ты просрала, когда уволилась. Катя в твоём возрасте уже кем была? Вот-вот, — многозначительно замолкает.

Я молча пью кофе. Не даю ему ни единой реакции. Страшно подумать, что я с ним жила шесть лет. Кто этот мужчина?

— Так что лучшим для тебя будет оставить всё как есть. А я разберусь сам, — встаёт из-за стола и подходит ко мне, — ты же знаешь, как я тебя люблю. Ты для меня самое главное в жизни. Я ради нас на всё готов, — целует меня в макушку, берёт свой стакан с кофе и уходит в холл.

Слышу, как обувается и выходит из дома. Через пару минут с рёвом заводит машину. А мне прилетает смс: «Я забронировал нам «Рэдиссон». Надо сменить обстановку и помириться».

Глава 6

Я начинаю истерично смеяться. «Рэдиссон» он забронировал. Где-то раз в месяц, если у нас нет поездок, Стас бронировал нам на выходные номер в отеле, и мы устраивали себе свидание. Ходили на выставку, в театр, в филармонию, потом ужинали в ресторане и ночевали в отеле. Там мы отдыхали от родительства и поддерживали романтику в отношениях. Но позвать сейчас меня на такое свидание — просто апогей наглости. А ещё я не понимаю, как он с расцарапанной рожей куда-то поехал. На падение с самоката явно не похоже.

Убегаю наверх собираться. Родители должны сегодня вернуться вечером с дачи, поэтому я поеду туда и проведу там какое-то время. Надо подумать и дистанцироваться от Стаса.

Сажусь на кресло в гардеробной, осматриваю свои полки, полки Стаса и полки Антоши, и руки опускаются. За что мне всё это? В какой момент всё так перевернулось? И я разрываюсь в противоречиях. С одной стороны, я рада, что всё прояснилось, и мне хочется крови и мести. С другой — хочется вернуться в свой кокон. Если бы не авария, я бы так ничего не узнала и жила в своём спокойном неведении. А с третьей стороны, мне хочется насолить Исхаковой и оставить Стаса себе. Тупо смотрю на полки и не понимаю, что делать.

То, что она хочет с ним семью, нет никаких сомнений. И меня просто трясти начинает, когда я представляю, что она добьётся желаемого. Я готова в лепёшку расшибиться, но этого не допустить. Как представлю её со своим мужем в своей квартире…

А что, если мне не выбирать, а совместить всё? Развестись, но позже. Сделать вид, что всё, как и прежде, и не дать ей увести его из семьи?

Подскакиваю с места, надо действовать. Я была развалюхой все эти годы, больше я не могу себе этого позволить. У меня Антон маленький, родители пожилые, сестра младшая, а я свесила ножки и дала Стасу всё решать. Нарешался. Абсолютно неизвестно, что будет дальше. Неизвестно, как отреагируют его родители и брат. Может, поддержат меня, а может, и скорее всего, всё-таки своего сына. Я не должна расслабляться, и я прекрасно понимаю, что привыкла к определенному уровню жизни и хочу сохранить его для себя и для своего ребёнка в первую очередь. Да, я не амбициозная карьеристка, как Исхакова, но своего не упущу.

Из машины набираю няне