Мальчик - Лера Титова

к нему. Грудью к груди. Животом к животу. Она чувствовала, как он напряжён. Как дрожит.

— Ты дрожишь, — сказала она.

— Холодно.

— Врёшь.

— Да. — Он обнял её. — Дрожу.

— Чего боишься?

— Что ты уйдёшь.

— Не уйду.

— Обещаешь?

— Обещаю.

Она взяла его за руку. Опустила вниз. К своему животу. Ниже.

— Чувствуешь? — спросила она.

— Да.

— Что?

— Жар.

— Это ты.

— Что сделал?

— Зажёг.

Она намылила его член. Медленно. Мочалка скользила по стволу, по головке, по яйцам.

— Ты хочешь? — спросила она.

— Да.

— Скажи.

— Я хочу тебя, Виолетта.

— Что именно?

— Войти в тебя.

Она убрала мочалку. Прижалась спиной к стене. Раздвинула ноги.

— Входи, — сказала она.

Он вошёл.

Резко. Глубоко.

Она вскрикнула.

— Тише, — сказал он.

— Не могу.

— Можешь.

Он начал двигаться. Быстро. Ритмично.

Стена вибрировала от каждого толчка.

Она вцепилась в его плечи. Ногтями.

— Смотри на меня, — сказал он.

— Смотрю.

— Не закрывай глаза.

— Не буду.

Она кончила. Громко. Отчаянно.

Он не остановился.

— Ещё, — потребовал он.

— Не могу.

— Можешь.

Она кончила снова.

Он — следом.

Упал на неё, тяжело дыша.

— Ты в порядке? — спросил он.

— Да.

— Врёшь.

— Да. — Она обняла его. — В порядке.

Он выключил воду. Вытер её. Вытер себя.

Они вышли из душа. В комнате было светло — солнце уже поднялось высоко, заливало всё золотым светом.

Виолетта подошла к окну. Отодвинула штору.

— Хороший день, — сказала она.

— Обычный.

— Для тебя — может быть. Для меня — первый.

— В каком смысле?

— Я не просыпалась в этом доме. С тобой.

Он подошёл к ней. Встал сзади. Обнял.

— Тебе нравится? — спросил он.

— Не знаю.

— Врёшь.

— Да. — Она откинула голову ему на плечо. — Нравится.

— Что именно?

— Твои руки.

— Они холодные.

— Тёплые.

Она повернулась к нему. Посмотрела в глаза.

— Ты не устал? — спросила она.

— Нет.

— Врёшь.

— Да. — Он провёл рукой по её спине. — Устал. Но не от тебя.

— А от чего?

— От братьев.

— Они достанут тебя?

— Всегда.

— Что ты будешь делать?

— Игнорировать.

— Получится?

— Нет.

Она усмехнулась.

— Тогда пойдём вниз, — сказала она.

— Зачем?

— Покажешь мне дом.

— Весь?

— Весь.

Он взял её за руку.

— Пойдём, — сказал он.

— Пойдём.

Они вышли в коридор.

Впереди был длинный день.

Глава 11

Они вышли в коридор. Микеле взял её за руку — не для того, чтобы вести, а чтобы показать: она с ним. Он не прячет её. Не стыдится. Не боится.

Первым делом он повёл её в библиотеку. Комната была большой, с высокими потолками и стенами, уставленными книгами в кожаных переплётах. Здесь пахло старым деревом и тишиной. Виолетта прошла вдоль стеллажей, провела пальцем по корешкам.

— Ты читаешь? — спросила она.

— Нет.

— А что ты делаешь в библиотеке?

— Сижу. Думаю.

— О чём?

— О том, как отсюда выбраться.

Она повернулась к нему.

— Ты не хочешь здесь жить?

— Хочу.

— Тогда зачем выбираться?

— Из себя.

Она смотрела на него.

— Ты странный, — сказала она.

— Я знаю.

— Я люблю странных.

— Ты уже говорила.

— Повторю.

— Зачем?

— Чтобы ты запомнил.

Она взяла с полки книгу. Открыла. Полистала.

— Ты знаешь, что здесь есть тайная комната? — спросила она.

— Откуда ты знаешь?

— Винченцо рассказал.

— Винченцо много рассказывает.

— Он хочет, чтобы я тебя не боялась.

— Ты боишься?

— Нет.

— Врёшь.

— Да. — Она закрыла книгу. — Боюсь.

— Чего?

— Что ты станешь таким, как они.

— Как братья?

— Да.

— Они плохие?

— Нет. Они опасные.

— Это одно и то же?

— Нет. Плохой убивает ради удовольствия. Опасный убивает, чтобы защитить.

— А я?

— Ты ещё не знаешь.

Он подошёл к ней. Взял книгу из её рук. Поставил на место.

— Пойдём дальше, — сказал он.

— Куда?

— В тир.

— Зачем?

— Научу тебя стрелять.

— Я умею.

— Покажи.

Она усмехнулась.

— Покажу.

Тир был в подвале.

Стрелбище, мишени, запах пороха и металла. Виолетта подошла к стойке, взяла пистолет. Проверила обойму. Прицелилась.

Выстрел.

Пуля попала в «яблочко».

— Хорошо, — сказал Микеле.

— Я говорила.

— Ещё.

Она выстрелила снова. Снова в центр.

— Кто учил? — спросил он.

— Муж.

— Он хорошо учил.

— Он хорошо стрелял.

— А ты?

— Я лучше.

— Докажи.

Она выстрелила ещё несколько раз. Каждая пуля — в центр.

— Хватит, — сказал он.

— Убедился?

— Да.

Она положила пистолет.

— Теперь ты, — сказала она.

— Я не умею.

— Врёшь.

— Да. — Он взял пистолет. — Умею. Но не люблю.

— Почему?

— Не люблю убивать издалека.

— А как любишь?

— Вблизи. Ножом.

— Покажи.

Он достал нож. Покрутил. Метнул в мишень.

Лезвие вошло в центр.

— Красиво, — сказала она.

— Бесполезно.

— Почему?

— В бою нож не метают. Держат в руке.

— А ты?

— Держу.

Она подошла к нему. Взяла за руку.

— Ты не мальчик, — сказала она.

— Я знаю.

— Ты мужчина.

— Докажи.

Она поцеловала его.

Прямо в тире.

Прямо при оружии.

Прямо при мишенях с дырами от пуль.

— Пойдём дальше, — сказала она.

— Куда?

— В сад.

— Мы были в саду.

— Я хочу ещё.

Он взял её за руку.

Они вышли.

В саду Джузеппе подрезал жасмин.

— Вы опять здесь, — сказал он.

— Мы никуда не уходили, — ответил Микеле.

— Я видел.

— Что?

— Всё.

Виолетта смотрела на старика.

— Вы всегда работаете? — спросила она.

— Всегда.

— Не устаёте?

— Устаю. Но не жалуюсь.

— Почему?

— Жаловаться — значит сдаваться.

Она смотрела на него.

— Вы мудрый, — сказала она.

— Я старый.

— Одно и то же?

— Нет. Старость — это возраст. Мудрость — это опыт.

— У вас есть опыт?

— Достаточно.

— Поделитесь?

Джузеппе выпрямился.

— Не влюбляйся в него, — сказал он.

— Поздно.

— Тогда не предавай.

— Не буду.

— Обещаешь?

— Обещаю.

Джузеппе кивнул.

— Хорошо, — сказал он. — Живите.

Он вернулся к работе.

Микеле взял Виолетту за руку.

— Твой садовник мудрее всех нас, — сказала она.

— Да.

— Ты слушаешь его?

— Всегда.

— И что он сказал?

— Не предавай.

— Я не предам.

— Обещаешь?

— Обещаю.

Она поцеловала его.

— Пойдём в дом, — сказала она.

— Зачем?

— Хочу отдохнуть.

— Устала?

— Немного.

— От чего?

— От всего.

Он повёл её в дом.

Глава 12

Они зашли в её комнату — ту, которую Джульетта приготовила для Виолетты на первом этаже, рядом с кухней. Микеле не хотел, чтобы она жила отдельно. Хотел, чтобы спала с ним. Но Джульетта сказала: «Сначала пусть поживёт здесь. Привыкнет». Он не спорил. Спорить с Джульеттой было бесполезно.

Виолетта села на кровать. Комната была маленькой, но светлой. Белые стены, синие шторы, на тумбочке — букет жасмина. Джульетта постаралась.

— Тебе нравится? — спросил Микеле.

— Да.

— Врёшь.

— Да. — Она провела рукой по покрывалу. — Но я хочу спать с тобой.

— Будешь.

— Когда?

— Сегодня.

— Джульетта разрешит?

— Джульетта не моя мать.

— А кто?

— Сестра.

— Она командует тобой?

— Иногда.

— А ты?

— Никогда.

Она усмехнулась.

— Ты не умеешь