Все оттенки Золотого - Лена Фарт

столько возможностей показать себя. Вот я записалась в чирлидинг, буду поддерживать наших футболистов. Ещё на конкурс красоты, — она переводит взгляд на мой розовый пушистый скетчбук. — Ой, какой красивый блокнот. Купила где-то или заказала? — Люба наклоняется к нему ближе, пока я думаю, как так вышло, что я принесла его в универ, ещё и достала из рюкзака. Совсем растерялась сегодня.

— Это подарок, — отвечаю смущённо.

— Можно взглянуть? — спрашивает и заглядывает мне в глаза.

Замираю. Там одни портреты Глеба, и показывать их кому-либо я не собиралась. Только вот и отказать мне как-то неудобно. Слава богу, нас прерывают. В аудиторию со звонком заходит Протасова с… Егором.

И чего он тут забыл?..

— Всем привет, ребята. Этой пары у вас сегодня не будет. Я вас не предупредила, чтобы вы не ушли раньше времени, — говорит она, обводя взглядом всю группу. — Я привела вам капитана футбольной команды, — она указывает на Егора и представляет его. — И так, кто записался в чирлидинг, а кто в саму команду, просьба не уходить домой, а проследовать вместе с Егором. Он мой одногруппник. Так что, если будут проблемы, можете смело мне на него жаловаться, — и она смеётся, смотря как этот дурак хмурит лоб.

Ловлю его взгляд на себе и тут же опускаю голову. Его внимания мне хочется меньше всего.

Его губы разъезжаются в улыбке.

— Так вот где учится блоха, — произносит он громко, и я чувствую, как все смотрят на меня. По телу пробегает беспокойство. Мечтаю, чтобы он ушёл, и все перестали пялиться на меня.

Ошарашенно поворачиваюсь в сторону Любы, думая, что она сейчас отсядет от меня и не захочет со мной общаться. Но вижу лишь то, что она листает мой скетчбук, при это переводит взгляд с портретов на Егора и обратно.

Капец!

6

Вся эта ситуация вызывает у меня неконтролируемую дрожь и противный жар. Скетчбук у меня лишь неделю, но я нарисовала уже четыре портрета. Два из них карандашом и два даже с употреблением цветных маркеров. Я долго рассматривала фото Глеба, что на моём телефоне, поэтому портреты чётко передают все черты его лица. А так же его брата…

Пот холодными струйками катится по позвоночнику, пока я шокировано смотрю на Любу. Она резким движением закрывает скетчбук и двигает его в мою сторону. А потом также шокировано смотрит на меня, пока я дрожащими руками прячу его в рюкзак.

— Ну вот! — возмущается Вика. — Они только начали учиться, а ты уже в своём репертуаре! — она грозно смотрит на Егора, при этом пихнув его в плечо.

Он лишь скалится в мою сторону.

Что я ему сделала?..

— Прости… — тихо говорит Люба. — Я никому не скажу, — она встаёт из-за стола, как и ещё несколько ребят. — Ладно, я пошла, всё же я записалась на чирлидинг. Ещё встретимся, — подмигивает мне и, скинув всё в свою сумку, уходит с остальными, кто записался на футбол или к ним в поддержку.

Я ни за что бы не пошла в группу поддержки к команде с таким капитаном. Хорошо, что никто не подозревает о моей гибкости и талантах.

— Пока, очкарик, — говорит Егор, выходя последним из аудитории, и оставшиеся сидеть студенты начинают шептаться, странно поглядывая на меня.

Хам!

В столовой пусто, за исключением пары ребят, так как у всех идёт пара. Беру сразу два обеда, чтобы потом Катьке не пришлось стоять в очереди. Пишу ей об этом, и не проходит пять минут, как она входит в столовую. Садится напротив меня и говорит:

— Просто сказала, что живот заболел. Там такая нудная хрень, что спать тянет, — берёт вилку и с аппетитом накидывается на свой обед, пока я с удивлением смотрю на неё. Хотя, чего удивляться — это же Катька.

— Короче, ситуация SOS. Люба увидела его портреты, — я говорю слишком жалобно и опускаю голову вниз.

— Какая Люба? И, в смысле, увидела? — она опускает вилку, так и не донеся её до рта.

— Вот так! — выкрикиваю и боязливо оглядываюсь, а поняв, что меня не услышали, расслабляюсь. — Не понимаю, как я принесла скетчбук в универ. Люба Малинина — наша староста, — шумно вздыхаю, ковыряясь в салате.

— Да уж, тебе прям везёт со своим Снайпером. И чего она?

— Сказала, что будет молчать.

— Уверена? Давай я поговорю с ней.

— А, ну… — договорить мне не даёт дверь, что шумно распахивается и входит Люба. Быстро она... Её взгляд находит меня и она, улыбаясь, идёт к нашему столику. Садится рядом и протягивает руку Катьке.

— Я Люба. Мы со Златой учимся в одной группе.

— Катя, — отвечает моя подруга и хмурит брови. — Слушай, Люба, ты же сдержишь секрет одного розовенького блокнота?

— Какой? — она удивляется, а потом переводит взгляд на меня. — А, тот блокнот. Точно, — она берёт меня за руку. — Злата, не волнуйся, это останется между нами, — её широкая улыбка располагает.

Я окончательно выдыхаю.

— Так… получается ты в него влюблена? — спрашивает староста.

— В кого? — теряюсь я.

— В Егора, — тише произносит она, наклоняясь к нам обоим.

— Вообще-то, в Глеба, — вставляет своё Катька, а я краснею.

— Какого Глеба? — не понимает староста.

— В его брата-близнеца. Златка уже три года с ним анонимно переписывается.

Капец, она решила палить кантору до конца, что ли? Ну Катька блин!

Просто продолжаю есть, лишь бы этот разговор скорее закончился.

— И ничего я не влюблена в него. Он мой бро! — всё же вырывается у меня. Теперь они обе хихикают. Спелись уже!

— И у него есть брат? Ого! — глаза старосты загораются, и, кажется, она становится ещё радостней. — Знаете, девчонки, мне Егор понравился ещё там, в актовом зале. А, когда я увидела его лицо в блокноте, я даже расстроилась, что придётся бороться за него. Да ещё с той, кто мне больше всех понравилась из остальных одногруппниц. Они какие-то змеи, что ли. Ещё вчера поняла в чате. Не понравились они мне, — она морщится, смотря как Катька с аппетитом ест. — А теперь даже рада. Значит Егор свободен, да? — с надеждой заглядывает в мои глаза.

Ну капец. Получается, если бы Катька всё же не растрепала это всё, то Люба перестала бы со мной общаться? Из-за Егора Золотого? Этого дурака?

Тогда хорошо, что всё так. А ещё её всё же не задели его слова про блоху. Фух…

— Получается так, — отвечаю, улыбаясь, а потом осознаю. — Глеб тоже свободен. Я не претендую на роль его девушки. Он мой друг, — говорю я и отпиваю свой чай.

— Вы,