Мороз и Солнце(ва). Проект Северное сияние - Татьяна Любимая

По этой причине не стал выставлять счет рыжей. Ее и так, видимо, жизнь наказала, отправив в это глухое место. Место для избранных. Для тех, кто решил сбежать от цивилизации, городского шума, суеты, смога. Кто хочет остаться наедине с самим собой, постигнуть дзен, перезагрузиться.

Сейчас отдыхающих здесь почти нет, но это пока. За неделю до Нового года начнется заезд. Номера все забронированы еще с осени.

Единственное, что лишнее в нашем центре гармонии — вот это неприглядное здание по соседству.

Окна моего кабинета выходят как раз на этот самый дом. И окна моего номера тоже. Так же, как и обслуживающего персонала. Потому что что? Потому что номера с лучшим видом из окон отданы под вип — номера. По — моему, логичное решение. Нам важна репутация, мы ее поддерживаем любыми способами и средствами. И портить настроение посетителям домом, от вида которого мурашки по спине — не наш вариант.

Прошагав туда — сюда, снова останавливаюсь у окна, устремляю взгляд на здание напротив, жаль, от взгляда дыра не прожигается. Я бы давно спалил этот отель, что портит вид из окна, а после сегодняшнего — тем более.

Будь моя воля — я бы его снес, но таких прав у меня нет. С прежней хозяйкой я пытался договориться — выкупить помещение, не сошлись в цене. Она цену задрала — мой отель дешевле стоит. А потом она заявила, что продавать его передумала, на этом наше с ней общение закончилось.

Выкупи его, расчистил бы территорию, сделал бы на его месте какое — нибудь культурно — развлекательное заведение. А так остается «любоваться» видами из окна и мечтать, что он исчезнет сам.

Вместе с рыжей.

Хотя…

Рыжая может остаться.

Она интересная.

Это тоже уже было.

Кстати о рыжей.

На улице почти стемнело, а в ее доме до сих пор нет света, из трубы не идет дым, и вообще никаких признаков жизни с той стороны не наблюдается. Уехала? Насколько я понял, она не на машине, такси сюда не вызвать, только ждать, если кто поедет отсюда в поселок.

Ты там живая вообще, солнечная девушка?

Наверное, я повел себя неправильно, вспылил, накричал вместо того, чтобы разобраться, что именно она там собиралась включить.

Ну и долго ты будешь пялиться на этот дом? Иди уже, узнай, как там девчонка. На улице мороз, обещали к ночи минус тридцать, а у нее до сих пор ни света, ни дыма из трубы. Околеет, будет по ночам сниться, припоминать тебе, что повел себя по — свински.

Ладно, схожу.

Беру куртку, спускаюсь на первый этаж. Тут во всю кипит работа: техперсонал драит окна и двери, парни вешают гирлянды под потолок, Михалыч бдит, прохаживаясь по холлу, присматривая за порядком, поправляя игрушки на елке, что уже установлена в центре.

С послезавтрашнего дня начнут заезжать гости, мы не должны подкачать с сервисом, ведь деньги берем немалые.

— Далеко собрался? — задерживает меня Михалыч.

Он у меня тут и за швейцара, и за консьержа, и хозяйственной частью заведующий. А еще он мне приходится родным дядькой по отцовской линии.

— До соседнего отеля прогуляюсь, не хочешь со мной? — сую руки в рукава куртки по пути к выходу.

— Что там делать?

— С хозяйкой познакомимся, — усмехаюсь.

У дядьки вытягивается лицо — он не в курсе, что туда кто — то въехал.

— Момент, оденусь тоже.

Дядька исчез, не прошло и полминуты, как он появился передо мной, одетый в тяжелый бушлат и шапку — ушанку.

— А что за хозяйка? — сгорает он от любопытства.

Глава 7

Мороз

— А что за хозяйка? — сгорает дядька от любопытства, едва поспевая за мной.

Потому что я тороплюсь. Нехорошее предчувствие начало закрадываться в мою душу по мере приближения к соседнему дому. Оно в темноте выглядит устрашающе, возвышаясь черным исполином посреди белого снега.

— Да девчонка какая — то. Может, уехала она уже… — успокаиваю сам себя, но увы, не верю тому, что говорю.

— Хм, там что — то странное, — замечает Михалыч, только усиливая мою тревогу. — В окнах бликует.

Вижу я!

Бегу.

Снег скрипит под ногами в такт шагам. Хрум. Хрум. Хрум. Ускоряется в унисон с биением сердца. Словно отмеряет нам критически важные секунды.

Хорошо еще, что окна первого этажа отеля располагаются низко, можно без труда заглянуть внутрь. Вот только почти ничего не видно ни в одном окне, ни в другом, ни в третьем. Там как будто туман внутри и что — то желтое скачет по стенам.

Это же не… огонь, да?

Еще пожара нам не хватало перед Новым годом!

Но предчувствие не обмануло. Внутри — огонь. И где — то среди этого огня — Рыжая.

— Давай ко входу! — кричу дядьке и бегу к крыльцу. Едва не ломаю ноги, ибо ступеньки кривые от старости.

Дергаю дверь — заперто. Стучу. Кричу. Михалыч присоединяется. Начинаю бить плечом, но все без толку. В отличие от крыльца, дверь крепкая, сделана на совесть.

И только спустя некоторое время она подалась. Не от моих ударов — ее открыли изнутри.

Распахиваю ее, оттуда клуб дыма вырвался, дохнул жженым деревом в лицо, взметнулся вверх, по стене, под крышу.

— Ох ты ж идрит твою налево! — вскрикнул дядька, отшатнувшись.

Я же вижу возле входа на полу нечто смутно знакомое. Рыжие волосы даже в темноте будто светятся огнем.

Подхватываю девчонку. Легкая, как пушинка. Выношу ее на улицу.

— Эй ты, живая? — встряхиваю ее на своих руках. — Ты что там наделала? Откуда дым?

— Камин… — еле слышно прошептала и отключилась.

Это не женщина! Это — беда!

— Михалыч, глянь что там. Сами с пожаром справимся или пожарных вызывать? Пока доедут…

— Нормально все, — кашляя, кричит дядька из нутра дома. — У камина заслонка закрыта. Открыл уже. Щас вытянет все.

Уф, выдыхаю.

Ну ты… звезда! — смотрю на лицо соседки. Оно у нее в сумерках светится белым, будто изнутри подсвечивается. Ресницы крепко сомкнуты, губы приоткрыты.

— Ты дышишь хоть?

Руки заняты, и чтобы проверить дыхание, прижимаюсь щекой к ее щеке. Холодная! Губами проверяю нос — он тоже ледяной. И только губы чуть теплые. И мягкие.

— Живая, — выдыхаю. — Ходячая катастрофа, — ворча, перехватываю удобнее. — Что с тобой делать?

Что — что.

Оказывать первую помощь.

И знакомиться.

Несу ее к себе в отель.

В холле персонал, заметив меня со странной ношей, кидается на помощь.

— Парни, дуйте в соседский дом, там Михалыч, — отдаю распоряжение. — Леру позовите