Жизнь после эпилога. Часть 1 - Елена Кароль

— Всё верно, — покивала Берта. — Боги покарали безумца, уничтожив первым, и с тех пор искореженное кровавыми экспериментами пространство само рвётся в клочья, выплескивая в наш мир кровожадных монстров. И лишь отважные бойцы на семи горных заставах защищают мир от зла, денно и нощно неся караул и уничтожая тварей.

И не без гордости добавила:

— У меня там все три брата служат!

— Достойно уважения, — кивнула ей, говоря это совершенно серьезно.

— Я б и сама не прочь, — вздохнула она, вдруг сердито поджимая губы, — да только приказом императора служить на заставах могут только мужчины. Говорят, лет двести назад одна из наших дев смогла добиться личного разрешения императрицы создать женский отряд из благородных дев-воительниц, но… — на меня глянули исподлобья, заставляя заинтересованно приподнять брови, — в итоге все они погибли. И недели не прошло.

— Почему? — удивилась.

— Мать моя сказывала, а ей её мать поведала, что рядом с разломами… воздух плохой, — нехотя и тщательно подбирая слова произнесла Берта. — Женщин с ума сводит.

И тут же вскинулась.

— Но это же бред! Как так?

— Странно, согласна, — хмыкнула я, качнув головой. — А мать тебе не рассказывала иные подробности? Ну или, может… Кто-то из ваших других воительниц лично удаль проявлял и на тварей ходил? Ну, в обход официальным патрулям. Как они себя при этом ощущали?

— В том-то и дело, что… — Берта поморщилась и дернула плечом, — проявляли. И не раз. Раньше. И возвращалась от силы одна из десяти — седая и безумная. Но потом старейшины запретили. Так запретили, что это приравнивается к самому суровому преступлению.

— Дела-а… — протянув это, я вдруг подумала о том, что не зря именно это имение герцогов стоит уже далеко не первое десятилетие заброшенным. И пускай совсем недалеко располагается городок Хайтон, само имение, если я всё правильно помню по сюжету, чуть ближе к горам. И к разломам. И к шансу, что однажды поблизости откроется разлом и в имение заглянут монстры…

А не на это ли рассчитывала Лилиана, советуя его высочеству сослать меня именно туда?

Какое тонкое и расчетливое коварство!

Погрузившись в свои мысли, но не видя смысла пока это обсуждать, какое-то время я ехала молча, но потом всё равно заскучала и начала задавать Берте самые разные вопросы о мире и ней самой. Естественно, старалась, чтобы моё любопытство не выглядело глупо и так, словно я в принципе ни в чем не разбираюсь, и в целом мне это удавалось.

Берта оказалась девушкой простой, прямолинейной и честной, не обученной скрывать и интриговать, что с одной стороны, подкупало, а с другой — давало понять, что ей свои тайны доверять не стоит.

Как бы то ни было, мне удалось узнать, что никто не будет меня контролировать в перемещениях по поместью и личном досуге, но в городок Хайтон мне будет можно выбираться только в компании Берты и кого-нибудь из мужчин, а если кто позовет в гости, то опять же — лишь в пределах городка и моего поместья. То есть даже гостей я могу приглашать, это не запрещено.

Но при этом запрещена переписка, если это не родители, а также запрещена любая магическая практика сложнее первого уровня. Да и не получится — блокирующий сложную магию браслет на мне может снять только верховный архимаг, который служит императору.

Раз в три месяца меня будет навещать проверяющий, утвержденный в этой должности лично императором, который будет проверять, что я всё ещё на месте, ношу браслет и не планирую никаких действий против империи и правящей семьи.

Помимо этого запрещено нанимать кого бы то ни было, включая дополнительную прислугу, а в случае, если возникнет острая необходимость в ремонте или дополнительной охране, необходимо сначала подать прошение бургомистру Хайтона, уже он перенаправит это прошение в императорскую канцелярию, из столицы приедет проверяющий и если я сумею его убедить, что это не блажь — запрос будет удовлетворен.

— Если к тому моменту это ещё будет актуально, — фыркнула я. — Что ж, в целом всё ясно. Слушай, а как насчет мужчин?

— Каких мужчин? — спокойно уточнила Берта.

— Ну, скажем… — я усмехнулась, — моих гипотетических женихов. Если вдруг в том же Хайтоне найдется смельчак, который заинтересует меня своей кандидатурой… Могу я принимать его знаки внимания? Или это тоже запрещено императором?

Посмотрев на меня ну очень внимательно, Берта отрицательно качнула головой.

— Нет, на этот счет никаких распоряжений не было. Но разве вы имеете право соглашаться на помолвку, не поставив в известность родителей?

Наверняка нет!

Но вслух я сказала другое, причем с ироничной усмешкой:

— Берта, так не о помолвке же речь. А о знаках внимания. Их может оказывать любой мужчина, согласись. Просто хочу понимать, что всего лишь за невинный флирт и общение мне не прилетит новое наказание от императора. Не прилетит ведь?

— Нет, — воительница качнула головой, чуть подумала и добавила: — Но вы же не планируете… обесчестить своё имя внебрачной связью?

Пф!

— А что мне за это будет? — фыркнула. — Нет, серьезно. Меня и так уже сослали в дыру на краю мира, где умереть от лап монстра можно в любой день. Так какая разница, чем я там буду заниматься и с кем? А?

Похмурившись, Берта с осуждением качнула головой.

— Не знаю. Неправильно это. Нет, как бы… как женщина я вас понимаю.

Я заинтересованно приподняла брови, а Берта весомо кивнула.

— Да, понимаю. В наших краях так принято, что дева-воительница сама выбирает себе мужа, а не родители. Бывает, что советуют и знакомят с нужными, но выбор делаем мы сами. И только тогда, когда сердце зовёт, а не общество довлеет. Вот мне сейчас всего двадцать три. Годик-другой на вас поработаю, потом ещё где. И к тридцати буду мужа искать, когда уже рука будет не такой твердой, а глаз острым. Хозяйство заведем, детишек родим. А сейчас нужно заниматься тем, к чему душа лежит. Вот у вас, к чему душа лежит? Не к связям же порочным!

Рассмеявшись, я покачала головой.

— Нет, ты права. Удивишься, но я пока не решила. — Тихонько хмыкнув, вспомнила обстоятельства, из-за которых, собственно, и еду сейчас в Пограничье. — Думаю, мне