Космический вояж без правил - Эвелин Вест

— Ты... такая... горячая... — выдыхал он между толчками.

— Ещё, — просила я. — Сильнее.

Он перевернул меня на живот, вошёл сзади глубже, острее. Я уткнулась лицом в скамью и старалась не кричать слишком громко, когда Кай держал меня за бёдра, вбиваясь снова и снова, пока всё внутри не сжалось во второй раз и кончила с его именем на губах.

Кай кончил через несколько секунд, зарычав мне в затылок, и рухнул рядом, тяжело дыша. А я перевернулась на спину, тяжело дыша.

Мы лежали в тишине, разгорячённые, мокрые от пота. Мои волосы прилипли к лицу, сердце колотилось слишком быстро, ноги дрожали. Я смотрела в зеркальный потолок и видела себя — растрёпанную и удовлетворённую. Такой я себя никогда не видела.

Кай повернул голову, посмотрел на меня с ленивой улыбкой.

— Ну как тебе первый день на «Эросе»?

Я повернулась к нему, провела пальцем по его губам и прошептала:

— Я хочу повторить. Прямо сейчас.

— Так и знал, что ты будешь ненасытной, — он громко засмеялся и потянулся ко мне снова, начав целовать так страстно, что у меня перед глазами заплясали звездочки.

ГЛАВА 4

Я проснулась в своей каюте. Простыни сбились в комок вокруг моих ног, как напоминание о том, как я ворочалась во сне, не в силах успокоить тело, которое всё ещё помнило чужое тепло.

Некоторое время я лежала на спине, глядя в потолок, где проекция звёздного неба медленно вращалась, имитируя движение галактики. Одна рука свесилась с кровати, касаясь прохладного пола. Другая — на груди, туда, где до сих пор горели следы от пальцев Кая.

Лицо мужчины всплыло перед глазами — серые глаза, наглая улыбка, шрам над бровью. Его голос, шепчущий мне в ушко: «Ты — огонь, Алина».

Я провела ладонью по бедру, там, где остался слабый синяк от его хватки и улыбнулась в потолок. Первый опыт был восхитительным и самое главное, что никаких обязательств, только страсть.

Вспомнила, как покинула кабинку, неся в руках туфли, пока он попивал коктейль и удовлетворённо смотрел на меня. Но ни я ни он не заикнулись о том, чтобы увидеться снова. Так было правильно по правилам «Эроса».

Но почему же тогда внутри ныла глупая тоска?

Я набросила халат и побрела на приватную палубу. Закат «Помпеи» сменился искусственным утром. Нежно-голубое небо, редкие облака, лёгкий ветерок, пахнущий жасмином. Я села в шезлонг, поджала ноги и уставилась на бассейн, в котором плавали светящиеся рыбки — голографические, наверное, но красивые.

И тут на стене, которая служила экраном, загорелась реклама.

— Доброе утро! — голос был бодрым, женским, с идеальной дикцией. — Сегодня на «Звёздной Эйфории» — уникальное событие! Выставка и аукцион редчайших инопланетных артефактов. Только сегодня! Экспонаты из закрытых коллекций, предметы с погибших цивилизаций, образцы, не имеющие аналогов в известной галактике.

На экране сменяли друг друга изображения — странные амулеты из металла, которого нет в таблице Менделеева; осколки метеоритов с выгравированными символами; кристаллы, пульсирующие внутренним светом; биологические образцы в герметичных колбах.

Моя научная часть, которую я пыталась заглушить свободой и сексом, проснулась с голодным рыком. Сердце заколотилось не от мужского взгляда, а от предвкушения настоящего чуда.

— Во сколько? — спросила я у экрана.

— Аукцион начнётся в двенадцать ноль-ноль в зале «Андромеда-5». Предварительный осмотр экспонатов с десяти утра. Рекомендуем прибыть заранее!

Я посмотрела на часы. Девять сорок.

У меня было двадцать минут, чтобы превратиться из женщины, которая только что трахалась всю ночь с незнакомцем (и сбежала на рассвете, как девушка из дешёвого романа), в доктора, готового изучать чужие миры.

Я справилась за пятнадцать.

Белый льняной костюм, очень строгий, но с открытым воротом. Волосы собраны в низкий пучок — несколько прядей выбились, но это даже хорошо: не слишком официально. Макияж минимальный, только тушь и блеск для губ. Но засос все еще сверкал на шее и я решила его оставить, как напоминанием о том, что новая Алина больше не прячется.

ГЛАВА 5

Зал «Андромеда-5» оказался огромным куполом из матового стекла, через которые был виден космос. Воздух внутри был прохладным, стерильным, как в настоящей лаборатории.

Я вошла и почувствовала, как сердце забилось быстрее от стеклянных витрин, в которых лежали кусочки далёких миров. На первом стенде я нашла метеорит с двойной спиральной структурой внутри. Возраст примерно три миллиарда лет. На втором стенде лежал амулет с Марса, дотерраформирования, когда планета ещё была покрыта океанами.

Так и переходила от витрины к витрине, забыв о времени. Пальцы сами тянулись к стеклу, глаза щипало от восторга. Вот именно поэтому я стала ученой. Не ради грантов и званий, а ради того, чтобы смотреть на чужое чудо и чувствовать себя маленькой песчинкой во Вселенной.

— Доктор Воронцова? — низкий, бархатистый голос с легкой хрипотцой вырвал меня из транса.

Я обернулась и увидела мужчину, стоящего в трёх шагах от меня, заложив руки в карманы светлого, дорогого пиджака, но без галстука, зато под ним виднелась расстёгнутая белая рубашка. Светлые волосы были солидно причесаны. Спокойное, внимательное лицо, с глубокими морщинками вокруг глаз от привычки улыбаться или, наоборот, от привычки смотреть пристально. Голубые глаза оценивающе смотрели на меня. Красив и уверен в себе.

— Я Дэмиан Сол, — сказал он, делая шаг ближе. — Совладелец сети курортов «Солар». Но сейчас я здесь как частный коллекционер и как ваш давний читатель.

— Мой читатель? — переспросила удивленно, совсем не это ожидая услышать.

Он мягко улыбнулся, чуть насмешливо, но не обидно.

— Ваша работа «Биолюминесцентная флора Титана: адаптация к экстремальным условиям» — это шедевр. Я использую ваши данные для озеленения своих курортов. И я всегда хотел лично познакомиться с вами, — он протянул ладонь с ухоженными пальцами и я пожала ее. Его ладонь была тёплой, сухой, и он держал мою руку на секунду дольше, чем требовал этикет.

— Алина Воронцова, — сказала я, хотя он и так знал. — Приятно встретить человека, который читает научные статьи в отпуске.

— Я всегда читаю то, что меня интересует, — ответил он, не отпуская моей руки. — А вы, доктор Воронцова, интересуете меня уже давно.

Повисла пауза. Я смотрела в его глаза и чувствовала, что попала в поле зрения хищника, который выслеживает, терпит, ждёт.

— Вы пришли на аукцион? — спросила я, все же высвобождая руку.

— Да. Хочу приобрести кое-что для своей коллекции. А вы?