Моя любимая Дылда - Ника Громова

— А я думал, что утешу тебя шоколадом после такого позорного утреннего фиаско.

Гордей так довольно улыбнулся, что мне захотелось его придушить.

Вот вроде бы и шоколад принёс, и оскорбил одновременно.

— Не было никакого позора, не придумывай, — обиженно проворчала я. — И сегодня у меня уже был белый шоколад, я всегда покупаю разный. Так что спасибо, не нужно.

— Кто-то любит разнообразие? — вскинул бровь Гордей.

— Да, и это не твоё дело!

Он облокотился одной ладонью о мой стол, чуть нависая, аромат его терпкого древесного парфюма ударил мне в нос.

— Ты мешаешь мне сосредоточиться!

— Я вообще-то пришёл помочь, — заговорщическим тоном произнёс Кисевин. — Марков сейчас выйдет на парковку. У тебя будет отличный шанс его перехватить.

— А знаешь, иногда в твою дурную голову приходят неплохие идеи… — одобрительно отозвалась я.

— Если решила его застать, собирайся, пока он не уехал.

Я оглядела разложенные листы. Глубоко вздохнув, закрыла программу. Приду завтра утром пораньше, чтобы доделать.

Схватила сумочку. Гордей предусмотрительно придержал мне пальто, пока я продела руки в рукава.

— Вот можешь же быть джентльменом, когда захочешь, — поддразнила я.

— Боюсь, это не по моей части, — криво ухмыльнулся он в ответ.

Когда мы вышли на улицу, апрельский сырой воздух сразу проник под моё тонкое пальтишко с синтетическим подкладом. Пальто, конечно, красиво смотрелось с юбкой, но носить его было очень не практично и зябко. Захотелось сразу же добежать до остановки и залезть в первый попавшийся прогретый автобус. Но пришлось решительно шлепать в сторону парковки, следуя плану.

— Какая у него машина? — спросила я идущего рядом Кисевина, который даже не стал застёгивать свой бомбер.

Мужчины, похоже, имеют какой-то встроенный радиатор. Иначе как объяснить их нездоровую тягу ходить в футболке, когда мне хочется закутаться в куртку.

— Синяя хонда, вон там на углу.

Он указал взглядом на припаркованный неподалёку автомобиль.

— Ладно, — я нервно облизнула губы, и их тут же остудило холодным ветром. — Что-нибудь придумаю, — пробурчала я уже больше самой себе.

— И будь аккуратнее, скользко, — вдогонку крикнул Кисевин, уходя на парковку в сторону своей машины.

Я лишь кивнула, изобразив подобие улыбки ему в ответ.

Когда я почти добралась до синей хонды, у неё внезапно загорелись огни заднего хода. Я думала, что Марков ещё в офисе и только будет спускаться. Оказалось, он уже находился внутри авто. Я растерялась от мысли, что он сейчас уедет. Наверное, лучше подойти к водительскому окну, чтобы завязать разговор. Вдруг я намекну, и он предложит меня подвезти.

Но не успела я этого сделать, как хонда резко дёрнулась задним ходом в попытке развернуться. Я испугалась того, что он меня сейчас попросту собьёт. И с грацией раненой мартышки резко отпрыгнула в сторону. Потеряв равновесие и вскрикнув, я приземлилась в одну из апрельских луж с хрустящей ледяной крошкой. В ладони тут же жгучим холодом до боли впились льдинки. А колготы в двадцать ден в принципе не являлись препятствием и сразу же пропитались ледяной водой, как и нижняя часть тоненького бежевого пальто.

Хонда тут же остановилась, как вкопанная, и из неё выпрыгнул побледневший Руслан.

— Господи, да кто же так делает?! Я что, сбил вас? Как вы тут оказались?

Он сыпал на меня потоком вопросов, которые сливались в единый общий гул. В это же время чьи-то крепкие руки потянули меня вверх, быстро поставив на ноги. Я обернулась и увидела серьёзные глаза Кисевина.

— Ты как?

— Я… ничего страшного не произошло, — соврала я, хотя сама ещё не успела осознать ситуацию.

— Я всегда аккуратно езжу. Да как же это так вышло? — не унимался Марков.

— Что же вы, Руслан, такую видную девушку и не заметили? — со сдержанной холодностью поддел Гордей.

— Она возникла из ниоткуда позади моего бампера! — не мог успокоиться Руслан, нервно шагая туда-сюда. — Может, отвезти вас в больницу?

Я растерянно глядела то на одного, то на другого. В груди расползалась чёрная дыра от такой глупой, до нелепого обидной ситуации.

— Нет, я в порядке, — я сделала слабую попытку улыбнуться, — вы меня не задели, Руслан Теодорович. Я сама упала, обходя вашу машину.

Кажется, мои слова успокоили Маркова, к нему постепенно стал возвращаться цвет лица.

— В следующий раз будьте, пожалуйста, осторожнее. По правилам пешеходы должны ходить по тротуару, — Он едва заметно поморщился. — Вам точно не нужна помощь?

— Нет, спасибо, всё нормально, — я замотала головой.

— Уверены?

— Да, — заверила я.

После чего Марков сел в машину и плавно выехал с парковки.

— Черт.

Я в отчаянии закрыла лицо замерзшими руками. Но тут же тёплые пальцы коснулись моих запястий. Кисевин мягко отвел мои руки по сторонам.

— Пойдём, я отвезу тебя домой. И, по взгляду вижу, что собираешься спорить — не спорь, ты вся мокрая.

Глава 6

— Кстати у тебя хорошая реакция, — решил разбить тишину Кисевин, пока мы ехали в его авто.

В салоне было тепло и пахло сладкой карамелью от ароматизатора, болтающегося на зеркале заднего вида. Адрес он знал, поэтому всё время мы ехали молча. До этого самого момента.

— Кстати поездка в тишине меня устраивала. Или тебе стало скучно и ты решил надо мной поиздеваться? — парировала я, но как-то без особого энтузиазма.

Хотелось просто уставиться в окно на проносящиеся мимо серые улицы. Все силы уходили на то, чтобы держать лицо после произошедшего. И то, что после меня сиденье в его машине останется мокрым, делу не помогало.

— Просто хотел тебя расшевелить немного, а то у тебя такой вид…

— Как у той, на кого свалилась одна неудача за другой? Может, потому, что так и есть, — съязвила я.

— То, что ты успела быстро отреагировать — это наоборот удача. Неудача была бы, если бы ты осталась на месте.

— Я села в лужу — и в прямом, и в переносном смысле.

Я издала сдавленный смешок, сопроводив последующий вздох тихим всхлипом. Растерла лицо руками, чтобы меньше щипало в носу. Не хватало ещё окончательно расклеиться при Кисевине. Просто я поняла, что устала. Очень устала за этот длинный бессмысленный день.

— Я видел, как всё было. Ты здесь не виновата, он должен был посмотреть в зеркала, прежде чем трогаться с места.

— Может, я попала в слепую зону…

— Что за бред? Просто у него глаза растут из того места, на котором он сидит! — произнёс Гордей чуть резче, чем можно было ожидать.

— Может и так, но это снова фиаско, ведь еду я с тобой, а не