Королева непослушания - Ада Николаева

быстро нагрелся и батарейки почти не осталось. Пришлось выключить фонарик и идти в темноте, наедине с собственными мыслями. Думала о маме, о Свете из института и о Глебе, который наверняка недоумевает почему я ему так и не ответила.

Вдруг на тропинку выскочило что-то маленькое и шустро её пересекло, скрывшись в траве. Я пискнула от неожиданности и только потом поняла, что это был всего лишь ёжик. Скорей бы рассвет, тогда ночные тени перестанут властвовать над воображением. А пока лучше ускорюсь, заодно и согреюсь.

Не знаю, сколько я уже прошла. Телефон полностью разрядился, чтобы можно было посмотреть на часы и сверить время, но лес впереди даже не думал редеть и это настораживало. А ещё беспокойнее стало, когда где-то вдали послышались странные звуки. Я замерла на месте и прислушалась. Звук повторился, и я с ужасом признала в нём волчий вой. Сердце заколотилось как бешеное и задрожали колени. На мгновение и без того тёмная картинка перед глазами окончательно потускнела. Оглядевшись по сторонам, я больше не понимала в какую сторону будет ближе: вперёд или назад. Тропинка выглядела одинаково в обоих направлениях.

Волки вдали снова завыли, и я ахнула. Страх сковал тело, но ведь они далеко и не почуют меня, верно?.. Ответа я не знала. Как и понятия не имела, что делать в подобных ситуациях. Бежать? Или, наоборот, не двигаться? Пожалуй, никакие силы не заставили бы меня сейчас стоять столбом, а потому я тронулась с места едва сдерживаясь, чтобы не перейти на бег. Почему-то подумалось, что волки, как и собаки, могут среагировать на быстро движущуюся цель. Только это меня и останавливало.

Снова раздался вой. Теперь ближе… Сердце застучало в висках, а кожа похолодела. Я больше так не могла, развернулась и быстрой походкой направилась в сторону пансиона, как вдруг на тропинке возник чёрный силуэт со светящимися в лунном свете жёлтыми глазами.

— А-а-а! — завопила как сумасшедшая, глядя на скалящегося зверя.

Ещё никогда в жизни мне не было настолько страшно. Даже когда меня похищали неизвестные мужчины я так сильно не боялась. Дело в ночи, гуще леса или огромных клыках, но рассудок тотчас покинул голову, и я сорвалась с места, нырнув в высокую траву. Бежать сквозь заросли тяжело, а ноги то и дело утопают в сырой земле, делая меня тяжёлой и неуклюжей. К тому же я постоянно озиралась назад, но громадный чёрный зверь так и остался стоять на тропинке, не бросившись за мной следом.

Я неслась вперёд со всей скоростью, какую позволяли развить препятствия на пути. Среди папоротников и толстых стволов деревьев зрения практически не осталось, зато слух обострился до предела, реагируя на каждый шорох.

Колыхнулись кусты. Вдали послышался новый вой. Тропинки и чёрного волка больше не было видно, как и пансиона впереди, о чьих стенах я теперь могла лишь мечтать. Не думала, что захочу вернуться, но это случилось. Хотя и произошло по вине этого проклятого места.

Я бежала вперёд невзирая на горящие лёгкие и сводящие болью мышцы ног. Очередная ветвь под подошвами хрустнула, а за ней раздался рык. И не где-то вдали, а совсем рядом. Я замерла. Среди папоротников ко мне крался серый зверь: мельче и светлее того, которого я видела на тропинке, но не менее смертоносный. Я медленно попятилась с другую сторону. Новый рык. Взгляд заметался: меня окружала стая. Справа, слева и позади. А деревья вокруг были слишком высокими, чтобы я могла ухватиться за ветви и взобраться по ним наверх. Оставалось бежать и надеяться, что я каким-то чудом оторвусь от свирепых хищников.

Силы стремительно покидали тело, но сдаваться я не собиралась. Несколько раз споткнулась, но упрямо поднималась обратно на ноги и неслась вперёд. Брелоки на рюкзаке предательски позвякивали, но скидывать груз не хотелось, ведь в случае нападения — это мой единственный щит.

Я снова оступилась, но на этот раз угодив в обрыв и кубарем покатилась вниз. Спина ударялась о выступающие камни, а лицо оцарапали ветки. Джинсы на коленях стёрлись вместе с кожей прежде, чем я остановилась, врезавшись в ствол дерева. От столкновения перед глазами замелькали звёзды, а из груди вырвался глухой стон.

Кажется, я заплакала. То ли от боли, то ли от животного страха, охватившего тело и разум. Не было ни всхлипываний, ни сопутствующих соплей, только тёплые ручейки текли из широко распахнутых глаз. Я прижалась спиной к стволу могучего дерева, не в силах больше бежать. Может у меня получится спрятаться? Затаиться до утра? Какая глупость… Волки чуют мой страх и уж тем более запах.

Позади послышался шелест травы и хруст сухих ветвей. Это конец. Я опустила голову на колени словно ребёнок, пытающийся спрятаться от реальности. Шаги звучали всё ближе. Голова вжалась в плечи, а руки плотнее обхватили ободранные ноги, приготовившись к худшему.

Я вздрогнула, когда что-то тёплое коснулось моего плеча. Ожидала почувствовать мощные челюсти, сомкнувшиеся на плоти и вонзающие под кожу острые клыки, но это оказалась всего лишь человеческая ладонь.

— Что ты тут делаешь? — раздался незнакомый голос. — Тебе нельзя здесь находиться после отбоя.

Я резко распахнула глаза и увидела опустившегося передо мной на корточки широкоплечего парня. В полумраке трудно разглядеть лицо, но я его узнала. Видела сегодня в пансионе. Кажется, Марго назвала его Владом. Не успела ничего ответить, как парень дёрнул меня вверх, вынуждая подняться на ноги.

— Правила для кого писаны? — он сердился, а у меня не осталось ни сил, ни желания для споров. — Иди шустрее.

Влад потащил меня в сторону пансиона, совсем не опасаясь лесной живности. Его уверенность передалась и мне. В конце концов вместе не так страшно. К тому же складывалось ощущение: он знает, что делает.

— Новички… — хмыкнул он недовольно, продолжая волочь меня за собой.

Вскоре мы вернулись на тропу. Всё это время я молчала и не сопротивлялась, только озиралась по сторонам в поисках чёрного зверя. Но даже волчий вой вокруг стих. Страх отступил и накатила усталость, что сразу сказалось на моём темпе.

— Пошевеливайся! — моему проводнику это явно не понравилось. — Я не собираюсь возиться с тобой всю ночь.

Всё происходило как в тумане. Голова ещё гудела от переизбытка эмоций. Я даже не заметила, как мы добрались до ворот, за которыми виднелось здание пансиона. Только теперь ко мне вернулись силы и дар речи. Я выдрала свою руку из грубой хватки парня и отступила на