Враг на миллиард доллaров - Оливия Хейл

— Не могу поверить. Я была той, кто ее порекомендовал!

— Ты не могла знать.

— Но должна была. Мы должны были перепроверить цифры, — она обхватывает голову руками. — Черт возьми, если бы я только понимала, как ведется бухгалтерия.

Я закрываю ноутбук.

— Теперь понимаешь.

— Если мы прибыльны... — произносит она, впиваясь взглядом в мои глаза. Там и надежда, и замешательство, и гнев. Все в одном.

— Я отменил снос.

Ее глаза расширяются.

— Отменил?

— Разумеется. Ты заключила со мной сделку, Скай, и я намерен ее соблюдать.

— У нас получилось, — едва слышно шепчет она. Голос звучит мечтательно. — Мы действительно все исправили. Магазин спасен.

— Ты это сделала.

— Я знала! У нас было столько покупателей. Распродажа работала. Чертова Хлоя, — она снова садится рядом, рука мягко ложится поверх моей. — Нам с Карли нужно подать на нее в суд, верно?

Я киваю, раздумывая, могу ли сжать ее руку в своей, или это будет лишним.

— Да. То, что она сделала, незаконно.

Скай смотрит вдаль, ее лицо застыло в маске решимости, которую я хорошо знаю.

— Я добьюсь того, чтобы магазин вернул себе каждый цент.

— В этом я не сомневаюсь.

— Спасибо, Коул, — говорит она, и ее ладонь крепче сжимает мою. — Ты не обязан был приходить. Я ценю это, правда.

— Я и так уже подумывал об отмене сноса, — признание вырывается само собой, ее близость и тепло действуют как умиротворяющее одеяло.

У Скай от удивления приоткрывается рот.

— Почему?

— Потому что не выносил мысли о том, что ты меня ненавидишь, — говорю я. Взгляд скользит по ее лицу, отмечая удивление в глазах, пряди волос, выбившиеся из небрежной косы. — Но это разговор для другого дня. Что собираешься делать?

— Мне нужно позвонить Карли, — говорит она. — И увидеть Хлою. Нашего бухгалтера, — добавляет она, заметив замешательство на моем лице.

— Хочешь устроить ей очную ставку?

— Да. Я должна знать, должна услышать, как она сама это скажет.

— Тебе от этого может стать только тяжелее, а не легче, — предостерегаю я. Разговор с Беном ни капли не помог, особенно признание в том, что он сделал.

Ее взгляд смягчается.

— Ты прав. Но я должна. Я... я напрошусь к ней завтра вечером.

— Все, что тебе понадобится, Скай, — я неохотно высвобождаю руку из-под ее ладони. Уже поздно, и Скай нужно о многом подумать. Позвонить Карли. Осознать все это. Как бы мне ни хотелось остаться, это было бы перебором.

Скай тянется и кладет руку мне на рукав.

— Погоди. А что дальше?

И, черт возьми, я не могу сдержаться. Я протягиваю руку и заправляю прядь ее волос за ухо. Скай, кажется, перестает дышать, глядя на меня снизу вверх.

— Пригласи Карли в офис послезавтра, — говорю я. — Встретимся с бухгалтерами и юристами. Подробно разберем отчетность и выработаем стратегию развития магазина на будущее.

Дыхание Скай сбивается, а затем она обнимает меня, прижимаясь головой к шее. Медленно я обвиваю ее руками. Она такая теплая. Запах волос наполняет легкие, я чувствую изгиб ее талии под своими ладонями.

Я не хочу ее отпускать.

— Спасибо, — бормочет она. — Я не знаю, что сказать. Спасибо.

Я касаюсь губами ее уха, не в силах устоять.

— Не нужно меня благодарить, Скай. Ты все это сделала сама.

Мой тон полон тепла. Интересно, слышит ли она правду — все то, что я хочу сказать, но не нахожу в себе сил. Пока нет.

— Только не с растениями, — говорит она, и в ее голосе слышится улыбка.

Она все еще в моих объятиях.

— Ладно, возможно, я немного помог. Но именно я должен просить прощения.

Скай отстраняется, и я неохотно отпускаю ее. На губах играет улыбка.

— Думаю, нам обоим стоит это сделать, но...

— Это для другого дня. Я понимаю, — я делаю шаг назад, отпуская ее руку. — Позвони Карли. Поговорим завтра.

— Хорошо, — она снова обхватывает себя руками, длинные рукава скрывают ладони, и провожает меня взглядом, пока открываю входную дверь. Несмотря на тему разговора, несмотря на недосказанность между нами, от отражения ее глаз в груди все сжимается. — Спасибо, Портер.

В моем голосе звучит улыбка.

— Не за что, Холланд.

24

Скай

Я расправляю плечи. Несмотря на спокойные заверения Карли, что да, я справлюсь, не волнуйся, по венам струится тревога. А следом за ней — вина. Это я рекомендовала Хлою. Ее наняли по моему совету, а потом она нас подставила.

Я нажимаю кнопку домофона у квартиры Хлои.

— Я внизу.

— Поднимайся! — от ее бодрого голоса желудок сжимается еще глубже. Если Коул прав — если ее ошибка вовсе не ошибка, а преднамеренное хищение — она все равно готова ужинать. От одной мысли об этом меня подташнивает.

Телефон в кармане кажется коробкой с динамитом. Он записывает каждый звук, и все, что мы скажем, сохранится для истории. Это вторая причина, почему я здесь. Чтобы получить признание на запись.

Хлоя открывает дверь в квартиру с улыбкой, ее волосы собраны в высокий хвост.

— Я рада, что ты приняла предложение поужинать.

Она это серьезно? Двадцать четыре часа назад я бы ни на секунду в ней не усомнилась. Теперь же просто не могу этого не делать.

— Спасибо, что пригласила. Вау, что бы ты ни готовила, пахнет очень вкусно.

— Паста карбонара. Рецепт достаточно простой.

Я иду за ней через гостиную — мягкий диван, большой телевизор — в просторную кухню.

— Ну, — говорю я, — это все равно огромный шаг вперед. Помнишь колледж? Мы готовили Поп-тартс в тостере прямо в комнате.

Хлоя смеется, помешивая кастрюлю с кипящей пастой.

— Да. Мне — ванильные, тебе — с шоколадной помадкой.

— Были же времена, — я опираюсь на столешницу, гадая, в какой момент все пошло не так, раз это случилось. Конечно, мы отдалились друг от друга, но ведь было время, когда делили и дни, и ночи.

Она предлагает бокал вина, все так же улыбаясь. Мои ладони на стекле кажутся влажными от пота. Ужин был лишь предлогом, чтобы получить приглашение, чтобы добиться ответов лицом к лицу и не стать той, чей звонок сбрасывают. Но как завести об этом разговор? Вино божественно. А, кстати, ты крала деньги из нашего бизнеса?

— Так, — говорит Хлоя, — как продвигаются поиски работы? После того как книжный закрылся?

Я прочищаю горло.

— Пока все хорошо. На этой неделе отправлю несколько резюме.

— Это здорово, что держишь руку на пульсе. И, пожалуйста, дай