Песнь сердца и пепла - Анастасия Левальд

пол. Голова гудела от напряжения и воспоминаний, которые заставляли кровь закипать. Эти люди не добьются возрождения драконов и не предотвратят их вымирание – все, чего они хотят, – это убить Тайро. Они не выдавали желаемое за действительное, даже не стараясь познать истинный смысл редких свитков, в которых хранилось куда больше тайн и секретов. Эти люди не видят дальше своего носа.

Больше не обращая внимания на присутствующих, он поспешил выйти в коридор.

– Куда ты?! – выкрикнул Атрей.

Послышался грохот, но Тайро не оборачивался. Казалось, что кто-то, скорее всего сам Атрей, с силой ударил от злости по столешнице. Тайро вышел из банкетного зала и уже видел распахнутые двери на улицу, как его за руку схватили тонкие, холодные пальцы. Тайро улыбнулся, догадавшись, кому они принадлежали.

– Тайро, пожалуйста, – взмолилась Авила, крепче сжимая его руку.

– Зачем ты вышла? – Он повернулся и искоса глянул на коридор – четыре стражника могли тут же донести Властителю. – Хочешь, чтобы я отдал жизнь? – Внутри болезненно екнуло – неужели план ее устраивал и она тоже готова пожертвовать им во имя короны?

– Нет, нет, что ты! Я уверена, что можно найти другой выход, – начала говорить Авила, но Тайро видел, что она выбежала вовсе не из-за этого. – Они совсем тебя не знают, даже птицу подали от незнания.

– Ничего, – легко улыбнулся он, но сам думал о том, что они специально это сделали, желая унизить. Не могли они не знать. – Ты рискуешь ради этого?

– Позволь мне уйти с тобой, – прошептала она, зажмурив глаза.

Сердце приятно кольнуло. Неужели она готова пожертвовать миром и драконами ради него? Или у нее был другой план? Тайро положил ладонь на ее щеку и аккуратно провел пальцем по нижней губе. Ему хотелось поцеловать ее, но он не решался, точно не здесь.

– Я никогда не отвернусь от тебя, но тебе нужно остаться здесь.

Тайро не хотел, чтобы Авила сбегала от своего народа и семьи, какой бы она ни была. У него не было ни того ни другого, и он бы корил себя, предай Авила их доверие. Возможно, когда она станет Властительницей после своего отца, мир изменится и вражда людей и фойтийцев останется лишь частью истории. Пойди она с ним – этому точно не бывать. Тот, кто вошел на собрание с опозданием и накинулся на еду так, будто в жизни не ел, – точно не приведет Аксохол к процветанию. Скорее он станет заменой Флавию, продолжателем его политики.

– Тайро, – печально вздохнула Авила.

За ее спиной один из стражников вошел в банкетный зал. Тайро понял – уже пошел докладывать.

– Ты меня бросаешь?

– Нет, ни в коем случае. – Тайро обнял ее и прислонился губами к макушке.

– Но ты…

– Я же сказал, – Тайро поцеловал ее в лоб и заглянул в глаза, – я никогда не оставлю тебя. Но сейчас не время.

Тайро не мог ответить, что прямо сейчас намеревался лететь на Вершины в поисках средства, которое бы помогло не только Авиле, но и драконам. Он намеревался вернуться в кабинет отца и найти то, что люди явно упустили, то, к чему дорога для них была закрыта. Он не мог раскрыть Авиле и малой доли своего плана. Тайро понимал, что, скорее всего, сейчас ее сердце разрывалось от боли и страха, но ему нужно было уйти.

– Я буду ждать, – перешла на шепот Авила. – Я верю тебе.

Он кивнул, тяжело отстранившись, повернулся к выходу и стремительно ушел. Он кожей ощущал взгляд Авилы на спине и как бы ни хотел повернуться – не мог. Предчувствие кричало о надвигающейся буре.

* * *

Авила смотрела на силуэт Тайро и боялась возвращаться в банкетный зал. Ей казалось, что он ее бросил, оставил одну в этой схватке, хоть и понимала, что это испытание только ее – она должна была противостоять отцу в одиночку. Ей пора выбрать дорогу и шагнуть по ней с уверенно поднятой головой.

– Принцесса, – вежливый голос отозвал ее. Это один из стражников. – Вас зовет Властитель.

Ему уже донесли. Обратного пути нет и быть не могло. Пора встретиться со своей судьбой и взять над ней верх.

Авила развернулась и, гордо приподняв подбородок, вернулась в зал. Отец уже стоял, остальные, разумеется, тоже. Адель возле окна что-то заинтересованно рассматривал в небе: Авиле подумалось, что Тайро уже летит и кузен смотрел именно на него.

– У тебя с этим фойтийцем отношения? – громко спросил отец.

Ей показалось, что все стражники и присутствующие это услышали.

– У меня… – В горле встал ком, Авила чуть прикусила губу.

Стало стыдно признаваться в своих чувствах вслух, стало стыдно подтверждать эти отношения отцу. Юфеймиос только вздохнул – он и так все знал, это было понятно по его взгляду еще во время вчерашнего разговора. А Атрей явно не ожидал. Его брови взмыли вверх, а глаза расширились от удивления, в них читалось осуждение.

– Ты меня предала? – Отец подходил медленно, будто надвигалось грозовое облако, предупреждая о незамедлительном сокрушении всего живого. – Ты такая же, как твоя мать!

Голова Авилы резко дернулась, и она не сразу поняла, что этот хлесткий звук, который разнесся под сводами зала, – от пощечины, которую влепил ей отец. Щека горела, на глазах выступили слезы, но она все равно не могла поверить – отец поднял на нее руку? Что значит «такая же, как мать»?

– О чем ты говоришь? – прошептала Авила.

– Твоя мать поплатилась жизнью за предательство, а твое наказание еще впереди!

В глазах отца полыхала ярость. Где-то позади послышался смех кузена. Он прибыл на Летний континент за троном, это было ясно, но уже казалось неважным. Авила осознала, что ее догадки о смерти матери – не выдумки. Она погибла не от болезни сердца.

– Что случилось…

Она не договорила. Флавий резко поднял руку, подзывая к себе Атрея.

– Запри эту изменницу в подземных коридорах.

Атрей упивался моментом, Авила улавливала это в его взгляде и усмешке. Он никогда не признавал в ней наследницу престола, был против наречения. Он двинулся к ней, чтобы схватить и увести. По ее щекам текли слезы, хотелось узнать правду о произошедшем с матерью, но отец больше не обращал на нее внимания, он подошел к столу и залпом осушил кубок вина.

По залу прошла дрожь. Здание затрясло, и с каждой секундой тряска усиливалась, будто что-то огромное приближалось к Дому Советов.

– Ваша Властность, – только и проговорил Адель, стоящий у окна.

Послышался рев Аксониса. Он на свободе.

– Кто его выпустил? – гневно закричал Флавий и